Top.Mail.Ru
Карлос Кастанеда обращается к практикующим тенсегрити

Карлос Кастанеда обращается к практикующим тенсегрити

Мое внимание привлекло то, что тот огромный интерес, который вызывают идеи и цели Тенсегрити, зачастую провоцирует увлечение сбором информации о Карлосе Кастанеде, его книгах, его лекциях, его личности.

Мне хотелось бы обратить ваше внимание на то, что интерес к практике Тенсегрити не должен иметь ничего общего с навязчивым человеческим стремлением к таксономизации (классификация, составление описаний).

Одним из излюбленных человеческих способов переключения внимания является погружение в сбор бесконечных сведений о предмете интереса. Чаще всего, вместо того чтобы действовать, дело ограничивается разговорами о действии; и в большинстве случаев, этими спекуляциями и заканчиваются поиски. Другими словами, человек становится путешественником заочно.

Интерес к Тенсегрити должен быть абстрактным, чтобы быть действенным. Тенсегрити — это то, что нужно делать прямо сейчас. В основе должна лежать решение измениться и несгибаемое намерение сделать это. Здесь не может быть никаких исторических или личных мотивов, поскольку они разрушают решимость. Чтение книг Кастанеды или других материалов, относящихся к его работе, должно происходить в контексте битвы за истинную эволюцию, которая ведется прямо сейчас.

Моя рекомендация — делайте Тенсегрити. Эти движения очень древние и проверялись, возможно, на протяжении тысяч лет. Они готовы для использования. Движения конечностей, мускул и связок настолько мягкие и сфокусированные, что оказывают изумительный благотворный эффект.

Движения Тенсегрити не приводят к растяжениям и не утомляют. Мексиканские маги древности, которые открыли их, установили, что они возвращают жизненную силу, посредством стимуляции кислородом и кровообращением, в наиболее скрытые области тела, которые, возможно, никогда не используются в обычных условиях.

Карлос Кастанеда, 1998 год

Добавление к посланию от учеников Карлоса Кастанеды:

Видящие, сказал нам Нагваль, вместо того чтобы пытаться классифицировать своих любимых существ, предпочитали сновидеть их. Они знали, что им отпущено слишком мало времени в этой органической форме, чтобы тратить его на сбор бессмысленных данных, они предпочитали использовать его для накопления осознанности.

Много раз люди прикладывали гигантские усилия для того, чтобы встретиться с нагвалем и спросить его: «Где вы живете?», «Сколько вам лет?», «Женаты ли вы?» и т.п. Это не те вопросы, сказал он нам, которые нужно задавать. Настоящие вопросы, которые мы должны задавать себе, это вопросы «Что ты делаешь со своей жизнью? Идешь ли ты путем сердца?».

И если этот путь не является путем сердца, сказал он, то нам нужно набраться мужества и оставить его, а затем поискать что-нибудь другое, пока наше короткое время на этой земле еще не подошло к концу.

«Битва происходит не здесь. Она – там», сказал он, показывая на горизонт. Он написал об этом во введении к «The Teachings of Don Juan», цитируя своего учителя:

«Повседневный мир не может рассматриваться как что-то, что имеет власть над нами, что-то, что может спасти или уничтожить нас, потому что поле битвы человека не является его борьбой с миром, который его окружает. Его поле битвы лежит за горизонтом, в области, где нет ничего, о чем можно было бы думать, в области, где человек перестает быть человеком.»

Он (дон Хуан) пояснил это утверждение, сказав, что энергетическим императивом (необходимостью) для человеческих существ является принятие того факта, что единственная вещь, которая с ними происходит — это их столкновение с бесконечностью.

Для дона Хуана это было энергетическим фактом. Как и дон Хуан, как и видящие его линии, Карлос Кастанеда, говорил в терминах энергетических фактов: умозаключения, которые делали такие видящие, были основаны на их способности видеть энергию так, как она течет во вселенной.

Попытки Карлоса Кастанеды описать эти энергетические факты привели к тому, что его усилиями был создан мост — мост для всех его учеников и для всех практикующих магические пассы — мост между когнитивным миром повседневности и когнитивным миром видящих древней Мексики.

Он сказал нам, что он поставил нас в начало моста, но что пересечь его мы должны в результате волевого решения, принятого каждым из нас индивидуально. Так давайте сделаем это!

 

Как я добывал деньги. История силы

Как я добывал деньги. История силы

Лекция ученика Карлоса Кастанеды с семинара по тенсегрити

Я был студентом медиком во время истории, котирую я собираюсь вам рассказать. В то время прошло уже более 2 лет как я встретился с нагвалем Кастанедой и его группой. Я уже знал тогда о том, что надо прислушиваться к своему внутреннему голосу. Мой внутренний голос звал меня на восточное побережье США. У меня не было никакого рационального объяснения этому.

В то время я был увлечен одним проектом, на осуществление которого мне требовалось значительное количество денег. Я рассказал нагвалю о моем внутреннем голосе, зовущем меня на восток, и думал, что он скажет мне, что это все ерунда, выдумки. Однако он сказал: езжай туда. Езжай и узнай, что туда тебя зовет — потом обязательно расскажи мне, что из этого получилось.

Недолго думая, я купил билет до Нью Йорка и уже через несколько дней уже был там. Ощущение того, что я все сделал правильно, усилилось — я был в этом городе и чувствовал, что я близок к решению своей проблемы: добыче денег. Я устроился сразу на 4 работы. Через некоторое время я, однако, понял, что денег с этих 4 работ мне все равно не хватит.

На рождество меня пригласили на вечеринку. Я не очень хотел туда идти, но я снова почувствовал, что идти надо. К своему удивлению, я встретил на вечеринке одного своего старого знакомого, которого не видел много лет. Он был уже изрядно пьян и с энтузиазмом принялся расспрашивать меня и рассказывать о себе. Мне все это было не очень интересно, и я хотел распрощаться и уйти, но тут себя вновь проявил мой внутренний голос, который «сказал», чтобы я остался и продолжал слушать.

Через некоторое время мой знакомый стал рассказывать, что у него есть свой бизнес и что он недавно разбогател на нем. Я сразу же заинтересовался. Выяснилось, что у него была рыбачя шхуна где-то в Нью Ингленд. Я ему рассказал о том, что я как раз пытаюсь заработать деньги себе на мой учебный проект. Тогда он сказал мне: поезжай и поработай на моей шхуне. Там хорошие заработки и ты быстро соберешь нужное количество денег. Мы сразу же с вечеринки позвонили капитану корабля. Капитан сказал, что у него как раз уволился один человек из команды, и чтобы я утром пришел к нему и поговорил. Я воодушевился, но через некоторое время меня стали одолевать рациональные сомнения. Я же ведь ничего не знал о рыбной ловле и никогда этого не делал. Но мой знакомый мне сказал: да ерунда, ты можешь это сделать. И я вдруг действительно понял, что да, смогу.

На следующий день я уже был на месте, проехав более 200 миль. Пристань выглядела очень старой и было много проржавевших, старых кораблей, поломанных лодок. Но там же был и корабль моего знакомого. Я сразу же пошел к капитану и попросил его взять меня на работу. Он спросил меня делал ли я когда что-либо подобное и я сказал, что нет, не делал, но уверен, что смогу. Я также узнал, что этот уволившийся человек был коком и подумал, что вот он мой звездный час, и предложил капитану взять на себя обязанности кока. Все члены команды были в доле, а кок получал еще дополнительные деньги. Капитан решил мне дать шанс.

Мы стали готовиться к отплытию и моей обязанностью была закупка продовольствия. Забив до отказа холодильники и шкафы и подготовив шхуну, мы отправились в плавание. Рыбачили мы за миль 300 от побережья в Атлантическом океане. Корабль казался маленькой лодкой в зимнем холодном океане. Меня мучила ужасная морская болезнь. Мы очень уставали, работая почти непрерывно, а когда все шли отдыхать, мне надо было готовить еду. У меня деревенели руки, и я долго держал их под горячей водой прежде, чем мог что-то делать.

В первый же раз, когда мне надо было готовить еду, я понял, что не совсем учел специфику приготовления еды на корабле. Корабль качало из стороны в сторону, и кастрюли так и норовили уехать с плиты, а тарелки — упасть и разбиться. Я понял, почему каждый предмет был прикреплен к чему-нибудь стационарному. Тем не менее, все так и выплескивалось.

Вдобавок ко всему, когда я открыл мной же заполненный холодильник, его содержимое высыпалось на меня. Это было катастрофой.

Шли дни. Я выяснил для себя, что капитан был достаточно зловредным мелким тираном и что жизнь корабле не совсем такая, какой я себе ее представлял. Там был совершенно другой язык, я не понимал ни слова из сказанного. Капитан, как словно издевался надо мной, громко выкрикивал свои команды и очень злился, видя, что я не понимаю. Я научился записывать его слова кое-как и бегом бежал к боцману, который ко мне хорошо относился и просил его расшифровывать сказанное. И конечно, он и вся команда явно были недовольны моими способностями как кока.

Когда мы вернулись обратно в порт, капитан решил меня уволить. В этот момент я внезапно, с потрясающей отчётливостью понял, что отчаянно нуждаюсь в этой работе. Один человек из команды, который неплохо ко мне относился, уговорил капитана дать мне еще одни шанс. Капитан в конце концов согласился, сказав: «Только пожалуйста, не готовь мне больше ничего!»

Мы стали ходить в плавания чаще. Я стал привыкать к напряженной жизни шхуны. Когда мы были в плавании, у нас не было ни минуты отдыха.

Когда мы возвращались, команда разбредалась по кабакам, женщинам, домам. Мне было некуда идти, так как я жил на корабле. И корабль стал со мной разговаривать. Нет, он не говорил мне: «Привет, как дела?», это было на тонком уровне.

Когда мы были в море, стая чаек постоянно следовала за кораблем, словно белое облако, ветер издавал какие-то совершенно волшебные звуки, в очень темном небе сияли звезды. На меня обрушивались потоки историй, лиц людей, который я когда-то видел и уже почти забыл.

Во время очередного плавания, я увидел полную луну, которая была багрового цвета. Я в восторге наблюдал за ней, как она медленно возвращалась к своему обычному цвету, как небо становилось совсем другим.

Я оглянулся и заметил, что никто из команды не обратил на это внимания. Это было только для моих глаз. На следующее утро мы должны были возвращаться. Этот рейс был очень удачным, трюмы были забиты рыбой. Мы сфотографировались все вместе на память и когда я смотрел на фотографию, я не нашел там себя. Лишь через некоторое время я понял, что бородатый, с обветренным лицом парень на фотографии — это я. Это было как шок. Не распознав себя на фотографии, я понял, что я — это не студент-медик-интеллектуал и в то же время не этот бородатый парень на фотографии. Но и в том, и другом было нечто общее, что и было настоящим мной.

Прибыв обратно, я понял, что мое время здесь закончилось. Я попросил расчета — денег было более чем достаточно и улетел обратно в Калифорнию.

Я сразу же позвонил нагвалю. Он как будто ждал моего звонка. Я рассказал, как все получилось, как мне пришлось измениться, для того чтобы сделать то, что я хотел. Что я понял — мы можем измениться только тогда, когда действительно должны; когда мы в отчаянии и нам больше нечего терять. Нагваль был доволен моей историей.

Быть мужчиной или быть женщиной. Что это означает?

Быть мужчиной или быть женщиной. Что это означает?

Ответ учеников Карлоса Кастанеды на вопросы о том, что значит быть мужчиной или женщиной

На недавних семинарах вы упомянули, что мы должны выяснить, что значит быть мужчиной и женщиной. Не могли бы вы подробнее остановиться на этом?

Серия пассов «Жизнь в сновидении», показанная в Мехико, является прекрасной иллюстрацией этой темы. Название этой серии отражает ее намерение. Следуя тропой навигаторов, мы нуждаемся в избавлении от бессмысленных шаблонов поведения, о которых Карлос Кастанеда писал в предисловии к своей книге Активная сторона бесконечности, иллюстрируя это историей с «фигурами перед зеркалом». Он говорил, что как навигаторы мы должны отбросить эти бесполезные паттерны, чтобы превратиться в существ, которые сновидят наяву свои повседневные жизни. Для того чтобы сделать это, нам требуется перво-наперво научиться осознавать себя в этом мире: свое одиночество, свои взаимодействия с компаньонами того же пола, свои взаимодействия с противоположным полом, включая брак, ухаживания и все чувства, их сопровождающие.

Навигаторы, начиная осознавать эти поведенческие шаблоны, получают возможность уйти в сторону, практикуя контролируемую глупость вместо непреодолимого принуждения. Вот что означает эта задача найти — как это — быть мужчиной или женщиной в повседневном мире. У каждого из нас есть возможность увидеть, что мы, как об этом говорил Карлос Кастанеда, исполняем фигуры перед зеркалом, танцуя по чьей-то указке, очарованные и загипнотизированные своим собственным отражением, увидеть, и оказаться позади зеркала.

Карлос Кастанеда повторял нам, что наша битва НЕ направлена на наших близких. Борясь с ними, ища их внимания и одобрения, или выискивая их недостатки, мы попусту тратим время, говорил он. Наша битва разворачивается за линией горизонта, в Бесконечности, там, где человек перестает быть человеком. И это даже не битва, говорил он, это — приключение!

Мы пускаемся в это путешествие — путешествие сновидения — не как мужчины или женщины, а как существа, которые собираются умереть. Никто за нас ничего не насновидит, но мы сами можем встретить друг друга в сновидении; и каждый из нас может использовать всю свою силу, весь свой энтузиазм и всю свою элегантность для того, чтобы удержать сновидение.

В конце этой серии пассов, как и в нашем одиноком путешествии, мы оказываемся один на один с бесконечностью. Осознание этого, вместо того чтобы испытывать жалость к самому себе, является удивительным открытием. И мы можем работать вместе, как мужчины и как женщины, как просто существа, лишь потому, что каждый из нас наделен всем необходимым, чтобы продолжать свое одинокое плавание в Бесконечность.

Предсказание Кастанеды. Апокриф

Предсказание Кастанеды. Апокриф

Предсказание Кастанеды. Апокриф о чакмулах

Это письмо найдено в испаноязычном интернете. И оно озаглавлено как «рассылка практикующим в 2004 году». Однако в 2004 году чакмул уже много лет как не существовало. Группа из трех чакмул была расформирована в 1996 году и заменена на группу Трекеров (женщин) и Элементов (мужчин), просуществовавшую до 1998 года. И по настроению, по содержанию (пророчество об «электрическом воине») этот текст относится к скорее к 1994-95 годам. И он скорее напоминает запись какой то устной лекции кого то из чакмул, а не письмо. 

В одном из выездных семинаров в горах на северо-западе Мексики нагваль Карлос Кастанеда собрал нас всех троих вокруг себя, указав каждому, где он должен присесть, и начал: — «Уже осталось совсем мало времени, и перед тем, как я брошусь в своё окончательное путешествие, я обязан для Духа направить ваше внимание на следующее: вы должны будете распространять семена знания, но именно тогда, когда для этого будет подходящее время. Сейчас мне необходимо всё ваше нераздельное внимание, потому что у меня есть намерение сказать Вам это,» — сказал он нам, посмотрев на нас пристально, и продолжил – «Вы должны начать постепенные приготовления, и всё, что с этим связано чтобы дать себе обещание очиститься от всего человеческого.»

Очищение – этот термин использовал Дон Хуан Матус, который он применял для своих учеников во время дисциплинированных интенсивных занятий, обучая техникам и практикам в уединённом месте (что означает скрытое, удалённое место от обычного, повседневного мира), где практикующие очищают себя от вредоносных последствий обычной жизни. Очищение, на самом деле, является преддверием, или говоря по-другому, практикующий таким образом накапливает и аккумулирует достаточно личную силу человека, чтобы действовать свободно в своей повседневной жизни, по крайней мере он действует, как свидетель (как будто он свидетельствует о своей жизни), и управляет силой (как будто он управляет ею с помощью каких-то рычагов) в этом и другом мире. Дон Хуан считал, что необходимым условием снисхождения Духа является очищение, и это есть закон, который работает как карта, и тот, кто достигает такого порога, он оказывается перед входом в Мир Знания.

«Дисциплина – это единственный инструмент и единственная альтернатива для человеческих существ, чтобы перезагрузить свои скрытые резервы, это как толчки Духа, который вдыхает жизнь в человеческих существ, и эта и есть истинная цель таких действий, связанных с дисциплиной, и это то, что я намерен сказать вам сегодня»- сказал он.

«Точно так же как Дон Хуан предвидел ваше появление и появление электрического воина, точно так же у меня есть предсказание для вас. Я стал свидетелем чего-то магического, приходящего с приближением времён»,  — сказал он с блеском в глазах.

«Повернув колесо времени, и направив своё видение на приближающееся время, я увидел совершенно немыслимую, приближающуюся волну энергии. Таким образом само знание, его внутреннее состояние, проявляет себя раскрывая возможности для человеческой расы. Дух укажет новое направление с неистовой силой, которое останется здесь на всегда.

И вопрос этого откровения касается только вас троих, понимание того, что необходимо сделать, потому что вы трое являетесь представителями нового порядка, нового времени. Особое ударение Намеренье делает на «очищение», и для меня это очень чётко означает то, что любое вмешательство в этот процесс, даже таких существ, как вы или подобных вам, будут действовать разрушительно для этого задания Духа, включая их или ваши жизни в том числе.

Вы должны действовать самостоятельно.

Вам нужно оставить любые сообщества, кроме связи между собой – это Приказ Духа. Вы – гвардия, проводники, и не более того, если хотите вы – смотрящие с той ответственностью, которая у вас есть.

Это тот долг, который вы должны возместить Духу.

В этот момент Кастанеда замолчал. Он посмотрел на нас таким образом, что хотел удостовериться в том, какой эффект произвели его слова на нас. Затем он продолжил убедительным тоном.

«С этого момента я должен заострить ваше внимание на том, что бесконечно опасно представлять себе, что такие абстрактные действия по распространению знания, которые на самом деле не имеют цены, и которые принадлежат в первую очередь всему человечеству, произойдут благодаря исключительно вашему участию, и в дальнейшем вы не должны будете ни в повседневной жизни ни каким образом ещё искать плату, например, за то, что вы делаете, распространяя это знание. И не ищите это ни под каким соусом!!!», — предупредил он сурово.

«Более того, если это необходимо, используйте все свои деньги, которые у вас есть, и инвестируйте в то, чтобы выплатить долг Духу,» — сказал он.

«Снисхождение Духа неизбежно! – продолжал он, — ваша задача дать возможность обучаться всем, кто намерен идти по пути воина, всем тем, кто просто имеет интерес, и у них не было никакой возможности соприкоснуться с этим знанием, даже тем, кто не верит в этом путь, потому что те, кто будут найдены Духом в этом процессе – это не ваша забота.»

Многие очень часто обвиняли меня в том, что всё это я просто придумал, и что я не предоставил им никаких доказательств. Тем не менее, если они позволят проявится Духу в их жизнях, это будет подтверждением моих слов. Кто знает? “Возможно, кто-то из них станет человеком знания”, — сказал он, и посмотрел на небо. В это утро небо было чистейшим, без единого облачка. Утро говорило о том, что день будет тёплым. Кастанеда казался довольным. Он улыбнулся.

«Лично я думаю, что это будет птица свободы,» — не опуская своего взгляда вниз, сказал он. «Она прилетит с Юга, это так же, как начинается жизнь, и как она продолжается с намереньем, которое движется своим собственным нерушимым курсом. У кого-то будет достаточно личной силы и удачи, и птица свободы захватит их, но для неуверенных, она улетит далеко, и никогда не вернётся,» — сказал Карлос Кастанеда

Поэзия в сердце. Чтение стихов из книг нагваля

Поэзия в сердце. Чтение стихов из книг нагваля

Михаил Соломонов записал для нас аудио с подборкой стихов из книг Карлоса Кастанеды.

Что вас побудило взяться за эту тему?

Группа в ФБ «Хохот Дона Хуана», где-то в комментариях фраза «Стихи Карлоса Кастанеды». Интересно. Далее google и Ваш сайт.

Как вы выбираете произведения для озвучивания? 

Нет алгоритма. Что-то вспоминается, кто-то подсказывает, в том числе интернет))

Если вы свободно распространяете свои аудиопроизведения — это ваше хобби, получается? Или все-таки это связано с профессией?

Хобби. Много лет работал в провинциальных театрах художником по свету, 5 лет радио. Радио «Юность Петрозаводск». Уникальная история, 6 часов в день собственного вещания. Работал всем)) гл. редактор, совмещал с муз. редактор и прямые 4-х часовые эфиры.

Раскрытие побудительных причин появления booksaudio.ru и возможности бесплатного скачивания аудиокниг (цитирую себя).

Дело было несколько лет назад. День рождения, страница с поздравлениями от друзей в ФБ. Все хорошо)), но вот закралась дурацкая мысль: «Это все, что останется после меня…… знак вопроса)), а за ней другая: «Возраст. Хватит брать, пора отдавать?»

Через пару месяцев возник ЛитРес Чтец.

Прошло время. Решил, что неплохо бы записывать то, что интересно, а не выбирать из предложенного. Так появился сайт booksaudio.ru.

Последнее волевое)) решение — книги стали Бесплатными.

Что вы чувствуете, когда читаете произведения, которые вас глубоко трогают?

Эмоции.

Практиковали ли вы какие то духовные и энергетические практики?

Нет. Мне кажется, в первую очередь это вопрос веры, без которой практики просто не получатся.

Есть ли у вас какой-то личный опыт, который не укладывается в линейные рамки?

Конечно, многие события в жизни невозможно объяснить почему, зачем и кто)) Если говорить о том во что я верю — мне кажется нами управляют три главные силы. Вселенная (Бог либо другие слова), собственные Подсознание и Сознание.

Другие бесплатные аудиокниги на сайте: https://booksaudio.ru/

Слушать на YouTube

Карлос Кастанеда, исследователь неведомого

Карлос Кастанеда, исследователь неведомого

Этот разговор с Карлосом Кастанедой впервые публикуется на русском языке. Карлос беседует с Гектором Лоайзой. Мехико, 17 июля 1982 года. 1 и 2 часть интервью

В 7 часов утра Карлос Кастанеда, одетый иначе, нежели накануне, уже ожидал меня в кафе отеля Шератон Мария Изабель. В этот раз на нем была серая рубашка с открытым воротником, лежавшим на лацканах такого же серого пиджака. Едва ли представлялось возможным определить его возраст: он казался вечным подростком. Но его смуглое, морщинистое лицо в то утро еще больше расплылось, обнажив отличительные черты имеющего пристрастие к пейоту. А возможно, то была усталость, ведь спал он мало (как и я).
При первом моем вопросе Кастанеда, казалось, почувствовал себя в ловушке, ведь ранее он не давал интервью под запись. Он предложил мне делать заметки, потому что не мог говорить в присутствии холодного механического свидетеля – диктофона. Пришлось его отключить. Мы продолжили болтать, но позже я снова незаметно для него включил запись. Далее представлен результат двухчасового интервью.

Гектор Лоайза: Где вы получили образование, какие книги и авторы повлияли на вашу работу?
Карлос Кастанеда: Когда я начинал обучаться у дона Хуана, я был студентом отделения антропологии — много учился и читал. Даже перед тем, как говорить с ним об использовании пейота я долго готовился. Однажды дон Хуан странно пошутил надо мной, сказав, что напрасно готовил меня. «Ты столько занимаешься, — добавил он, — будто кролик скачет то тут, то там!». Он предостерег меня тогда, чтобы я не соотносил прочитанное с тем, что он рассказывал.

И это было мудро с его стороны, потому что уже тогда я затевал с ним споры. У меня были сомнения на его счет. Этот человек был обманщиком, водившим меня за нос. Что касается пейота, я обращался к высочайшему авторитету доктора Уэстона Ла Барре (считать его высочайшим авторитетом было заблуждением, конечно). Однако в то время я больше доверял Ла Барре в отношении того, о чем рассказывал дон Хуан.

Я думал: «Ни черта этот старик не понимает в употреблении пейота, все у него не так, как у Ла Барре. Ничто из сказанного этим проходимцем в сравнение не идет с написанным великим профессором». Предостеречь меня от этого было мудрейшим решением, лучше не придумаешь.

Г. Л.: Благодаря вашим книгам, имевшим такой успех в США и Европе, можно прийти к выводу, что дон Хуан реален, он существует и теперь живет в воображении ваших читателей.
К. К.: Нет. Дон Хуан, он, как Карлос Кастанеда, — еще один персонаж. Это Нагваль, управляющий магическим циклом, и как таковой, дон Хуан Матус имеет большое значение. Как обычный человек, он не привлекал к себе общественного внимания. Кроме того, он не только важная фигура в магическом цикле, но также это он засвидетельствовал обстоятельства, по воле которых и стал персонажем.

Г. Л.: Карлос, со вчерашнего дня я осознал, что ваш взгляд на все сущее, на все вещи, фиктивен. Потому вы и говорите о «персонаже» Карлоса Кастанеды и «персонаже» дона Хуана. Для вас сама реальность – не больше, чем фикция и, если цитировать вас дословно: «это всего лишь описание».
К. К.: Да, так и есть. Но это общее описание. Люди опутаны соглашениями, которых требует от них повседневность. Особое соглашение, принятое группой колдунов, связанной с персонажем дона Хуана Матуса, Нагваля, может распространяться и охватывать большее количество участников.

Г. Л.: Не могли бы вы рассказать больше о магическом цикле дона Хуана?
К. К.: Дон Хуан говорит, что согласно мифу тольтеков можно преодолеть смерть в биологическом смысле. Человек может освободиться от необходимости умереть и окончить земной путь иным способом. Дон Хуан называет это «поиском свободы». Это магический цикл, который не имеет ничего общего с обычным восприятием нашего повседневного мира.
Группа дона Хуана закрыта не потому, что занимается эзотерическими практиками, — они просто не заинтересованы в привлечении посторонних людей. По своим личным мотивам дон Хуан замыслил сделать частью моего пути сближение с иными людьми помимо себя. Я не был индейцем и не имел ничего общего с их культурой, а Дон Хуан, конечно, был одним из них. Мне было очень трудно дознаться, откуда он взялся. Нагваль не рассказывал мне, но не потому, что это был секрет, — ему просто было неинтересно говорить об этом. Если кому-то интересно, откуда явился я, это не мое дело. Если они об этом узнают, – хорошо, если же нет, – это не важно!

Дон Хуан хотел, чтобы я стер все до единой черты своей личной истории. Правда, он никогда не объяснял, как это сделать! Этот процесс также расплывчат и неясен, как, например, понятие «университет». Никто на самом деле не знает, что такое «университет». У каждого может быть свое мнение на этот счет, но мы используем это слово так лихо, будто бы имеем о нем общее устойчивое представление. Дон Хуан хотел, чтобы я действовал при помощи такого невнятного метода, как стирание моей личной истории. Таким образом, «устранение» противоречий по философии дона Хуана происходит, когда человек сотворяет мастерское «намерение» осуществить это стирание. И это важно для понимания дона Хуана и его метода.

Г. Л.: В одной из своих книг вы рассказываете о том, как дон Хуан заставил вас приблизиться к видению своего конца. Он сказал, что вы должны «жить по соседству со своей смертью».
К. К.: Конечно, это эталон бытия война по дону Хуану. Воин должен постоянно обращаться к неизбежности конца. Как говорит дон Хуан, только когда человек принимает смерть в качестве ориентира без мучения, чувства скорби или обиды, тогда и в самом деле возможно преодолеть природную ничтожность жизни. Дон Хуан говорил, что мы живем, словно бессмертные, ни перед кем не отвечая за свои поступки, будто мы вечны. Мы можем позволить себе роскошь тратить время впустую и валять дурака. Я убежден, что он был прав. Это гораздо более интересный способ сосредоточиться на жизни и не быть, как твоя родня, пребывающая в ужасе от смерти и все же растрачивающая свои жизни почем зря. Просто варварство! В этом кошмаре они даже не отдают себе отчета в том, что делают!

Г. Л.: Есть два вида отношения к смерти, первый – отдаться навязчивой идее, например, поклоняться смерти. А второй – смирение, пресечение мыслей о ней. Так поступают на западе, где люди стараются любой ценой забыть о том, что смертны.
К. К.: В этом смысле дон Хуан в своей традиции уникален тем, что считает смерть точкой растворения, мерилом всего, что мы делаем. Однако он хотел превзойти смерть и изменить ее. Он знал, что умрет, он неумолимо угасал. Но он выбрал путь изменения цели смерти и сознательного превращения ее в нечто иное. Я не хотел оставлять его тело (я уже говорил об этом прошлой ночью). Это кажется мне абсурдной идеей, я не могу логически вообразить, что намерение дона Хуана имело смысл. Не покидать тело — это чушь. Однако именно этого он хотел для себя и для своей группы – суметь преодолеть эту неизбежность, что зовется смертью, и позволить живой силе освободиться от тела. Он считал, что живая сила способна превращать тело в чистую энергию, противоположную тому, что происходит с живущими в этом бренном мире. Мы позволяем этой силе вырваться из тела и погибнуть, как мертвый, инертный организм. Для меня это уникально, не знаю ни одного автора, который высказал бы идею, подобную мыслям дона Хуана, его стремлению к свободе и превращению тела в чистую энергию.

Г. Л.: Ваши слова наводят меня на мысли о реинкарнации, что вы можете сказать об этом?
К. К.: Дон Хуан считал, что верить в реинкарнацию — значит предавать слишком много значения своей персоне. Мы настолько уникальны, что не собираемся возвращаться в мир снова и снова, чтобы усовершенствовать свое великолепие. Это было бы абсурдно. Для дона Хуана мы не были созданы по образу и подобию Божьему. Это немыслимое порождение иудео-христианского эгоизма, суть которого состоит в том, чтобы мыслись себя уникальным существом, уподобляющим себя Создателю. Дон Хуан говаривал, что каждый из нас – несчастный случай, и все обречены. Вот и все!

Г. Л.: Вчера во время нашего разговора вы изложили идею выхода из мира эмоций, отказа от чувств. И, похоже, вы этого добились…
К. К.: Так и есть. Спустя много лет практики я вдруг обнаружил у себя серьезное заболевание и отправился к врачу. Он заверил меня в том, что это была «гипервентиляция». Но все обстояло иначе. Согласно ведению дона Хуана, я «терял человеческую форму». Впрочем, я никогда не воспринимал это всерьез. Моя логика не позволяла мне поверить, что можно потерять человеческий облик, я даже не понимал, что имел в виду дон Хуан. Для него «потерять человеческую форму» означало войти в состояние отрыва. Но это не происходит с вами постепенно, как если бы вы накапливали знание или подбирались к осознанию, каково это, отречься от привязанности. Это происходит мгновенно. Наступает день, когда человек лишается человеческой формы, а потом его охватывает неведомое, необъяснимое чувство. Так жил Дон Хуан.

Г. Л.: А вот это понятие, также упомянутое вами вчера, эта отрешенность, -– она кажется мне следствием влияния восточной культуры.
К. К.: Приходит пора, когда ученик чувствует, что у него больше нет привязанностей, что мир не имеет над ним силы и не обладает принуждающей ценностью, которая была накануне. В этом весь секрет. Мир заставляет нас действовать определенным образом. В этом смысле важны и необычайной изощренности выводы, к которым пришли колдуны или шаманы (как бы мы ни называли дона Хуана). Для них «мир – это восприятие», и мы – те, кто это восприятие осуществляет. От нас зависит, придать ли ему то или иное значение помимо культурного. И когда мы говорим «это зависит от культуры», от образования – это снимает с нас ответственность за поступки. Для дона Хуана это все не имеет значения. Мы должны понимать, что мир – это одно восприятие, и только через него можно на мир воздействовать, изменять. И мы должны менять регистр этих представлений. Добившись этих изменений столь тонким и одновременно суровым методом, мы добьемся изменения в значении мира. Он больше не будет неподвижен и бесплоден, бесконечен и неполноценен, словом таков, каким мы воспринимали его раньше. Дон Хуан охватывает все это и возводит в кульминацию.

Г. Л.: Когда вы называете отказ от привязанности понятием рациональным, интеллектуальным, добровольным… тем, что возникает при этом внезапно, вам не кажется это своего рода мутацией духа?
К. К.: Да, дон Хуан и все члены его клана утверждают, что это изменение морфологии, от которой человек страдает на уровне энергетического поля, а это означает не просто мутацию духа.

Г. Л.: В таком случае, речь о психо-физио-биологическом изменении.
К. К.: Да, в том смысле, в котором мы понимаем тотальную метаморфозу. Но, более того, дон Хуан считает, что изменяется сама энергия. Человек трансформируется как энергетическое поле. Нагваль говорит о давлении, похожем на взлет и падение, в которых закаляется воин. Давление это в какой-то момент становится таким сильным, что приводит к изменению биологии. Таким образом, изменение будет полным и дело не в подавлении себя. Я не контролирую себя и не делаю отчаянных попыток не злиться или не расстраиваться – а как было бы мило!
Дело в отсутствии интереса, он угас во мне. Как я соотношусь с миром? Что имеет для меня значение, так это персонаж Карлоса Кастанеды, поскольку, связь, которая связывала бы меня с миром как личность, утрачена. Единственный способ установить ее – через персонажа, так же, как это делал дон Хуан. Он говорил, что у него нет истории. Я же, словно демон, следуя антропологическим канонам, стремился проследить его историю, происхождение, сведения его биографии. Он мне не препятствовал, просто для него все это было пустым звуком. А я все думал, что он – вещь в себе, что дон Хуан не хочет делиться своими секретами, будто ему было что скрывать. Но теперь я такой же, как он, и мне скрывать нечего. Но теперь я понимаю его поведение, ведь дон Хуан был персонажем, потеряв человеческую форму, и мог относиться к миру только как Нагваль, лидер. Я не достиг такого состояния и не являюсь ни руководителем, ни главой чего-либо, но я потерял потребность воспринимать мир.

Г. Л.: В Европе принято считать, что в ваших книгах всегда присутствует критическая, очень западная позиция. Возможно, это дон Хуан передал ее вам? Или, наоборот, вы так боялись остаться в этой необычной реальности, что придерживались западных норм восприятия?
К. К.: И то, и другое верно. Сталкиваясь с растворением восприятия, человек настолько слаб и уязвим, что невозможно описать его ощущения, так он стремится к утешению. Это важно, когда человек находится под натиском неизвестного; это теллурический, биологический ужас, который не имеет названия. Дело не в страхе смерти. Страх психического растворения бесконечно выше, чем страх биологического вымирания. И нужно использовать любые средства, опоры, бастионы, все, на что можно положиться. И в то же время я жаждал расспросить дона Хуана, что со мной происходит. Мне нужен был более обширный взгляд, а единственный способ добиться чего-либо от дона Хуана – это спросить его. Так и мы с вами сейчас. Если вы не зададите вопрос, я не смогу ничего объяснить. Вы обязаны задавать вопросы – и я вынужден отвечать.
Некоторые из учеников дона Хуана никогда ни о чем не спрашивали, не доходили до того, чтобы «зацепить» его интеллектуально. И для них Дон Хуан, Нагваль, был совсем другим, нежели для меня. Ученик никогда не понимает, что именно он практикует. Я же хочу понять, что я делаю, поскольку у меня нет гарантии, данной читателю, я не могу защитить себя от того, что произойдет с Кастанедой, повторяя: «Ах, это порождения его воображения!» Я должен взять на себя большую ответственность. Я должен опередить сам феномен и понять его, черт побери! Третьего не дано, я должен знать, что происходит, на том и стою.

Г. Л.: Карлос, вы говорили, что не относитесь к индейцам, но также сказали, что очень хорошо усвоили учение дона Хуана, чтобы «стереть свою личную историю». Во Франции удивляются тому, как вы сумели отсечь свои корни, отказавшись иметь что-либо общее со своим прошлым. А теперь я услышал от вас, что вы полукровка, метис, в чьих жилах кровь креольского и испанского миров, не здесь ли кроется источник богатства вашего мышления?
К. К.: То, что я метис – конечно! Это дает мне ряд предпосылок, объясняющих противоречия. Единственный способ как-то разрешить их – умение мыслить художественно. Говоря, что я не индеец, я имею в виду культурное наполнение. Думаю, со стороны дона Хуана было бы весьма логично взять в ученики человека из индейского поселения в Соединенных Штатах. Я же пришел извне и не знал культурного контекста дона Хуана, даже не имея представления об индейской традиции.

Г. Л.: Благодаря слиянию в вас двух культур, вы стали тем, кто смог привлечь его внимание.
К. К.: Нагваль, как видящий, был способен видеть энергетические поля и ощутил во мне правильную энергию для начала обучения. Мое частично европейское мышление послужило мне опорой, но в то же время и отвлекало, и замедляло мое «всепоглощающее намерение». Конечно, я осознаю свое происхождение, иначе и быть не может! Мне следовало принимать это во внимание, чтобы преследовать то, чего хотел дон Хуан. Он требовал, чтобы я бесстрастно противостоял себе, – на самом деле, это один из опорных моментов его идеологии.
Он велел мне пересмотреть всю свою жизнь, и когда я говорю вам, что больше не возвращаюсь к местам, где был рожден, я имею в виду, что уже учел это. Дон Хуан настаивал на возможности отдать силы тому, что сам он называл «Орлом», — тому, что пожирает нас и дает пропитание, тому, что породило нас. Орел — это общая сумма всего живого, на земле и за ее пределами. Никому в полной мере не известны биологические, органические, сознательные возможности и суммы всего сущего.

В мифе толтеков Орел пожирает сознание. Если человек дает Орлу пропитание в виде полного пересказа всех событий своей жизни, он получает свободу. Однако, совершив такой перепросмотр, вы уничтожаете те чувства, что делали вас частью этого мира. Дон Хуан отказался от своих корней, потому что они склоняют нас к предвзятости, наполняют нас ложными уверениями, дают представление о нашей принадлежности к социальным группам, к традициям. Это и мешает нам взлететь! Отвлекает от мысли, что мы сами за себя, что мы способны вырваться за пределы частокола, выстроенного миром вокруг нас. И это все, что я могу предложить в качестве объяснения. Но вы должны помнить, кто вы есть, чтобы иметь возможность разорвать эту связь. Разрыв происходит, когда вы осознаете сами себя. Одна вещь сильно меня беспокоила – по словам дона Хуана — я был грубовато сколоченным, коренастым, черномазым пугалом в обществе высоких белых людей, ведь американцы так красивы и ладно скроены. У меня была куча комплексов. Дон Хуан считал это безвыходным, тупиковым состоянием. Пойти к психотерапевту за терапией он также считал неприемлемым. Важно было обрубить все это.

Нагваль говорил, что мы все, кто родился на облаках, были принцами. Тогда и я был принцем, но уродливым! Если бы кто-нибудь пытался поднять меня к небесам на воздушном шаре, я бы непременно каждый раз падал. Дон Хуан посоветовал шагать по земле, низом. То было противостояние самому себе, без лжи, неукоснительно твердо. Потому что когда у тебя нет миражных представлений о себе, восприятие твоего «я» в повседневности обретает новое, иное значение. Тебе больше не нужно воображать себя принцем и наделять свою персону особым значением. И это, новое представление, очень точно, я больше не мальчик с небес! (Продолжает)

К. К.: Он хотел убедить меня в том, что все воспринимаемое нами создается намерением. Все, что я воспринимаю, все, что находится в зоне досягаемости в мире, воспринимается через магию намерения. Единственное средство познания намерения как управляемой силы — это психотропы, особенно, если речь о таком как я, человек со своими «глубокомысленными представлениями» о мире. Это был обманчивый и неизменный мир, замыкавшийся на моей личности. А дон Хуан считает, что мир будет существовать, даже если я исчезну, но он не существует в том же смысле, в котором я его воспринимаю. В мире нет облаков, гор и долин, если меня, человека, воспринимающего все это, там нет. Потому что для дона Хуана я не только воспринимающий, человек, работающий со стереоскопическим видением, которое позволяет воспринимать мир с антропоморфной точки зрения. Благодаря социуму я также научился направлять свое стереоскопическое видение потомка антропоидных обезьян. Я готов увидеть мир определенным образом, потому что у меня есть готовая идеология, а в конце концов воспринимаю мир, как человеческое существо, для которого мир существует, даже если меня нет. Для дона Хуана важно было понять и заставить мое тело осознать, что эту точку зрения можно отменить, что это всего лишь способ «визуализировать» мир. Хотя я был уже сформировавшимся взрослым человеком, я еще не все успел испробовать и вступил в игру под воздействием психотропного вещества. Однажды доведя меня до осознания намерения, дон Хуан сумел дать понять моему телу, что в моих силах воспринимать больше даже без применения психотропов. Я не могу бесцельно злоупотреблять ими.

Г. Л.: Однако нашлись читатели, желавшие воспроизвести атмосферу, описанную в ваших книгах и принявшие ваши слова за чистую монету.
К. К.: Невозможно воспроизвести атмосферу, царившую вокруг дона Хуана. В начале моей работы я очень осторожно воспроизводил и записывал все, что он делал. Я изучил систему балетных па, чтобы описывать движения. Я фиксировал движения глаз, рук и ног дона Хуана, чтобы добиться достоверного их воспроизведения. Во время своих прогулок по горам дон Хуан собирал листья и травы, высушивал их, размалывал и прикладывал к моему телу. Одно из таких растительных сочетаний могло обеспечить меня теплом на всю ночь, и я мог спать в холода без одеяла. Я тоже ходил на такую вылазку и вернулся с семью вариантами сбора, измельчил их и попробовал на собственном теле. И всякий раз мои попытки воспроизвести действия дона Хуана оборачивались провалом, полным провалом! А сам он много смеялся, потешаясь надо мной. Его забавляла мысль, что я так много уделяю внимания каждой черте его поведения. Он говорил, что рано или поздно я пойму, что все это связано с «намерением», личной силой. А однажды он сказал: «Слушай, я положу конец этим твоим маниакальным заметкам». Он порылся в джипе, отыскал то, что было нужно, и повелел: «надень-ка на себя эту скрижаль!». Я надел, и все прекратилось. Я долго думал, что это все сила внушения, но, в конце концов, пришел к выводу, что дон Хуан – мастер «намерения».

Г. Л.: Я бы сказал, что шаманские способности дона Хуана были постановочными, он лишь был блестящим режиссером, ловко удерживающим под контролем сценарий. Держу пари, он устанавливал над вами контроль при помощи гипноза.
К. К.: Что ж, я всегда верил, что дон Хуан и другие, приближенные к нему люди, оказывали на меня воздействие, которое можно было бы сравнить с гипнозом, ели бы мне нужно было его объяснить. Теперь же я пришел к иному заключению. Дон Хуан, «мастер намерения» (Не знаю, в испанском языке нет подходящего слова. Можно назвать его «хозяином намерения»), настоящий колдун, он не просто внушал мне что-либо, оставляя блуждать в мираже погруженным в состояние гипноза. В определенный момент истории человек мог овладеть «намерением» и, очевидно, достать кролика из рукава. Когда же человек перестал быть хозяином этой силы, на смену этому пришла ловкость рук. Кролик теперь спрятан в складках одежды, и маг вытаскивает его в подходящее время. Но дон Хуан заставлял появляться кроликов не только для моего видения. «Намерение» движет мир. Учение дона Хуана выходит за пределы моей логики и способов объяснения мира. Быть хозяином «намерения» для колдунов племен толтеков, яки, масатеков, которые были частью клана дона Хуана, означало уметь «контролировать» то, что есть мир, творение. Например, Дон Хуан однажды появился здесь, в Аламеде, на Авенида Хуарес, с белкой в руке, которая носила очки и выглядела как японец. В тот момент для меня это было непостижимо, и я не мог бы вам ничего объяснить.

Г. Л.: Большому успеху в англосаксонских странах ваши книги во многом обязаны заключенному в них посланию, утверждающему индивидуальность пути. Именно своим примером, а не изложением идеологии или эзоповым языком учитель-шаман побуждает ученика к пониманию тех или иных явлений необычной реальности.
К. К.: Дон Хуан не верил в существование совокупности знаний, на которую ученик мог бы ссылаться, не усвоив все заповеди этой совокупности. Он не верил в адекватность психотерапии, потому что я рассказывал ему о своем опыте работы в кабинете такого специалиста, когда я проводил опросы для людей, приходивших со своими проблемами.
Дон Хуан ужасался тому, как у человека, который помогает, у психиатра, тоже могут быть свои проблемы. Я говорил ему: «А чего вы от него хотите? Он же не сверхчеловек!». На это он отвечал: «Конечно, нужно требовать, чтобы тот, кто помогает, был сверхчеловеком, чтобы он был свободен от изъянов и червоточин, чтобы интерпретировать поведение и предлагать решение. В противном случае, все, чем он занимается – это самопроверка». Для него это все не имело смысла, и, конечно, единственным, что существовало, был ученик. По выражению дона Хуана, он должен был быть безупречен, если хотел быть убедительным. Ученик должен был выложить на стол все составляющие своего существа. Если он не был безупречен, целостен, в своем движении он ничего не мог бы сдвинуть с места, у него не было личной силы. Его «намерение» бездействовало. Если бы я перестал быть безупречным, если бы у меня была двойная жизнь, общественная и частная, я не мог бы даже за угол свернуть, и не было бы ни единой возможности воздвигнуть «мост», так нужный мне в тот момент, чтобы продолжать движение. Вот «намерение», что движет мной.

Г. Л.: В нашем латиноамериканском менталитете принято сочинять о себе хвалебные песни и придумывать «розовые новеллы» о своем Эго.
К. К.: Мы жители колоний под мощью влиятельной Европы. В Латинской Америке мы живем, глядя одним глазом на посольство США, а другим — на Францию, ожидая влиятельного поветрия. Это неизбежно. Посмотрите на нас: вы во Франции, я в США, и иначе никак.

Г. Л.: Несколько дней назад я говорил в Октавио Пасом о большой проблеме культурных отношений между Латинской Америкой и Соединенными Штатами. Мы не понимаем друг друга, и все же являемся частью одного континента.
К. К.: Дон Хуан однажды высказал одну очень странную идею обо мне самом. Он сказал, что мне приходится бороться с тем, что он называет «Торквемадой ». Но то, что сидело у меня внутри, было не столько европейским художником, мыслителем, сколько инквизитором. Он назвал это семенем Европы, ведь не ветром же занесло ко мне тоталитарные идеи, не были мои видения чужеродными. Мы сами инквизиторы! В нас воплотился в полной мере дух инквизитора, который несет в себе принуждение, навязывание другому. Дон Хуан говорил, что такая философия является продуктом пятисотлетнего искажения сведений и архивов, а также насилия над мыслью. Самое ужасное в Торквемаде было то, что он считал себя непорочным и убивал во имя Бога, во имя высшей, бесспорной идеологии. Нагваль говорил, что с такими людьми нельзя бороться, это невозможно. Только воин может уклониться от влияния Торквемады, которое все мы несем в себе. А это означает освобождение от себя!

Г. Л.: На нашем континенте предполагается замена одной книжной религии, католической, на другую идеологию, вытекающую из Библии.
К. К.: Как и у латиноамериканцев, вы ведь знаете, каковы мы. Когда я встретил Дона Хуана, я был проникнут идеями о реформах против социальной несправедливости. Я в самом деле полагал, что мог бы быть полезен для политических или идеологических целей с классической точки зрения. Бунтарь, кидающий гранаты и жаждущий революции. Дон Хуан положил всему этому конец. Он сказал мне: «Слушай, если и есть из нас двоих кто-то, кому следует жаловаться, то это я, яки, индеец» — он должен был бы быть недовольным, не я. В конце концов, яки меня не интересуют как таковые, потому как беспокоиться о них означало бы оставить в стороне более важное дело – спасение индивидуального сознания. Я, как индивидум, а не как культурный элемент, понимал учение дона Хуана наилучшим образом, в своих собственных интересах. Я отринул все, что свидетельствовало о социальном положении. Это было одним из критических замечаний, которые мне высказали вечером на пресс-конференции. Люди считают, что дон Хуан не шаман в том смысле, что у него нет никакой социальной функции.

Г. Л.: Неоднократно вы упоминаете, что были «мостом» между западной цивилизацией и миром дона Хуана. Не могли бы вы пояснить это понятие «моста» между мирами?
К. К.: Для читателя было бы невозможно пойти и поговорить с Доном Хуаном. Одно из критических замечаний, которые мне делали, заключалось в том, что я не предоставляю источников предлагаемой информации. Если рассказанное мной правдиво и должно восприниматься всерьез, я обязан представить источники: привести людей, которые бы знали дона Хуана, рассказали бы о его опыте, разъяснить образ его мыслей и его человеческую суть. Дон Хуан никогда бы не пошел на такое, ведь ему просто не интересно. И к тому же, есть американцы, которые встречались с ним, как они могли видеть и меня! На месте дона Хуана я бы тоже не испытывал ни малейшего интереса к тому, чтобы делиться тем, чем занимаюсь, это просто чепуха! Было бы совсем уже лишним обращаться ко мне так, как будто я был пропитан аурой дона Хуана. Если бы я был похож на него, я бы никому ничего не сказал.

Дон Хуан использовал меня, как «транспортное средство», выражая определенные принципы, регулирующие его жизнь.  У меня было достаточно энергии, чтобы взять на себя задачу концептуализации, объяснения того, что дон Хуан делал в своем магическом цикле. Как ему объяснить миру, что он был одним из персонажей мифа? Я думаю, что это невозможно, и поэтому никто не мог бы приблизиться к нему.

Когда они пустились на поиски «Дона Хуана» из моих книг, индеец, что предстал перед ними, конечно, не имел с ним ничего общего. Если бы, в кульминации истинных поисков кто-то и встретил бы Дона Хуана, Нагваль тут же заточил бы его в тюрьму, поместив за пределы этого мира. Таково предназначение воина, втянутого в этот мифический цикл, — привести к свободе любого, кто приближается к нему.

Дон Хуан дал мне задание объяснить свою вселенную не потому, что это касается меня, не потому, что это дает мне прибыль, — это никоим образом не связано со мной. Это что-то вроде мандата, исходящего извне! Если они оставят меня в покое, меня невозможно будет найти, я уж им говорил! Но Нагваль – к счастью или нет – дал мне задание написать книги и представить их миру. Ему никогда не приходилось иметь дело с этим со всем, и не было возможности ранее в терминах, понятных западному человеку, подтвердить его собственное существование. Не потому, что он прячется, и не из-за пропастей, что разделяют нас. Что касается вопроса, с которого мы начали, как я ощущаю себя в роли «моста». Дон Хуан выбрал меня, как связующее звено между монолитом, который он представляет из себя, и аморфностью, которую представляем мы, люди западного мира. Он точно заперт, а мы открыты до такой степени, что ничего не видим.

Г. Л.: Меня интересует случайный аспект, случайность самых важных встреч, которые могут случиться в жизни. Вы сказали, что дон Хуан выбрал вас, что вы не выбирали его, но пришли к нему. Как это понимать?
К. К.: Для Дона Хуана это вопрос «намерения», которое управляет судьбой человека, но оно не является человеческим намерением. Для него это главная сила, которая движет нами, связывает каждого из нас. «Намерение» — это, скажем, версия того, что мы знали бы как Бога. «Намерение» дон Хуан никогда не назвал бы Нагвалем, оно необъяснимо, не поддается расшифровке и не имеет формы, но является Целым. Тем временем, Тональ – это порядок, он похож на остров гармонии, целей, последовательностей, уравнений, циклов, логических рассуждений. Это все, что известно нам о нашей роли во взаимосвязи всего сущего. «Намерение» — это сила, которая составляет часть Нагваля, которую можно описать и почувствовать. И тем, что регулирует этот цикл, является вопрос о «я» как силе, что обнаружил дон Хуан, — силе, которая свела меня с ним.

Г. Л.: Самое лучшее в ваших книгах – это великолепное чувство юмора. Вы не впадаете в серьезность и говорите без лишнего пафоса… теперь, когда я познакомился с вами ближе, я понимаю, что ваша личность не лишена озорства и умения шутливо относиться к благолепию жизни.
К. К.: Да уж, и в том заслуга дона Хуана – это он излечил меня от «кислой мины» и «свинцовой задницы», избавил от необычайного груза. Я был очень серьезным человеком, носившим в сердце печаль; апатия и жалость к себе преследовали меня днем и ночью. Дон Хуан исцелил меня, и это был катарсис!

Автор интервью —  Гектор Лоаиза
Гектор Лоаиза, Куско (Перу), 1941 год. Он жил в Буэнос-Айресе с 1959 по 1962 год. Обучался литературоведению на факультете литературы университета Сан-Маркос в Лиме. Его рассказы публиковались в литературных журналах. Живет во Франции с 1969 года. Он опубликовал на французском языке Le chemin des sorciers des Andes (Путь андских колдунов Анд), Robert Laffont, Paris, 1976, Botero s’explique (Объяснение Ботеро) , La Résonance, Pau (Франция) в 1997 году, «Путь андских колдунов», Diana de Mexico, 1998 г., и роман «Диаблос Азулес» (Синие дьяволы), Editorial Milla Batres, Lima, 2006. С 1981 по 1999 год он сотрудничал в парижских еженедельниках и журналах, а также в латиноамериканских газетах, публикуя статьи о литературе, искусстве и давая интервью. С 1998 по 2000 год он был директором французского журнала Résonances, который с января 2001 года стал веб-сайтом Resonancias.org.

Продолжение интервью следует!

 

 

Моя встреча с Карлосом Кастанедой

Моя встреча с Карлосом Кастанедой

У нас была возможность участвовать во встречах, которые Карлос Кастанеда проводил в различных местах Мехико (включая и наш дом), и у нас с ним возникли тесные личные отношения.

Через несколько дней после нашего бракосочетания Терита позвонила ему по телефону в Лос–Анджелес и выразила желание посетить его вместе со мной. Нагваль согласился и включил меня в список Карлоса Идальго, с которым связался на другой день. После этой беседы было решено, что мы войдем в число шести человек из Мексики.

В качестве подарка я преподнес ему свою коллекцию книг, которую он принял с издевательским смехом, говоря, что я пишу книги килограммами. Это было его обычным способом реагировать каждый раз, когда кто–то в его группе демонстрировал признаки эго. Ясное дело, я гордился своими книгами, отождествлял себя с ними, и их огромное количество было для меня показателем моей значимости.

Нагвалю слишком дорого стоило отделить себя от своей личной истории и своего эго, чтобы сейчас усиливать эго другого. Вручая ему свои книги, я втайне надеялся, что он заинтересуется их содержанием и, может быть, поддержит их публикацию. Терита, такая же бесхитростная, как и я, но более смелая, сказала, что мои книги говорят о том же, что и его, но с использованием научного языка. Позднее мы поняли, почему реакцией Нагваля на все эти проявления незрелости было пренебрежение. В самом деле, он нам часто говорил, что для него наша дружба не имеет никакого значения, и чтобы мы никогда не думали, что наши отношения основаны на симпатии и привязанности. Повседневный мир, наполненный структурами, условностями и лицемерием, был для Нагваля презренным и не заслуживающим большого внимания. Да, большинство людей живут там, в своих психологических тюрьмах, своих условностях и личной важности, но это не относится ни к нему и никому другому из группы близких ему людей. И это он постоянно подчеркивал:

«Повседневным миром можно управлять одним мизинцем; энергия должна использоваться для достижения свободы».

Повседневный мир включает в себя жажду славы, денег и положения, и еще общественные связи. Все мирские желания, возникающие из жизненных потребностей, существуют в договоренности и соглашении и должны быть отброшены полностью. Мы с Теритой полагали, что находимся вне структур и принадлежим к пласту искателей свободы. Однако слова Нагваля повергали нас в уныние, и мы часто стали воспринимать мир и самих себя в нем как что–то мрачное и печальное, холодное и безнадежное. Нагваль, казалось, поддерживал такое видение как подготовку для перехода в великолепное состояние жизнеспособности и оптимизма, в котором он, казалось, пребывал постоянно. Конечно, нам требовались месяцы для восстановления от ужасающего воздействия, которое оказывал на нас каждый его визит, и, в конце концов, страх увидеть его стал сильнее, чем желание встретиться с ним. Сказанное им подтверждает наше состояние:

«Контакт с Нагвалем – ужасное событие, после которого трудно прийти в себя. Сила личности Нагваля огромна и неописуема».

Мы были представлены людям из группы Нагваля и провели с ними неделю, наполненную обучением, испытаниями и приключениями, о которых я расскажу позднее. Прощаясь, Нагваль сказал нам, что его группа хотела бы получать от нас письма. Я отнесся к этому очень серьезно и уже в Мексике написал пять объемных посланий и вручил их нашему общему другу, который должен был посетить Нагваля в Лос–Анджелесе на следующий день.

Прошло несколько недель без известий от Нагваля и его группы, но однажды вечером Карлос Ортис позвонил по телефону Терите и сказал, что на следующий день Нагваль прилетит в Мексику. Но он не сообщил ни времени прибытия, ни номера рейса.

Воодушевленные перспективой увидеть его снова, мы весь день ждали, что нам сообщат номер его рейса, но так и не дождались. Ночью мы с Теритой приняли решение пойти искать его в Мехико, не имея никакого представления, откуда начать поиски. Мы пошли в гостиницу и, без успеха, спросили номер его комнаты. Вскоре мы узнали, что его видели в Сокало.

Мы пошли туда и в одном из закоулков столкнулись с ним и целой группой сопровождающих его людей.

Это было для нас с Теритой настоящим подвигом силы – найти Нагваля в гигантском Мехико в определенном месте и в определенное время без каких-либо внешних указаний. От радости я остановился напротив Нагваля и издал невероятный приветственный возглас, от которого тот подскочил, сказав, что после него он перестал различать, что принадлежит этому миру, а что – другим, и что мое неожиданное появление, сопровождаемое могучим криком, было поразительным. Обняв нас, он сказал, что разыскать его таким образом – это акт силы.

Радостные, наслаждаясь нашей встречей, мы пошли в кафе «Такуба» и сели за стол. Мы беседовали с Нагвалем о нашем опыте, и я спросил его, получил ли он мои письма. Он посмотрел на меня с ехидным выражением лица и сказал:

«Твои письма потерялись. Мы их не получили».

Услышав это, я очень рассердился на нашего общего друга, которому доверил передать письма, я долго не мог прийти в себя, а Карлос все сверлил меня взглядом. Когда мы вернулись домой, я сказал Терите, что очень расстроен из–за потери писем и должен восстановить их по памяти. Это заняло у меня почти всю ночь. На следующий день Терита встретилась с Нагвалем специально, чтобы вручить ему письма. Позже я узнал, что сам факт вручения и мастерство, с которым я восстановил письма, привели к тому, что Нагваль корчился от смеха, высмеивая меня из–за моей навязчивой потребности писать и из–за моего огромного эго. Спустя несколько месяцев, мой друг рассказал мне, что на самом деле, как мы и договаривались, передал тогда в Лос–Анджелесе оригиналы писем, и что на той памятной встрече они были прочитаны с весельем и насмешками над их содержимым.

Я не мог писать в течение шести месяцев после этого случая и затратил еще шесть, чтобы осознать и проработать его значение. День, когда мы прилетели в Лос–Анджелес, совпал с двумя событиями: концом войны в Персидском заливе и завершением убийственной засухи, погрузившей Калифорнию в адскую жару и сухость. В зале прибытия аэропорта нас ожидали Нагваль и самые близкие члены его группы. Они приветствовали нас с явной и искренней симпатией, а затем пригласили поужинать в итальянском ресторане. Нас было около двенадцати человек, и мы все сидели вместе за длинным столом. Мы говорили о прекращении войны и засухи, и Нагваль рассматривал это как знаки, связанные с нашим прибытием. Потом нас отвезли в скромную и старую гостиницу. Мы были удивлены непринужденностью управляющего, который принял нас так, будто мы были давними друзьями и знакомыми. После того, как мы устроились, Нагваль пригласил мужчин группы сопроводить его, чтобы вместе забрать его дочь Нури –худенькую девушку, необыкновенно чувствительную и одетую как мужчина, которая меня удивила своим внешним видом, а еще тем, что поняла синергетическую теорию. Она спросила меня, чем я занимаюсь, и я рассказал о своей работе в университете и исследованиях в области синергетической теории. Ее понимание было прямым и полным, как будто мое объяснение отлично укладывалось в ее разуме. (Синергетическая теория, с позиции квантовой механики рассматривающая сущность приобретения опыта и взаимодействия индивидуума с окружающим миром, описанная в 1976г. мексиканским психофизиологом Хакобо Гринбергом–Зильбербаумом, теория использовалась им также применительно к шаманам и шаманскому опыту).

Затем Нагваль привел нас посмотреть сад Калифорнийского университета, дом, в котором он жил, когда начал учиться, и огромный коммерческий центр, где он, взяв меня за руку, сказал, что очень интересуется Каббалой, и что его предки были евреями. Я ему, сказал, что считаю Каббалу драгоценным учением. В конце тема разговора перешла к шаманам Мексики в общем и граничерос (другое название – «Повелители Грома» — шаманы, специализирующиеся на управлении погодой – прим. редакции) в особенности, к их способности заставлять идти дождь и интересу к распознаванию   примет и знаков, исходя из наблюдений за природными явлениями. Он упомянул, что дон Лусио был экспертом в «чтении» вулкана Попокатепетль. Я понял, что тема ему глубоко интересна, и был момент, когда он хотел спросить у меня что–то об этом, но по какой–то причине не стал.

Возвратившись в гостиницу, я встретил Териту, в ярости потребовавшую объяснений, почему не пригласили женщин. Я ей объяснил, что решение было не моим, и, когда она успокоилась, мы пошли спать.

Ночь   была наполнена странным присутствием в нашей комнате, а также (как мы узнали позднее) в комнате наших друзей. Это было так, будто бы проницательные глаза и чуткие уши следили за нами и нашими снами. Мы знали, что это Нагваль и его люди наблюдают за нами таким образом.

На следующий день мы снова разделились на группы мужчин и женщин, сопровождая Нагваля. Мы много ели, и за остаток недели я поправился на несколько килограммов.

Нагваль говорил, что наши энергетические затраты были такими большими, что нам надо было компенсировать их усиленным питанием.

Вечером мы стали свидетелями сцены, которую устроила Флоринда Доннер – одна из самых близких к Нагвалю людей. Она выразила протест против разделения мужчин и женщин. Нагваль объяснил, что нас было много, и что способ взаимодействия с женщинами очень сильно отличается от способа взаимодействия с мужчинами, но с этого момента он| больше нас не будет разделять. Он нам сказал, что в прошлом он представлял женщину как нечто нижестоящее по отношению к мужчине, но теперь в его уме этого нет:

«Женщина – существо, которое может знать напрямую, в отличие от мужчины, так приверженного языку», – сказал он нам с убежденностью, а затем продолжил:

«Женщина – существо действия, у нее есть дополнительный орган – матка, и этот орган позволяет ей совершать такие подвиги восприятия, какие мужчина даже не может себе представить», – сказал он нам после того, как мы поели.

Нас пригласили в дом Маргариты, приятельницы Нагваля, которая, кажется, принадлежала к его близкому окружению, но отличалась от остальных женщин. Маргарита была земной и заботилась о Нагвале со светской нежностью и тонкостью. Ее дом классического калифорнийского типа казался местом вне времени или задержавшимся в прошлом. Мы сели за огромный круглый стол, а после сытного обеда перешли в гостиную. Нагваль сел в кресло с высокой спинкой рядом с Кэрол, женщиной–Нагваль.

Мы с Теритой сказали, что только что поженились, и когда они услышали, что это было в Тотолапане, то удивились и сказали нам, что тоже вступили в брак там же, выполняя указания дона Хуана.

«Мы это сделали, – сказал Нагваль с убежденностью, – для достижения стратегических целей в этом мире».

Для Нагваля и его группы существовали два четко разделенных мира: их, и остальной. Все принадлежали либо их миру, либо другому. Их мир был закрыт и не допускал гостей. Мы – группа из Мексики – были исключением, двери его мира открылись, чтобы мы прошли в них. Это событие было нечто совершенно новое, и только Дух мог принять решение, останемся ли мы внутри или же двери вновь закроются, оставив нас снаружи.

«Птица свободы, – сказал нам Нагваль абсолютно серьезно, – пролетает над вашими головами. От вас зависит, покинет она вас или возьмет с собой. Если она вас покинет, то никогда больше не появится снова, и вы упустите шанс, который никогда больше не повторится».

Он объяснял наше привилегированное положение тем, что у него был долг перед Мексикой, и мы – мексиканцы – являемся тем банком, в который он вносит плату.

У Нагваля и его жены была дочь – та худенькая девушка, с которой мы познакомились в первый день.

Самая   близкая   к   Нагвалю группа была сформирована объединением женщин. Те, с которыми я был знаком: Кэрол – женщина–нагваль, Нури – ее дочь, Флоринда Доннер и Анна (Анна-Мари – т.е. Тайша Абеляр – прим. ред). Все они имели нечто общее, что отличало их от остальных женщин, которых я знал раньше, за исключением некоторых женщин Тепостлана: это страстное желание свободы и силы при отсутствии мирских чувств. У Анны эти качества были наиболее выражены. Флоринда была прямой и сильной, и очень похожей на Нагваля. Кэрол – словно из другого мира – отрешенная и эфирная. Нури была умна и точна, как стальной клинок, но было в ней нечто еще не сложившееся, нечто, что должно созреть. Все были худощавыми и мужеподобными.

В течение этой недели Нагваль также представил нам членов своей внешней группы: учеников, мужчин и женщин, которые занимались в его классах Тенсегрити – физическими упражнениями, которые сам Нагваль развивал и преподавал в огромном зале недалеко от центра Лос-Анджелеса. Внешняя группа отличалась от близкой тем, что её члены не были прямыми учениками дона Хуана и не обладали присущими воинам близкой группы характеристиками, о которых я говорил раньше.

Это были люди различных возрастов и национальностей, объединенные общим желанием узнать как можно больше об учении магов.

Нагваль знал множество людей и любил рассказывать нам анекдоты о знаменитостях, которым он был представлен: президентах, министрах, актерах и актрисах, великих духовных учителях. Обо всех он высказывался в одинаково шутливой и жесткой форме.

Он говорил нам, что у них не было достаточно энергии, что они были недоумками с чрезмерным эго, и в конце он всегда вспоминал дона Хуана как единственное воистину свободное существо, которое он знал.

Некоторые утверждения Нагваля показались мне сомнительными. Он сказал, что, знакомя нас со своей близкой группой, хотел убедить нас, что его образ жизни и книги реальны. Так как я никогда не сомневался в этом, то это утверждение показалось мне странным. Также он говорил о других членах группы, которым он представил бы нас в свое время, в особенности о женщине, которая появилась бы, только если бы мы подошли к тому, чтобы совершить «прыжок» к полной свободе:

«Она появится, – говорил он нам загадочным тоном, – в необходимый момент».

Он постоянно упоминал, что то, что мы сейчас вместе – это факт исключительный, имеющий большое значение. Он говорил нам, что двери частично были открыты для нас в честь Мексики и в оплату всего того, что мексиканец дон Хуан сделал для него. Позже он посетовал на отсутствие дона Хуана:

«Вот же старый прохвост – ушел и оставил меня одного».

Он говорил это с грустью. Подобное же чувство он испытывал и по отношению к Большой Флоринде, которая исчезла на виду у всех памятным вечером. Флоринда Доннер пыталась воспрепятствовать этому, и Нагваль, останавливая ее рукой, получил такое сильное энергетическое поражение, что им пришлось положить его в больницу, чтобы спасти от скоротечного перитонита. Большая Флоринда была его учителем и проводником после исчезновения дона Хуана, и когда она тоже ушла, в день землетрясения в Мехико в 1985 году, группа впала в безграничное отчаяние. Они тогда решили нанять небольшой самолет, спикировать в вулкан в Коста–Рике и Тем самым исчезнуть из этого мира. Ясно, что они этого так и не сделали.

О Большой Флоринде Нагваль рассказывал невероятные истории:

Он говорил, что Флоринда была мастером сдвигать точку сборки в невероятные позиции, например, как у мухи. Сделав это, она превращалась в это насекомое, поскольку ей нравилось, что мухи живут, постоянно занимаясь любовью, испытывая оргазмы без конца.

«Но такие сдвиги дорого стоят, – говорил он нам серьезно, – можно уже и не вернуться, тут один такой ушёл».

В качестве противоядия от неожиданной известности Большая Флоринда заставила его поработать поваром в придорожном ресторане. Целый год Нагваль готовил гамбургеры вместе с женщиной, которая была фанатичкой, читающей его книги. Эта женщина хотела познакомиться с Карлосом Кастанедой, не зная, что он находится тут же рядом. Однажды большой «Кадиллак» остановился напротив ресторана. Мужчина, находящийся в машине, что–то писал в тетради для заметок. Та женщина была уверена, что это её идол и заставила повара, который сопровождал её, втайне умирая от смеха, пойти с ней, чтобы всё разузнать.

В другой раз друг пригласил его на секретную встречу, на которой Карлос Кастанеда раздавал автографы. В маленькой комнате, расположенной в конце коридора, обманщик подписал ему одну из его книг.

Также он нам рассказал о конгрессе антропологов, на котором его работа была подвергнута язвительной критике. В центре аудитории находился сеньор в туземной маске, скрывавшей его лицо. Все докладчики предполагали, что говорилось о Кастанеде, и когда они его критиковали, то указывали обличительным жестом на того человека. В действительности речь шла не о Нагвале.

Неделя была переполнена такими историями, Нагваль их рассказывал беспрестанно в течение целых часов. Центральной темой всех этих историй были глупые привычки мира. Он нам рассказывал о своем обучении, когда его учитель был рядом, и о серии фантастических событий, связанных с ним самим, Кэрол и Нури.

Так как он опубликовал эти истории в своей последней книге «Искусство сновидения», я не буду их здесь повторять. Нагваль сомневался относительно их публикации, но Флоринда Доннер его убедила. Причиной сомнения были необыкновенные события, рассказанные в книге, и сомнения, что они будут поняты.

То, что я хочу рассказать, касается группы индейцев, которых ему оставил дон Хуан, и Лас Гордас ( то есть — Ла Горды, множественное число. Здесь речь идет не только о Ла Горде, но и о ком-то еще, про кого Карлос не упоминал по имени. Суду по этому упоминанию, эта женщина была под влиянием Ла Горды).

Однажды утром Флоринда позвонила нам по телефону и сообщила, что Нагваль должен отправиться на поиски индейцев его группы, которые почувствовали беспокойство и ревность из–за нашего присутствия. Когда Нагваль возвратился из этой поездки, он нам сказал, что Нури была похищена, и он ему пришлось проехать сотни километров, чтобы ее вызволить. Индейцы рассердились из–за нашего присутствия и из–за того, что   он   нас обучает, и решили   отомстить.   Нури была освобождена в результате жестокой борьбы, но в качестве предупреждения   индейцы   обрезали   ей   волосы.  Когда   мы увидели её в доме Маргариты, её   волосы были очень короткими, и прическа отличалась от вчерашней. Нас предупредили, чтобы мы были осторожными на улице, так как индейцы за нами наблюдают, и в любой момент мы можем подвергнуться   нападению.   Нагваль   отзывался   об   индейцах своей группы как о шайке глупцов, которые ничему не научились, а являлись лишь мёртвым грузом, который он вынужден тащить:

«По сравнению с вами, – говорил он нам, – это ничего не понимающие бестолочи, от которых мне следует держаться подальше».

Эти утверждения заставляли нас чувствовать себя очень хорошо и укрепляли наше эго. Лишь Карлос Идальго сообразил, что это стратегический приём, использованный Нагвалем. Действительно, усилив нашу личную важность, он нападал на нас, заставляя чувствовать себя идиотами. Эти колебания между усилением   нашего   эго   и   последующим   разбиванием   его вдребезги повторялись в течение всей недели.

Также он рассказал нам о Ла Гордах, двух женщинах из близкой группы, противостоявших лидерству Нагваля. Он был вынужден использовать всю свою энергию, чтобы подчинить их, но вместо этого вызвал у них вспышку безумия, развязкой которой стала смерть. Это была мрачная история, которая произвела на меня весьма неприятное впечатление.

Однажды вечером мы были приглашены в дом одного из членов внешней группы. Нагваль не присутствовал, но нас сопровождали женщины из его близкой группы.  Дом   был расположен в пригороде, фасад его был украшен огромным развевающимся на ветру флагом Соединенных Штатов. Лос-Анджелес   изобиловал   такими   проявлениями    патриотизма, вызванными войной в Персидском заливе. Вид дома одного из сторонников Нагваля вызвал у меня замешательство. Владелец дома, крупный мужчина с женскими манерами, принял нас с большой   симпатией и хвалился   своей   коллекцией   монет, тибетских реликвий и едой, приготовленной в нашу честь. Я чувствовал себя так, словно одна из моих мексиканских тетушек давала один из своих буржуазных ужинов. Не выдержав всего этого, я вышел на улицу и сел на скамейку в надежде, что эта абсурдная встреча скоро закончится.  Утром Нагваль расспрашивал нас о впечатлениях вчерашнего вечера, и я ему сказал, что это было невыносимо, но остальные члены группы со мной не согласились. Это дало повод поздравить себя по поводу моего восприятия. Постепенно я начал понимать, что всё происходящее с Нагвалем было продумано заранее. Это был шаблон, разработанный специально, чтобы нас испытать. Нагваль следил за нашими реакциями, замечая проявления наших эго, заученных структур и блоков. Кроме того, он мастерски измерял наши энергетические уровни и отклонения. Он постоянно говорил нам о необходимости оставить наше эго и учил нас технике стирания личной истории. Главной техникой являлся перепросмотр, заключающийся в восстановлении событий и образов прошлого, возвращении всех энергетически связанных обязательств для того, чтобы добиться беспристрастного взгляда на самого себя.

Нагваль считал, что Вселенная – это место, где властвуют насилие и ограбление одних существ другими. Я возражал против такой точки зрения, утверждая, что миром правит любовь. Нагваль смеялся надо мной и говорил, что важны лишь личная энергия и сила. Он утверждал, что секс – это самый лучший способ потерять энергию, и что необходимо избегать этого любой ценой.

Один мужчина из группы возразил, утверждая, что во время секса он и его невеста достигали восхитительных уровней осознания. Нагваль задумался на мгновение и сказал ему, что в этом случае нет возражений. Однако он сказал это не потому, что так думал, а лишь потому, что следовал потоку. Слушая его тогда и несколько дней спустя, я начал различать, когда Нагваль говорит серьезно, а когда он оставлял нас при нашем мнении, как бы говоря, что бесполезно пытаться нас изменить. Экспертом в этом был Карлос Идальго. Когда вечерами мы собирались и обсуждали события дня, он разъяснял нам тактику и стратегию Нагваля. Он говорил, что Нагваль почти никогда не говорит серьезно, и что большинство его действий было простыми уловками, направленными на то, чтобы мы начали защищать наши эго и наши привязанности.

В этом плане главной его тактикой было пригласить остаться с ним и его группой, оставив всё – работу, имущество, дом и семью. Он нам рассказывал о случае, когда одна сеньора поклялась сделать для него всё, что он ни попросит, за возможность находиться в его группе. Нагваль попросил её обрезать волосы, так как знал, что они были самой ценной её собственностью. У сеньоры началась истерика, и она сказала, чтобы он просил её о чём угодно, кроме этого. После таких историй мы с сожалением видели, что и мы такие же, как эта Сеньора: жаждем стать свободными, но привязаны к своим тюрьмам и не имеем силы оставить их.

Наконец, наступил день нашего возвращения в Мексику, Нагваль привез нас в аэропорт и сказал нам, что не знает v ли нас снова, поскольку, так же, как и дон Хуан, он и его группа должны будут исчезнуть в другом мире, и этот момент был уже очень близко.

Чтобы сделать это, он нуждался в критической массе, ем была необходима наша энергия. Он. пригласил Териту остаться вместе с Флориндой, меня – тоже, говоря, что ему необходим мой ум, чтобы помочь понять необъяснимые события. Перед тем, как выйти из машины в аэропорту, он мне сказал, чтобы я не уезжал, но я не воспользовался случаем, и с чувством потери мы сели в самолет, который увез нас обратно в Мехико.

Через несколько дней пришло известие, что Нагваль приедет в Мехико, где и произошел удивительный случай, рассказанный мной раньше, когда мы его встретили возле Сокало. В кафе «Такуба» мы договорились встретиться на следующий день, чтобы совершить экскурсию в гроты Какауамильпа, где Нагваль обещал посвятить нас в шаманизм.

Рано утром все, кроме меня, выехали к гротам, в то время как я направился в Тепостлан, потому что хотел взять с собой свою дочь, чтобы познакомить её с Нагвалем. Я не нашел её, а когда приехал в Какауамильпу, то застал всю группу сидящей около стола после еды и готовящейся к тому, чтобы войти в гроты. Я попросил подождать, пока я подкреплюсь, и это привело к тому, что вход был отложен на час. Нагваль, в связи с вынужденной задержкой, повел себя странно: он нетерпеливо и нервно ходил из стороны в сторону, и в какой–то момент совершенно вышел из себя из–за того, что должен был ждать. Я подошел к нему и сказал, что, как мне кажется, его способ действовать определяется североамериканской культурой, в которой он жил и в которой можно всё предвидеть. Я дерзнул сказать ему, что здесь, в Мексике, не всегда всё получается так, как мы это планируем.

Он посмотрел на меня с удивлением и ответил, что не является причиной его состояния, а тот факт, что знаки были неподходящими. В этот момент женщина–индеанка, продававшая сувениры, почти, подошла к нам, и Нагваль почти закричал, чтобы нас оставили в покое. В конце концов, мы смогли войти в грот, и Нагваль объявил, что мы должны отделиться от остальных людей, от окружавших туристов и других посетителей.

Наша миссия здесь трансцендентна, – сказал   он   нам торжественно, – я покажу вам памятник воину точно так же, как мне его показывал дон Хуан». Мы двинулись в путь, но мое тело стало протестовать из–за гнетущей обстановки и разреженного воздуха, которого мне не хватало для дыхания.

Кроме того, мой разум начал жаловаться: он говорил мне, что это языческая церемония, в которой я не должен участвовать. Я чувствовал, что задыхаюсь, что Нагваль – это несносный фигляр, заставляющий меня поклоняться камню, и что я предаю свой иудаизм. В конце концов, не вынеся этого, я направился к выходу и уехал к себе домой. Я ждал до середины ночи возвращения группы, уверенный, что мы встретимся здесь. Во время ожидания   я наблюдал   за ласточкой, пытавшейся приблизиться к гнезду, занятому другими ласточками, но те отгоняли её снова и снова до тех пор, пока она не улетела. Точно так же чувствовал себя я: я ушел из группы и сейчас снова хотел с ней объединиться, но был отвергнут. Группы не было всю ночь, и это подтвердило мое ощущение, что я и есть та отвергнутая ласточка. Расстроенный, я пошел спать. а следующий день я пошел искать Нагваля в его гостиницу и нашел его за завтраком в компании нескольких его людей. Он смотрел на меня с безразличием очевидным презрением, что заставило почувствовать себя ужасно. Рассказав историю о ласточках, я извинился, сказав, что вынужден уйти из гротов, но чувствовал себя совершенно посторонним. В тот момент, когда я признал Карлоса Кастанеду как Нагваля, но не смог. Также я сказал, что мое опоздание было вызвано желанием представить Нагваля своей дочери. Нагваль посмотрел на меня со странным блеском в глазах и разразился истерическим хохотом: «Хотел представить меня дочери!» – воскликнул он в промежутке между взрывами смеха.

Это меня потрясло совершенно. Для меня желание представить его своей дочери было вызвано наивным желанием способствовать её росту в результате знакомства с таким человеком, как Нагваль. Его насмешка и его выражение скрывали, наоборот, что–то абсолютно чуждое наивности. В этот момент что–то во мне сломалось, и я стал видеть Нагваля другими глазами.

Тем не менее, я оттуда не ушел, нас пригласили поехать в Тулу и за хлопотами, связанными с поездкой, я забыл о своем недовольстве.

Как всегда, Нагваль начал говорить и всю дорогу не умолкал ни на секунду. Забравшись в машину, он запретил нам включать музыку. Он сказал нам, что он уже не обладает «Я», что все, что у него осталось, это истории нагвалей, которые выходят из его рта сами собой. Он нам рассказал, что дон Хуан заставил его уйти от всех его друзей, и что в течение месяцев он жил, закрывшись в гостиничном номере, ни с кем не встречаясь и сходя с ума до тех пор, пока у него внутри что–то не сломалось, и он не перестал нуждаться в компании. Когда мы приехали в Тулу, он привел нас на центральную площадь и в церковь, в которой встречался с Бросившим Вызов Смерти.

«Я думал, что это случилось в Оахаке», – сказал кто–то группы.

«Это было тут, – ответил Нагваль, – и также здесь я исчез на девять дней в другом мире».

Мы вошли в церковь, в которой Нагваль встречался с Бросившим   Вызов   Смерти, и она мне показалась самым печальным местом в мире. Затем мы обошли вокруг площади, и Нагваль нам показал любимую скамейку дона Хуана. И вспомнил, как видел с неё смерть одного человека.

«С доном Хуаном любое событие было обучением, – сказал он нам серьезно. – Перед тем, как я познакомился с ним, видеть, как кто–то умирает, было простым трагическим событием, но с доном Хуаном я увидел приближение смерти, и все событие приобрело магический и фантастический оборот».

Потом он сказал нам, что Бросивший Вызов Смерти соединился с женщиной–Нагваль, и что Кэрол содержит в себе их обоих. Все повернулись, чтобы посмотреть на Кэрол, и та кивнула головой.

«С этой женщиной, – сказал Нагваль, – я путешествовал туда, куда никто не может путешествовать».

Мы повернулись снова, чтобы посмотреть на Кэрол, и она снова кивнула головой.

В течение времени, пока Нагваль был в Мексике, кроме Тулы мы побывали в Теотиуакане. Помню, что, прибыв туда и увидев пирамиду Солнца, я почувствовал давление в животе, меня бросило в дрожь. Я рассказал о своих ощущениях, считая, что они связаны с энергией этого места. Нагваль повернулся посмотреть на меня и, смеясь, сказал:

«Глупости, просто это у тебя газы».

Мы шли по дороге мёртвых, и Нагваль посмеялся над этим названием. Он сказал нам, что испанцы нашли там человеческие останки, потому и дали такое название, но в действительности то, что там происходило, было фантастикой. Сотни наблюдателей располагались на каждом повороте дороги и совместно созерцали пирамиду Луны. Когда они это делали в совершенстве и полностью синхронно, то исчезали из этого мира. Если кто–то терпел неудачу, то получал травмы, и его останки падали на землю.

Сказав это, Нагваль расположился в углу и посмотрел на пирамиду, стараясь воспроизвести чувства тех людей, способных совместно путешествовать в другие миры.

Я больше не видел Нагваля, и иногда я задаю себе вопрос: действительно ли Птица Свободы пролетела надо мной, и я позволил ей улететь, или всё то, что я пережил, было ещё одной частью   переплетений   моей   жизни, частью необходимой и ценной тем, что я её пережил. Иногда я осуждаю себя за то, что не оставил всё и полностью не посвятил себя Нагвалю и его пути. Кроме того, когда я чувствую себя пойманным моей работой или этим миром, я думаю, что потерял возможность моей жизни, и что нечто, желаемое мною в течение многих лет, было реальным, но я не смог его схватить. Но потом я вспоминаю истерический смех Нагваля, когда я упомянул о своем желании познакомить его со своей дочерью, моей любимой Эстушей, и что–то мне говорит: все случившееся было тем, что должно было произойти, ни больше, ни меньше.

Нагваль просил нас не разглашать события, происходившие во время наших встреч. Три года я молчал, но сейчас я думаю, что всё это составляло часть стратегии, в которой ценным было воздействие на наше сознание и возможность его изменить. Я очень благодарен Нагвалю за то, что он показал мне меня самого, мои зависимости и привязанности, моё эго и моё упрямство, но я не могу согласиться хранить секреты.

В качестве примера его учения и значимости свободы, как высшего блага и цели для достижения, я выбрал свободу написать о некоторых событиях, запомнившихся мне в те необыкновенные дни, когда я был прямым свидетелем деятельности одной из самых выдающихся личностей нашего времени.

Надеюсь, это пригодится тем, кто прочтёт.

И напоследок. Нагваль перестал общаться с большинством из нас, за исключением одной женщины из нашей группы. Он говорил с ней день и ночь, побуждая её оставить всё и объединиться с его группой. Проблема была в том, что этот уход подразумевал оставить без опеки одного из её сыновей, который ещё эмоционально и материально зависел от своей матери. Он оказал на неё такое давление, что в один прекрасный день она вынуждена была просить его не пытаться более входить с ней в контакт. Когда она нам рассказала об этом происшествии как об ужасающем давлении, которому её подверг Нагваль, я был глубоко поражен, и я до сих пор не понимаю того события.

Нагваль много раз предупреждал нас о том, что его стратегия была не такой, как у дона Хуана, и что мы никогда не должны думать о сердечной привязанности к нему или эмоциональной зависимости от его персоны. Это было трудно усвоить и трудно принять, но, в конце концов, он оказался прав. Нагваль исчез, и никогда больше мы не увидим его снова. Как учитель он не подходил к своим ученикам с позиций неизменности, духа постоянства и защиты. Это научило нас не зависеть от сильных личностей на своём пути и стало настоящим толчком к независимости и свободе. Я благодарен ему за этот жест, трудный, но необходимый.

Якобо Гринберг-Зильбербаум, 1993

Первый эпизод сериала по книге «Учение дона Хуана»

Первый эпизод сериала по книге «Учение дона Хуана»

Завершается производство первого эпизода «Пятно» из анимационного сериала по книге Карлоса Кастанеды «Учение дона Хуана. Пут знания индейцев племени Яки». Мы взяли интервью с создателем, режиссером этого проекта Яро Лексом.

Вы инициатор и вдохновитель этого проекта, не так ли? Как вы пришли к этой мысли, почему решили снять этот фильм? Расскажите немного о себе.

Меня зовут Яро. Я основатель проекта «Икстлан». О себе особо нечего сказать, кроме того, что у меня есть некоторый опыт работы в компьютерной графике и я очень люблю кинематограф. Я познакомился с книгами Кастанеды, когда мне было 18 лет. Меня всегда восхищали его истории. Много раз я представлял себе различные сцены из его книг в моей голове, и я бродил по этим образам, как если бы это могло происходить на экране. Думаю, мой практический интерес к кинематографии был вызван главным образом моим сильным желанием снять фильм о Карлосе самому:)

И в один прекрасный день, когда я ощущал себя тупым и уставшим от некоторых обстоятельств, которые случились в моей жизни, меня пронзила внезапная мысль – почему бы не попробовать самому сделать что-то вроде фильма по книгам Кастанеды? И это стало началом проекта Икстлан.

В конце концов, я твердо верю, что только намерение сделало этот проект возможным. Это давало мне силы сотни раз, когда я был готов сдаться. Я очень благодарен своим товарищам, которые присоединились ко мне, и всем вкладчикам из 30 стран мира, которые помогают нам воплотить этот фильм в жизнь!

Первый Эпизод Сериала По Книге «Учение Дона Хуана» 1

You are the initiator and mastermind of this project, aren’t you? How did you come to this, why did you decide to make this film? Tell us a little about yourself.

My name is Yaro. I’m the founder of the Project Ixtlan. There’s not much to say about myself exept that I have some experience in computer graphics and I really love cinematography. I got acquainted with Castaneda’s books when I was 18. I was always admired by his stories. Many times I imagined different scenes from his books in my head and I wandered if ever we can watch these stories on a screen. I guess my practical interest in cinematography was primarily sparked by my strong wish to make a movie about Carlos myself:)

And one day, when I was thick and tired of some circumstances which took place in my life, I had a sudden thought — why not to try to make a kind of movie based on Castaneda books myself? And this was a begining of the project Ixtlan.

After all, I firmly believe that only Intent made this project possible. It gave me strength hundreds of time, when I was ready to give up.  I’m very grateful to my comrades who joined me and to all contributors from 30 countries of the world, who help us make this movie come to life!

Практикуете ли вы магические пассы, перепросмотр, походку силы и другие вещи из книг?

У меня есть некоторый опыт в походке силы, сновидениях и перепросмотре. Я считаю, что одной из важнейших задач для практикующего является внутреннее безмолвие, прекращение внутреннего диалога. К сожалению, у меня пока нет опыта в магических пассах, но я занимаюсь йогой)

Do you practice magic passes, recapitulation, power walk, and other things from books?

I have some experience in power walk, dreamings and recapitulation. I believe that one of the most important task for a practitioner is the inner silence, stopping the internal dialogue. Unfortunately, I have no experience in magical passes yet, but I practice yoga)

Первый Эпизод Сериала По Книге «Учение Дона Хуана» 2

Пытались ли вы заручиться поддержкой своего проекта в Cleargreen или у других учеников Кастанеды? Или от каких-то крупных студий и продюсерских компаний?

Да, я пытался связаться с правообладателями в самом начале проекта, но безуспешно. Конечно, было бы неплохо получить отзывы и поддержку от Cleargreen. Все-таки это фанатский проект, мы на нем ничего не зарабатываем. Единственное намерение, которое у нас есть, – это выразить нашу благодарность человеку, который дал нам кубический сантиметр шанса.

Have you tried to get support for your project from Cleargreen or other Castaneda students? Or from some major studios and production companies?

Yes, I have tried to get in touch with copyright holders at the very beginning of the project, but without any success. Of course it would be nice to have some feedback and support from Cleargreen. Still, this is a fan based project, we don’t earn anything from it. The only Intent we have is to express our gratitude to a man who gave us all the cubic centimeter of chance.

Мне кажется, что такой фильм, который вы пытаетесь создать вряд ли когда-нибудь сможет окупить все затраты. Что вы думаете об этом?

Да, нет никакого способа окупить затраты времени и Намерения. Это бесценно 🙂

It seems to me that such a film that you are trying to create it is unlikely that it will ever be able to recoup all expenses. What do you think about it?

Yeah, there’s no way to recoup the expence of time and Intent. It is priceless:)

Всю книгу нельзя поместить во фрагмент ролика. Как вы выбирали моменты и сцены?

Мы пошли самым простым путем – взяли одну главу из первой книги :)) На самом деле я согласен с вами, невозможно охватить все книги или даже одну книгу в одном фильме. Поэтому мы планируем делать сериал, начиная с первой книги.

The entire book cannot be placed in a movie clip. How did you choose your moments and scenes?

We did the most primitive way — making a single chapter of the first book:)) Actually I agree with you, it’s impossible to embrace all books or even one book in a single movie. That’s why we plan to make series, starting from the 1-st book.

Первый Эпизод Сериала По Книге «Учение Дона Хуана» 3

Понятно, что основная аудитория фильма — это люди, которых книги Карлоса глубоко тронули. Как вы думаете, понравится ли ваш фильм людям, которые никогда не читали Кастанеду?

В первую очередь, проект Ixtlan ориентирован на основную аудиторию – последователей нагвализма. Нет главной цели привлечь новых людей, но, конечно, мы будем более чем счастливы, если кто-то откроет для себя книги Кастанеды после просмотра нашего фильма.

It is clear that the main audience of the film is those people who were deeply affected by Carlos ‘ books. Do you think your film will appeal to people who have never read Castaneda?

Foremost, project Ixtlan is aimed at the core audience – the followers of nagualism. There’s no primary goal to attract new people, but of course we’ll be more than happy if someone discovers Castaneda’s books after watching our film.

Почему вы решили снимать фильм по первым книгам, а не по 4, 5 или 6? Что послужило причиной выбора?

Причина выбора 1-й книги была логичным выбором. Во-первых, это было самое начало учения дона Хуана и первое испытание для Карлоса. Во-вторых, действие первого эпизода происходит на единственной локации – крыльцо дома Дона Хуана. Поскольку это малобюджетный фильм, для начала нужно было взять что-то, с чем мы справимся. Следующая серия должна быть намного сложнее и разнообразнее 🙂

Why did you decide to make a film based on the first books, and not on 4, 5 or 6? What was the reason for the choice?

The reason to choose the 1-st book was a logical choice. Firstly, this was the very beginning of Don Juan’s teaching and the first challenge for Carlos. Secondly, the first episode take place on a single location — the porch of DJ’ house. Since this is a low-budget film, we had to take something for start that we can handle. Next series should be much more complicated and diverse:)

Сколько длится сам фильм? Почему вы выбрали именно эту технику съемок?

Продолжительность первой серии 43 мин. Техника полу-живописи, которую мы использовали для этого фильма, была выбрана из-за намерения сделать его чем-то вроде сюрреализма, более сновиденного характера, чем обычная съемка, а также из-за всех имеющихся у нас ограничений. Нам пришлось снимать все в довольно ограниченной студии и добавлять все фоны компьютерной графикой. Это была основная причина, по которой потребовалось столько времени — один человек и более чем 400 снимков с VFX;))

How long does the movie itself last? Why did you choose this particular shooting technique?

Duration of the first episode is 43 min. The semi-painting technique, we used for this movie, was chosen because of the intent to make it a kind of surreal, more with a dreamy nature then just an ordinary shooting, also because of all limitations we got. We had to film everything in a quite limited studio and add all backgrounds with computer graphics. This was the primary reason it took so long – a single man and more then 400 shots with VFX;))

Первый Эпизод Сериала По Книге «Учение Дона Хуана» 4

Как и когда зрители из России, Украины и Беларуси смогут посмотреть этот фильм? Можно ли будет посмотреть ваш фильм в платной онлайн видеотеке?

Мы планируем как можно скорее выпустить серию на платформе Vimeo on Demand. Сначала все наши участники получат доступ к этому фильму, затем все остальные. Как вы знаете, в фильме у нас два языка – английский и русский. Я знаю, что у Карлоса Кастанеды огромное количество фанатов в России, Украине и Белоруссии, надеюсь, они не разочаруются 🙂

How and when will viewers from Russia, Ukraine, and Belarus be able to watch this film? Will it be possible to watch your film in a paid online video library?

We plan to release the episode via Vimeo on demand platform as soon as possible. At first, all our contributors will get access to this film, then everybody else. As you may know, we got two languages in movie – English and Russian. I know that there’s a huge fan base of Carlos Castaneda in Russia, Ukraine and Belorussia, hope they will not be disappointed:)

Думаете ли вы продолжить съемки или хотите сделать перерыв после премьеры?

Подождите, пока мы запустим новый сайт. Это только начало 🙂

Do you dream of continuing filming or do you want to take a break after the premiere?

Please wait till we launch a new site. This is just a begining:)

Сайт проекта Икстлан

 

 Кастанеда. Ученик Чародея. Впервые в интернет. 3 часть

 Кастанеда. Ученик Чародея. Впервые в интернет. 3 часть

Это окончание рассказа о Карлосе Кастанеде, опубликованного в печатном номере американского журнала Пентхауз за 1973 год, Ирвингом Уоллесом.

Первая часть: https://tensegrity.moscow/uchenik-charodeya-castaneda/

Вторая часть: https://tensegrity.moscow/uchenik-charodeya-castaneda-2/

***

Путешествовать по забитым автострадам Лос-Анджелеса, переживать очередную вечеринку в доме друга, которая ни к чему не приведет, наблюдать за беспокойной, ускоренной, бешеной, вычурной и бесцельной интенсивной активностью моих друзей, слушающих бесконечный мусор, который льется из 40 лучших радиостанций Лос-Анджелеса, читать последние экологические ужасы, которые угрожают существованию людей повсюду наблюдая за страшным жизненным путешествием от молодости до старости и, наконец, смертью в американском обществе и в других продвинутых сообществах, я ощутил чистоту и красоту пути Яки. Я понимаю, почему Карлос должен в конечном итоге рискнуть своей человечностью в последней борьбе с союзником в долине. Я так же знаю, что имел в виду дон Хуан, когда он говорил, что искусство воина состоит в том, чтобы уравновесить страх быть человеком с чудом быть человеком. Возможно, именно тогда я наиболее ясно увидел Карлоса, когда он взял мою подругу Рут и меня и нескольких других людей в место силы, высоко в холмах над Малибу.

Мы все договорились встретиться в ресторане Ships на бульваре Уилшир в Западном Лос-Анджелесе. Во всем этом присутствовало восхитительное несоответствие. Я имею в виду, когда ты останавливаешься и думаешь об этом, ожидая ученика мага, в закусочной, где продают куриные крылышки, все это кажется таким далеким. Все эти люди набивающие свои рты жареными цыплятами. Когда подошла одна из пожилых леди, которые работают там в качестве официантки, и спросила, может ли она помочь нам, все это выглядело настолько нелепо, что я кусал щеки, чтобы не рассмеяться вслух. Я выбежал на стоянку, чтобы ждать Карлоса там. Что я мог сказать официантке? – «о нет, спасибо, я просто жду ученика мага?». В любом случае вскоре Карлос появился на парковке. Он казался наполненным энергией, полным счастья. Было очевидно, что он любил посещать места силы. Он объяснил, что дон Хуан видел это место на холмах над каньоном Малибу в своем сновидении. Оно оказалось точно таким, как дон Хуан описал его Карлосу: кольцо из массивных валунов образовало идеальный круг вокруг густых зарослей чаппараля. Один из валунов напоминал лицо, указывающее на запад в сторону Тихого океана.

Согласно Карлосу, направление на запад валуна, напоминающего лицо, означало, что именно это место было местом силы для интроспекции. Маги Яки приходили сюда много лет назад, чтобы практиковать медитацию и другие техники Яки. Карлос продемонстрировал некоторые из них. Одно упражнение было разработано, чтобы помочь человеку почувствовать линии мира. Согласно магии Яки, мир состоит из линий, и при правильном упражнении их можно узнать непосредственно. Карлос держал ноги под прямым углом, вытянув левую руку, а правую расположив параллельно земле и согнув ее внутрь к груди. Левую ладонь он повернул от себя, а правую — к груди. Затем он начал быстро шевелить пальцами обеих рук, как будто играя на гигантском банджо. Карлос сжал руки в кулаки и грациозно повернулся вокруг себя, приняв боксерскую стойку. Внезапно Карлос снял напряжение со своего тела и раскрыл кулаки. «оп»! Он произнес: «Вот они линии мира!»

Я попробовал это упражнение и почувствовал то, чего никогда раньше не испытывал. Что это было на самом деле, я не знаю: возможно, это были линии мира. В самом центре зарослей чаппараля Карлос показал способ как захоронить себя. Маг Яки приходил в это место, тщательно строил небольшое укрытие из кусочков дерева манзанита и мескита, в которых можно было бы захоронить себя. Это был способ произвести своего рода психологическую смерть — технику остановки мира. Таким образом, маг медитировал в течение нескольких дней, останавливая непрерывный поток внутреннего диалога и прерывая поток обычных восприятий, которые мешают человеку видеть. Акт захоронения не является похоронной практикой. Это способ неделания мира так, вместо обычного делания.

Там, на месте силы, которое дон Хуан видел во сне, Карлос рассказал нам, как выживать в лесу. Он рассказал, как он и Дон Хуан ловили гремучих змей. Карлос сказал что нужно много нитей, чтобы сделать ловушки разных видов. Для поимки гремучей змеи ловушка делается с помощью длинной нити, превращенной в петлю, которая надевается на голову змеи, когда она вылезает из своей норы. Карлос говорит, что лучше всего пользоваться зубной нитью. «Антропологам не нужен весь этот мусор, который они берут с собой в поле. Все, что им нужно, это зубная нить, много зубной нити». Карлос наслаждается радостью от еды гремучей змеи. «Это супер вкусно!», — он говорит: «Колоссально вкусно! Лучше, чем кит, индейка, курица».

Карлос сказал, что есть другие места силы, каждое из которых отличается. Есть даже место силы, куда вы можете пойти, чтобы избавиться от злых духов, которые будут цепляться за мага. Он знает одно такое место, где маг протискивается через узкий выход, сделанный между двумя отвесными стенами утеса. Когда маг протискивается сквозь отверстие, злые сущности стираются с него и остаются навсегда в месте силы.

Карлос говорит, что этих злых духов не надо путать с союзниками. Это другие нежелательные сущности, которые могут прицепиться к воину. Там, в месте силы, Карлос кажется по-настоящему счастливым, Его энергия кажется неисчерпаемой, Карлос спускается вниз с одного холма на другой. Он легко передвигается через густой чаппараль, как быстрый койот. Он подпрыгивает, как полноватый маленький гномик. Нет сомнений, что на диких холмах над Малибу Карлос чувствует себя совершенно как дома. Он шутит о Доне Хуане Доне Хенаро и других, которых он знал. Его речь, как у дона Хуана, усеяна шутливым сленгом. Карлос также советует и мне: «Будь серьезен, но не принимай себя слишком серьезно!»

Поскольку мы готовы были уже покинуть место силы, Карлос предупредил нас «Оставьте все, что вы нашли здесь. Не берите ни ветки, ни цветов, ни камней, ничего! Это очень опасно!». Затем мы отправились в путь через каньон Малибу в поисках водного каньона, где Карлос должен был найти для нас растение Дягиль или Дудник лекарственный (angelica).

Дягиль или Дудник лекарственный — любимое растение магов Яки. Сжигание его высушенного стебля приводит к образованию дыма, который, как считается, дает большую ясность. Мы искали дягиль в русле ручья прямо под знаком, предупреждающим: «Не пересекать, штраф 500 долларов – по закону штата округа Лос-Анджелес и /или тюремное заключение для нарушителей».

Карлос проигнорировал этот знак. Мы нашли несколько зеленых растений дягиля, но ни одного, которая высохла естественным путем. «Это плохо», сказал Карлос, «Он должен быть сухим, прежде чем его надо собирать! Я сразу почувствовал запах зеленого дягиля». Пахло очень знакомо, и я откусил его. «Карлос, — сказал я, — Это ведь дикий сельдерей». Карлос сказал: «Конечно, дикий сельдерей, разве он не хорош? Дягиль потрясающее растение».

Я взял его к известному ботанику в UCLA для анализа. Он сказал мне, что в нем ничего нет. Ничего! Совершенно безобидная вещь. Вы могли бы съесть 10 фунтов такого растения, и ничего бы не случилось, но оно очень важно для мага. Карлос настаивает на том, что его дым приведет к большой ясности. Маг часто использует его для того, чтобы ароматизировать помещение, так же как люди здесь используют благовония или освежители, чтобы освежить воздух в своих домах. Иногда из него делают чай. Карлос говорит, что чай из дягиля мягкий и вкусный.

Мы с Рут оставили Карлоса и остальных в водном каньоне и направились домой к Лагуна Бич через международный аэропорт Лос-Анджелеса, где нам надо был встретить прилетающих друзей. Проезжая через Венис, Калифорния Рут внезапно стало очень плохо. Я не туда свернул и в итоге оказался в ужасной пробке на Venice Boarwalk. У нас с Рут была ужасная ссора. Самолет нашего друга опоздал на два часа. Когда мы выходили из аэропорта разразился страшный ливень, и во время езды по автостраде сгорел мой привод стеклоочистителя. Я не мог поверить в невероятную неудачу, которую мы все время испытывали. Вынужденные покинуть автостраду, мы съехали на трассу US 1 в полночь и в самый ливень. Я высунул левую руку из окна и, используя ее, как стеклоочиститель, смог вытирать маленькое пятно достаточно чистым, чтобы хоть как-то видеть дорогу. Нам потребовались многие часы, чтобы добраться домой.

По дороге Рут побледнела и сказала: «О, Боже!» Я думал, что она снова ужасно себя чувствует, но это было совсем не так. Порывшись в кармане своей куртки для сигарет, она нашла веточку с места силы. «Как ты могла это сделать? — закричал я, — Карлос сказал тебе не брать оттуда ничего. Посмотри, что случилось». «Но я не брала этого». Она сказала, что, должно быть, оно само прыгнуло в ее карман!

«Мне все равно, как оно туда попало! Выбрось эту чертову штуку из окна! Прямо сейчас!» Я был так расстроен, что чуть не вырулил прямо на грузовик, приближающийся к нам по встречной полосе. Наши друзья, которых мы подобрали в аэропорту раньше, смотрели на нас с заднего сидения, как будто мы сумасшедшие. «Что не так с этой веточкой?» Они хотели знать. «Рут выбросила. Забудьте об этом!» Я сказал, вздохнув с облегчением. «Это была ерунда!» Но я знал, что лгал. Это, конечно, не была ерунда. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался, и мои стеклоочистители снова начали работать. Мы легко доехали до Лагуна Бич. Когда мы мчались всю ночь, мои мысли были о Карлосе, Доне Хуане и о способах познания Яки. Я вспомнил одну последнюю историю, которую Карлос рассказал нам.

Дон Хуан сказал ему, что Карлос вообще не знает сам себя. Чтобы доказать свою точку зрения, дон Хуан сказал Карлосу начать думать о себе в терминах, которые были полностью противоположны тем, в которых он обычно думал о себе. Карлос делал это в течение нескольких дней. Он был поражен, обнаружив, что противоположное описание ему также подходит. Он бросился обратно к Дону Хуану с новостью о том, что он совсем не тот, кем считал себя. Дон Хуан сказал: «Это хорошо, Карлос, но, когда ты действительно придешь к видению, ты поймешь, что ты так же не являешься и своей противоположностью. В конце концов, ты мертвец, как и все остальные». Когда я ехал, я вспомнил странный, но прекрасный день проведенный с Карлосом на холмах над Малибу и о последовавших невероятных событиях.

Опасность дороги сквозь темную ночь во время дождя заставила меня задуматься о своей смерти. Я понял, что путь познания Яки напрямую связан со смертью. Точнее, все дело в том, чтобы мужественно жить с фактом смерти, являющимся абсолютным ужасом для того, кто является живым человеком. Фрагменты стихотворения, которое особенно любил Карлос, продолжали врезаться в мое сознание. Стихотворение Хуана Рамона Хименеса было таким же любимым и у Дона Хуана.

..И я уйду. А птицы будут петь
как пели,
и будет сад, и дерево в саду,
и мой колодец белый.

На склоне дня, прозрачен и спокоен,
замрет закат, и вспомнят про меня
колокола окрестных колоколен.

С годами будет улица иной;
кого любил я, тех уже не станет,
и в сад мой за беленою стеной,
тоскуя, только тень моя заглянет…

И я уйду; один – без никого,
без вечеров, без утренней капели
и белого колодца моего…
А птицы будут петь и петь, как пели.

 

Сновидѣніе Наяву: ученіе г-на ​Карлоса​ ​Кастанеды​ и г-жи ​Кэролъ​ ​Тиггсъ​

Сновидѣніе Наяву: ученіе г-на ​Карлоса​ ​Кастанеды​ и г-жи ​Кэролъ​ ​Тиггсъ​

Общество русско-толтекской дружбы
cовмѣстно съ сообществомъ ​ИКСТЛАНЪ
Объявляетъ циклъ практикъ
по учение г-на ​Карлоса​ ​Кастанеды​ и г-жи ​Кэролъ​ ​Тиггсъ​

Сновидѣніе Наяву

Какъ очнуться и осознать себя во снѣ повседневной жизни?
въ программѣ цикла: ​
Магическія​ Пассы видящихъ изъ традиціи ​Древнѣй​ Мексики и упражненія недѣланія

онлайнъ 21, 28 ноября, 5 и 12 декабря

в залѣ 22, 29 ноября, 6 и 13 декабря

 

Нужно ли ложиться в постель и засыпать – чтобы начать сновидеть? 

Нет. Поскольку вы УЖЕ и СЕЙЧАС в сновидении, достаточно осознать этот факт. Не интеллектуально, а физическим телом, как ощущение.

Обязательно ли делать что-то специальное, чтобы попасть в сновидение?

Нет. Наоборот, лучше перестать делать что-то, из того, что вы обычно делаете. Например, привычный внутренний диалог или привычные действия. Просто что-то отпустить, не держаться за что-то, за что мы обычно держимся. Например, за привычное мнение о себе и об окружающих.

Как начать сновидеть?

Нужно сдвинуть свою точку сборки в позицию, из которое у вас появится ясное чувство, что вы находитесь во сне и окружающий вас мир – это сновиденный мираж, несмотря на свою физическую плотность.

В течение занятий цикла мы будем выполнять специальные практики, магические пассы и неделания для входа и удержания в состоянии сновидения наяву. Полное участие – ключ к успеху!


Циклъ ​онлайнъ​ практикъ въ сообществѣ ​ИКСТЛАНЪ​

21, 28 ноября, 5 и 12 декабря

Занятія по субботамъ, вечеромъ, начало въ 20-30 по московскому времени

Стоимость и условія оплаты прежніе: 2 тыс. рублей за 4 занятія

Для регистраціи оплачивайте ​онлайнъ​ переводомъ по номеру карты №4276380076246771 (Сбербанкъ)) либо по Paypal на ​емейлъ​ don.vertigo@gmail.com

Послѣ оплаты напишите на почту или въ ​Воцапъ​ о фактѣ оплаты


Циклъ практикъ в залѣ въ сообществѣ ​ИКСТЛАНЪ​

22, 29 ноября, 6 и 13 декабря

Занятія по воскресеньямъ, вечеромъ, начало въ 18-00 по московскому времени

Мѣстоположеніе: Малый Харитоньевскій перъ., 9/13съ9, Москва

Стоимость и условія оплаты: 750 рублей за каждое занятіе

Оплата происходитъ на входѣ, у дежурной

 Кастанеда. Ученик Чародея. Впервые в интернет. 3 часть

 Кастанеда. Ученик Чародея. Впервые в интернет. 2 часть

Это продолжение рассказа о Карлосе Кастанеде опубликованного в печатном номере американского журнала Пентхауз за 1973 год, Ирвингом Уоллесом.

Первая часть: https://tensegrity.moscow/uchenik-charodeya-castaneda/

***

И легко и сложно передать именно то, что имел в виду Дон Хуан. Если человек, которому вы пытаетесь объяснить чувствует, что его реальность — это не только одна возможная реальность и что все реальности являются просто описаниями, то это будет легко. Но если человек отрицает и уходит от возможности наличия множества реальностей и, следовательно, множества описаний мира тогда это будет сложно. По правде говоря, идея остановки мира является центральной идеей системы верований мага. Сам Карлос говорит:

«Я привык думать, что психотропные препараты были важной частью. Я больше не верю этому. Они были только поддержкой. Дон Хуан сказал мне, что все то, чему он меня научил, было средствами для остановки мира. Независимо от того, осознаем мы это или нет, каждый из нас носит с собой описание мира. Мы постоянно интерпретируем мир с точки зрения этого описания. Это поток интерпретаций, который должен быть прерван, если мы хотим постичь природу отдельной реальности. Техника остановки мира — это любой набор обстоятельств, настолько чуждых потоку наших интерпретаций в наших головах, что он буквально останавливает мир описаний. И когда мы преуспеваем в том, чтобы остановить мир или, вернее, в нашем повседневном его описании, мы можем наконец ВИДЕТЬ его.

«Чтобы УВИДЕТЬ мир», говорит Карлос, «мы должны сначала прекратить его ДЕЛАНИЕ». Он имеет в виду, конечно, перестать делать наше описание мира. Карлос говорит, что самое важное занятие, которое можно выучить, называется «Неделание»! Например, «не делать» другого человека — это означало отказаться использовать привычное описание его личности по отношению к нему. Тогда, согласно Карлосу, мы «увидим» их. Дон Хуан говорит, что, когда вы перестанете «делать» других людей, вы, наконец, увидите их такими, какие они есть на самом деле.

За завесой этого все выглядят одинаково. Они похожи на светящиеся яйца. Как объяснил дон Хуан Карлосу, все действия Дона Хенаро, который плавал по полу и заставлял исчезнуть его машину, были его способом заставить Карлоса остановить мир и увидеть. Эти действия были настолько чужды нормальному описанию мира Карлосом, что он был вынужден прекратить делать свое описание. Дон Хуан сказал ему, что он считал, что Карлос наконец преуспел в том, чтобы увидеть. Начиная с невероятного плавания дона Хенаро, Карлос мог видеть. Больше не было ничего чему бы он мог научить Карлоса. В зале для семинара повисло странное недоверие. Студенты хотели верить этим и другим невероятным рассказам, которые Карлос рассказывал о своих приключениях с доном Хуаном, но они казались смущались своей веры.

Многие натужно смеялись. Они часто пытались найти рациональные объяснения произошедшего. Несколько психиатров, которые регулярно приходили на семинар, говорили о проекции действии определенных психоактивных препаратов и даже восходящей ретикулярной активирующей системы ствола мозга. Карлос отвечал что-то вроде: «да, это вполне возможно, или «это интересно», и так далее, а затем продолжал разговор об охоте на гремучих змей с Доном Хуаном, разговоре с койотами и других интересных вещах.

Карлос рассказал о том, как он столкнулся с двуязычным койотом. Когда Карлос спросил: «Как твои дела, койотик?», Койот ответил: «Я в порядке, а ты?». Карлос сказал, что койот был двуязычным, потому что также он произнес, Que Bueno смешивая английские глаголы с испанскими союзами. Карлос сказал, что немыслимо, что бы он мог говорить с койотом. Немыслимо!

Но, очевидно, что это возможно. Можно даже поговорить с койотом-чикано, двуязычным койотом. Он смеялся и наблюдал за классом с явным юмором. Карлос продолжил: «Мир — это не что иное, как описания, которые вбивали в наши головы с тех пор, как мы были детьми. Дон Хуан дал мне другое описание мира. Я принял его описание и, изменив свое описание, изменил свое восприятие. Я мог видеть. Маг должен пройти сквозь перцептивные глоссы культуры, чтобы увидеть. Он должен осознавать тот факт, что возможны другие описания.»

Один из учеников на семинаре сказал: «Вот почему дон Хуан продолжал пугать тебя до усрачки, он ломал твой способ собирать мир». «Я — крепкий орешек», признался Карлос. «Дону Хуану пришлось использовать три психотропных растения, чтобы разрушить мои глоссы. Мескалито, Йерба ди Диабло и Хумито». Карлос говорил о пейоте, дурмане и грибах. Карлос сдержанно внимателен с психотропными препаратами. Он сказал: «Употребление психотропного средства может быть лишь в случае очень упрямого человека. Но оно вредно для организма. Мне пришлось провести месяцы в разбитом состоянии после их приема. Особенно грибы. Это было очень вредно для моего тела. Проходили месяцы, когда я все время был болен. Я не мог ничего переварить. У меня была преследующая депрессия от грибов. 1964-1965 ужасные годы».

«Все тело должно быть воспринимающим, если вы хотите быть полностью осознанным. Посмотрите на меня сейчас, я не спал 24 часа, но по мне этого не видно. Мое тело сейчас находится в оптимальном состоянии. Нагрузка очевидно не влияет на меня».

Карлос, похоже, обеспокоен тем, что люди просто обесценят его труды из за ассоциации с опытом употребления наркотиков. Он подчеркивает, дон Хуан, бережно относился к психотропным веществам. Карлос сказал: «Дон Хуан больше не нуждается ни в грибах, ни в психотропных веществах. Но дон Хуан все еще должен их собирать. Это ритуал, который должен делать дон Хуан. Он должен выходить каждый день и собирать грибы. В его системе ценностей важны шаги, а не результаты. Хотя дон Хуан больше не будет их использовать, он все равно будет готовить их с особой тщательностью».

Как отмечает Карлос, и Дон Хенаро, и Дон Хуан являются опытными ботаниками. Оба они собирают много лекарственных растений, помимо психотропных, для продажи на рынках Мексики. Дон Хуан собирает редкие растения.

Карлос рассказал, как он пришел в ужас, обнаружив остатки колонии, предположительно созданной Тимоти Лири в 1960 году. Когда мексиканские власти выгнали группу Лири из Мексики, некоторые из этих людей остались, прячась в холмах, пока все не утрясется. Карлос говорил о том, как зашел в дом, где все еще жили эти люди, он сказал: «Я вошел вооружившись моей лучшей улыбкой и сказал: привет, друзья — Я Карлос Кастанеда из Лос-Анджелеса!». Все они были в отключке. Их было 25 человек в большой комнате. Все они были под кайфом. Одна маленькая девочка, которая слабо улыбнулась мне, почти воодушевила меня. Но она тоже не стала говорить со мной. Она подняла свою ногу, чтобы почесать ее, которая вся была покрыта волосами. Я был шокирован увиденным там. Действительно шокирован. Я встал и ушел, пришел дон Хуан, и мы пошли в горы, я рассказал ему об этих американцах, дон Хуан сказал мне, что он их тоже видел, он находил их действия просто абсурдными, он сказал мне, что видел их в полях,  когда они прямиком там ели грибы. Дон Хуан был потрясен — есть такие грибы без тщательной подготовки очень токсично. Он не мог понять, как они могли быть такими глупыми. Он увидел голого американца, который стоял в поле и ел грибы прямо на месте. Дон Хуан был в ужасе. Грибы нужно собирать с особой тщательностью. Они должны храниться в тыквенной горлянке в течение года и правильно смешиваться с другими ингредиентами. Ритуал даже включает в себя то, как вы должны обращаться с ними. Вы должны взять грибы в левую руку и перенести их в правую, чтобы поместить их в тыквенную горлянку для хранения. И у вас должна быть огромная концентрация, чтобы найти правильный гриб. Лучше практиковать упражнения Яки, чем использовать психотропные средства».

Карлос рассказал об охоте за едой силы с доном Хуаном. Они отправились на поиски кроликов и гремучих змей. Дон Хуан сказал Карлосу, что они должны подождать, пока к ним подойдет кролик, в самый пик сумерек Карлос сказал: «Вы должны подождать этого момента, когда последние отблески света исчезнут. Если кролик появляется, вы должны убить его. То же самое с гремучей змеей. Если она появляется в момент наступления сумерек, вы должны ее убить. Эта пища, которая появляется в такой момент, является мясом силы. Это нечто потрясающее. Я хожу на рынок в Лос-Анджелесе и покупаю стейк. Он просто ужасен. Вы не знаете, как животное было забито. Но мясо силы — это подарок. Это совершается без яркого насилия. Дон Хуан убивает оленя, когда тот придет к нему в таких чрезвычайных обстоятельствах. Даже пуму. Это мясо силы действительно удивительно. Я ел всевозможные виды мяса силы в время моих путешествий по горам с Доном Хуаном.

Однажды мы даже съели горного льва. Все мясо силы выглядит одинаково. Все, что вам нужно для поддержания себя в форме в течение года, это немного мяса силы, немного пиноли, (жаренная измельченная кукуруза), немного сушеного перца чили и немного воды. Вам больше ничего не нужно. Я бы потерял всего пять фунтов, питаясь только мясом и пиноли».

Однажды Карлос объяснил мне, что он имел в виду во время нашего самого первого разговора, когда сказал, что он чувствовал себя опустошенным и исчерпавшим самого себя Карлос говорил о себе и своей жизни. Он сказал: «У меня сейчас нет незавершенных дел. Я могу отправиться прямо отсюда в вечность. Меня ничего не ждет. Нет незаконченного дела. Ничего меня не сдерживает. На данный момент в Лос-Анджелесе нет ничего, что я еще не закончил. Я называю это — держать все под контролем! Тогда нет болтающихся концов. Мой отец так не думал. Он думал, что вы можете хранить так много всего, а затем использовать это, тратя впустую. И с тех пор все лишь катилось по наклонной. Я думаю, что правда находится на другом конце. На стороне Дона Хуана. Лучше ничего не иметь. Не иметь свободных концов. Лучше их отрезать»

Карлос рассказывал о своей матери и отце и об их страхе жить. Он описал своего отца как скучающего профессора-интеллектуала. Его мать постоянно жаловалась, что ничего не имеет. Она говорила Карлосу: «Никто мне ничего не дал. У меня нет кольца с бриллиантом». Карлос рассказал, что она начала рыдать, и что он плакал с этой женщиной, потому что у нее не было кольца с бриллиантом. Когда Карлос рассказал дону Хуану о своей матери, дон Хуан сказал: «Если никто никогда не давал ей что-либо, то ей принадлежал весь мир. Если человек может освободиться от страха жить, этого было бы действительно достаточно». Как сказал дон Хуан Карлосу, только живя как воин кто-либо может пережить путь знания. Потому что искусство воина состоит в том, чтобы уравновесить страх быть человеком с чудом быть человеком. Повторяющиеся проблемы Карлоса с матерью не проявляются в его повседневных отношениях с женщинами. Он очарователен, грациозен и внимателен к женщинам окружающим его. Тем не менее он шутит о том, что никогда не слышал об учениках-женщинах. Карлос, произнося фразу забавно задом наперед, сказал: «Может быть, потому что маги — это шовинистические свиньи мужского пола». Видимо, Дон Хуан также любит дурачиться с дамами. Карлос рассказал, как однажды автомобиль жук Фольксваген остановился перед домом дона Хуана. «Быстрее Карлос!», — приказал дон Хуан, — «Прячься под соломенной циновкой». Карлос сделал то, что ему было сказано, не зная, чего ожидать. Он выглянул из-под коврика и обнаружил, что посетителем Дона Хуана была прекрасная молодая женщина социальный работник. Она начала разговор с доном Хуаном, как будто они были старыми друзьями. Карлос, учитывая возраст дона Хуана, подумал, что забавно, что ему удалось привлечь прекрасную молодую леди, и он посмеивался лежа под ковриком. Дон Хуан с шумом рассмеялся и сказал: «Не бойся, под этой циновкой прячется всего лишь Карлос». Очевидно, что маги весело проводят время вместе.

Женщины, тем не менее, попадают в жизнь мага особым способом. Карлос рассказал нам захватывающую историю о четырех ветрах.

Маг должен постоянно быть начеку для встречи с женщинами, которых сила приносит ему как под воздействием ветра. Он не может преднамеренно сам искать их. Подобно кроликам и гремучим змеям, на которых охотится колдун, они сами должны прийти к нему. Маг нуждается в них для своего последнего усилия в борьбе с союзником. В самом деле, для мага почти самоубийственно изначально противостоять союзнику без помощи женщины, окружающей мага.

Всего их четверо — это ветры мага. К северу от него женщина, которая является его щитом, его защитником. Сзади него в направлении юга это теплый, ветер шутник. Джокер олицетворяет тепло и легкость весны. Ее присутствие смягчает разрушительный северный ветер. На западе интроспекция представлена ловцом духов. И завершение всего этого массива — это оружие на востоке. Оружие является главным авторитетом, освещающим ветром. Именно в таком расположении, все они пятеро, маг и его четыре ветра следуют по равнине, расположенной где-то в Соноре, в Мексике, чтобы противостоять союзнику.

Карлос преднамеренно не рассказывает о местоположении этой равнины, но он заверил меня, что она существует и что это реальное место там, где маг должен пойти встретиться и бороться с союзником. Когда женщина и маг сталкиваются с союзником лицом к лицу, сначала женщина берет на себя основной удар атаки союзника. Двигаясь сначала против джокера в задней части этого формирования, союзник распластывает ее на земле. Другая женщина и маг должны развернуться, как в каком-то мрачном балете, и застыть в направлении борющегося джокера и союзника. Они не могут прийти ей на помощь. Один за другим союзник нападает на женщин, наконец, с огромной силой двигаясь против щита впереди мага. Затем он нападает на самого мага с мощной демонстрацией своей силы. Маг и союзник борются друг с другом. Если маг преуспевает в борьбе с союзником и прижимает его к земле, он приобретает силу союзника, но если он терпит неудачу, то союзник его закручивает.

Карлос рассказывает о том, как дона Хенаро раскручивал его союзник. Дон Хенаро схватился с союзником, но с того момента, как он схватил его, он начал вращаться с большой силой. Союзник буквально кружил дона Хенаро, словно волчок, вращая его с огромной скоростью, и, наконец, швырнул на землю вдали от его дома в чужом месте. Именно тогда дон Хенаро был вынужден отправиться домой в Икстлан. На пути он встретил людей, которые казались людьми, но оказались призраками. Но дон Хенаро так и не смог добраться до Икстлана. Его мир был закручен союзником. Дон Хенаро никогда не сможет вернуться домой. На самом деле он потерял свою человечность. По правде говоря, призраки, с которыми Дон Хенаро встречался и продолжает встречаться в своем непрестанном путешествии назад в Икстлан, вовсе не призраки, а настоящие люди. Это дон Хенаро не является больше человеком. Как и дон Хуан.

Метафора мага о том, как союзник закручивает и вращает мага, отражает смысл трансформации обычного человека, который не видит, в мага, который наконец способен видеть. Но человек становится магом платя за эту необычайную цену. Потерять свою человечность означает оставить позади все то, что кому-то дорого. Как сказал дон Хуан Карлосу: «Теперь ты готов бороться с союзником. Ты выживешь, и первое, что ты захочешь сделать, это вернуться в Лос-Анджелес. Но ты никогда не доберешься туда. Все это будет навсегда потеряно для тебя. Все, кого ты любил все то, что ненавидел, чего желал, что было дорого, останется позади тебя». Карлос, говоря о своей собственной готовности идти на равнину к союзнику, сожалеет о том, что у него нет ветров. «Мне придется самому сделать решающий шаг. Я сделаю это, когда мое тело почувствует, что готово». По классу распространились слухи, что помощник Карлоса нашел для него девушку, которая хотела пойти с Карлосом на эту равнину, чтобы бороться с союзником. Я не поверил этому на данный момент, потому что, по словам Карлоса, все это очень опасно. «Союзник не шутит, когда нападает на женщину — ветер. Это может быть смертельно». Я сомневаюсь, что женщина рискнула бы настолько. Карлос решил, что однажды он привлек ветер, но дон Хуан сказал ему, что это не ветер. «Ее нужно постоянно подталкивать. Либо она нуждается в гигантских усилиях, чтобы измениться, либо тебе придется покинуть ее». У Дона Хуана было три ветра, когда он пытался пересечь равнину. У него так и не вышло это сделать. У Карлоса нет ветра, но он чувствует, что ему все равно нужно попробовать, даже если его закрутит союзник и, как следствие, он потеряет свою человечность. Карлос отождествляет себя с другим молодым магом по имени Паблито. Паблито — очаровательный, изысканный, забавный, утонченный, но, тем не менее, не угрожающий другим. «Он моей комплекции, моего возраста. Я внимательно слежу за его действиями. Что бы ни делал Паблито это превращается в изысканное представление. Возможно, именно поэтому Паблито уже привлек три ветра». Карлос настаивает, однако, что эта концепция ветра не имеет сексуального подтекста. Это предрасположение силы. Но даже Паблито со всем своим обаянием, кажется, не может найти четвертый ветер. Как и дон Хуан, он, кажется, застрял с тремя. Карлос говорит: «я не думаю, что Паблито получит четвертый. Ему придется оставить всех позади и пересечь равнину самому. Паблито почти готов. Я буду свидетелем его попытки пересечь долину». Карлос, похоже, не согласен пересекать равнину. Он говорит: «Я вовлечен во множество вещей. Может быть, поэтому я так долго откладывал это». В другой раз он сказал, что он привержен своим чувствам. «Это то, что делает меня человеком, мои чувства, мне нравится показывать свои чувства, быть счастливым, грустным, любить. Дон Хуан и Дон Хенаро, видите ли, не имеют настоящих чувств. Дон Хуан не испытывает ко мне никакого сострадания. Он уделяет мне свое внимание, вот и все. Он может только воспроизводить их, как будто он имеет настоящие человеческие чувства. Он и Дон Хенаро были раскручены [союзником]. Они потеряли свою человечность».

Карлос, похоже, не уверен, что готов заплатить окончательную цену за видение. Дон Хенаро, однако, настаивает на том, что можно преодолеть равнину и, следовательно, обрести силы союзника, но при этом сохранить свою человечность. Он говорит, что знал одного воина, который прошел через равнину. Карлос говорит: «Дон Хенаро не шутит, немыслимо, чтобы он лгал мне. Я отправлюсь в Мексику. Я буду сидеть под этим деревом и ждать, пока этот человек придет ко мне. Я буду сидеть там месяцами, если это необходимо. Этот человек придет ко мне и раскроет мне суть этого мифа». Мне стало очень любопытно, что это за воин, который сумел пройти через равнину. Был ли его успех причиной того, что маги продолжают пытаться рисковать своей человечностью в поисках знаний? Карлос сказал мне, что он так не думал. Он сказал очень просто: «У человека просто нет другого способа, чтобы жить». Эта фраза Дона Хуана и Карлоса запомнилась мне. Я слышу, как Карлос говорит мне это определенные моменты.

Однажды, делая покупки в  торговом центре Sears Roebuck, я увидел человека моего возраста, и двух маленьких детей, практически висящих на нем. Его жена жадно рылась в корзине с товарами со скидкой: «Посмотри на это, и вот это, и это», мужчина произнес: «Эти  чертовы дети сводят меня с ума, и ты ни в чем мне с ними не помогаешь». Фраза Карлоса об образе жизни воина промелькнула в моей голове. У человека просто нет другого способа, чтобы жить. Я пошел домой, думая: каждый из нас по-своему в этой культуре заканчивает в торговом центре Sears Roebuck. Мое недовольство своей собственной культурой всегда было крайне глубоким, когда я углубился в мировоззрение магии Яки, мое чувство дистанцирования от собственной культуры стало еще более глубоким. Я идентифицировал себя с Карлосом, я почувствовал страдание, которое он должен испытать как человек, застрявший между двумя культурами. Карлос сказал: «моя жизнь странная, более странная, чем кажется, я прилагаю усилия, чтобы выглядеть и вести себя последовательным образом». Но таков путь воина. И это то, как он функционирует. Он должен быть способен показать свою когерентную (то есть, соблюдающую соглашения – прим. ред) сторону и я не нахожу Карлоса странным.

Окончание по этой ссылке

 Кастанеда. Ученик Чародея. Впервые в интернет. 3 часть

 Кастанеда. Ученик Чародея. Впервые в интернет. 1 часть

Эта статья о Карлосе Кастанеде публикуется впервые на русском. И впервые она публикуется в сети интернет. Ее нет ни на одном сайте, ни на одном языке, она присутствует только в сохранившихся печатных номерах американского журнала Пентхауз за 1973 год. Ирвинг Уоллес, автор этой статьи – культовый американский писатель, друживший с творческой элитой Голливуда. Писателем он был известным, впрочем, не столько литературными достоинствами книг, сколько своей политической позицией. Его «прогрессивные» романы вызывали ярость радикальных консерваторов, были даже известны случаи, когда они публично сжигались на разного рода акциях. Среди его почитателей и друзей были такие люди как Джон Леннон, Генри Миллер, Рэй Брэдбери, Ирвинг Стоун, Алекс Хейли и Сидни Шелдон. С Карлосом Кастанедой Ирвинг Уоллес познакомился через своего друга – литературного агента Карлоса, Неда Брауна. Статья большая по объему, поэтому мы будем публиковать ее частями. В первой части статья помимо сцены знакомства пересказывает содержание книг Карлоса. Некоторые уникальные вещи о практиках и взглядах Карлоса в начале семидесятых годов статья рассказывает ближе к концу. Среди прочих интересных моментов – элементы магических пассов, которые Карлос демонстрирует уже тогда.

***

Летом 1960 года Карлос Кастанеда сидел с подругой в терминале автобусной станции Грейхаунд в жарком пыльном пограничном городке Аризоны. Неизвестный и никем непризнанный 25-летний аспирант и антрополог Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, Карлос отправился на юго-запад, чтобы собрать информацию о лекарственных растениях, используемых местными индейцами. В ожидании в автобусном терминале он встретился с самым замечательным человеком которого он когда-либо встречал,с событием, которое впоследствии принесло ему славу и деньги, и разрушило все его убеждения о природе реальности. Этот человек был темным, морщинистым, старым индейцем Яки с репутацией эксперта в области медицинских растений. Карлос завел разговор о пейоте. Этот разговор в итоге затянулся на 12 лет и завершился многочисленными книгами, которые захватили воображение людей во всем мире.

Первой из этих книг была книга «Учение дона Хуана: путь знания индейцев Яки». Она встретила мгновенный успех и признание критиков. Вторая книга, «Отдельная реальность», нашла восторженные отклики большой аудитории, стремящейся узнать больше об идеях Карлоса Кастанеды. Как выяснилось, Карлос наткнулся на одного из немногих оставшихся практикующих, почти забытое искусство магии Яки. Человеком этим был Дон Хуан Матус, знахарь, лекарь, маг, воин, брухо. Не то чтобы Карлос понял это сразу, так как прошел почти год, прежде чем дон Хуан начал доверять ему и стал объяснять природу пути знания Яки. На самом деле Карлос был втянут в свое ученичество доном Хуаном. Как он объяснил, никто не может стать магом, просто по своему желанию. Маг должен обмануть ничего не подозревающего ученика и втянуть его в этот процесс. В случае с Карлосом дон Хуан напугал его, сказав, что женщина-колдунья по имени Ла Каталина охотилась за ним угрожая его жизни. Он обратился за помощью к Карлосу и таким образом хитро втянул молодого антрополога в мир странных, необъяснимых и умопомрачительных явлений, насыщенных невероятными психоделическими переживаниями, сверхъестественными силами, злыми духами  и таинственными ритуалами. Ничто в происхождении Карлоса не указывает на то, что ему было суждено пережить такие приключения. Родился в Сан-Паулу, Бразилия, в рождественский день 1935 года, он воспитывался в традициях, присущих семье южноамериканских интеллектуалов. Его отец был профессором университета. Получив образование в Буэнос-Айресе, молодой Карлос приехал в Соединенные Штаты в поисках дальнейшего образования в Калифорнийском университете (UCLA). Получив гражданство США в 1959 году, в настоящее время он находится на завершающей стадии своей ученой степени доктора антропологии  Калифорнийского университета. Хотя он провел большую часть своей жизни в академических кругах, Карлос с недоверием относится к стандартным ученым. Он сказал мне: «Мой отец, как и большинство академических интеллектуалов, никогда ничего не подтверждает фактами». Кажется, что истина для Карлоса — это что-то, что происходит из непосредственного опыта, что-то, что каждый может подтвердить повседневными событиями своей обычной жизни. Кажется, он не доверяет абстракциям, типичным для ученых. Чтобы Карлос мог принять что-то как истину, он должен увидеть, как это работает в его собственной жизни и в жизни других.

Возможно, именно поэтому его произведения были так хорошо приняты другими. То что Карлос описал было именно его собственным опытом ученичества у дона Хуана. Люди могут примерить на себя его простые рассказы о путешествиях и приключениях в мире магии Яки. Другой причиной успеха работы Карлоса является широко распространенный интерес к психоделическому опыту и, что более важно, тот факт, что люди в технологически развитых обществах отчаянно хотят верить, что им доступны альтернативные реальности. Еще одно доказательство явного вовлечения Карлоса в путь индейцев Яки. Нарушение основных характеристик беспристрастности и объективности современной академической антропологии. Карлос вступает в непосредственный контакт с доном Хуаном, позволяя этому опыту привести его туда, куда он приведет.

Вкратце, Карлос не только изучает путь Яки, он верит в него всем сердцем. В то время как академический антрополог может посчитать его приключения с доном Хуаном невозможным, у Карлоса нет сомнений. Он доверяет своему опыту. Он его прожил.

Карлос верит Дону Хуану, когда тот говорит, что он ворона и что со временем Карлос тоже станет вороной. Карлос верит, что маги могут принимать формы многих существ, птиц, собак, койотов и так далее. Он считает, что теперь он может вести беседы с животными,  в то что маги могут совершать удивительные действия, такие как восхождение по вертикальным водопадам, обматывая  свои похожие на щупальца волокна, выступающие из их брюшной полости, вокруг камней и других точек опоры, и что маги могут по желанию менять мир, вокруг себя самым чудесным образом. Он считает, что вокруг нас всегда присутствуют всевозможные духи. Он видел союзников.

В системе магии Яки, союзники — это духи, силы, отличные от человеческих существ, которыми маг стремится овладеть и использовать их в своей собственной жизни. Карлос говорит: «Союзников действительно нечего бояться, это силы, просто силы. Ни плохие, ни хорошие» но в тоже время он, кажется, противоречит сам себе говоря: «Остерегайтесь, когда вы находитесь одни в темноте, это не безопасно. Вы должны быть очень уверены в том, что вы делаете. Особенно на краю крутых обрывов, где перед вами неожиданно может появиться союзник. Когда вы слышите о случаях таких падений — это не несчастные случаи». Карлос полон советов о том, как взаимодействовать с союзниками: «Никогда нельзя смотреть прямо на союзника, иначе все будет кончено для вас. Капут! Лучше всего сканировать союзника быстрыми движениями глаз, никогда не позволяя своему взгляду остановиться непосредственно на нем». Карлос рассказал мне о своей встрече с союзником на стоянке в кампусе Калифорнийского университета. Он принял форму, похожую на сияющий кристалл. Это было прямо на асфальте возле переднего колеса его машины. Карлос сказал, что он отказался поверить его присутствие. Он просто сел в свою машину и быстро уехал. В другой раз он столкнулся с союзником в форме студента когда направлялся в столовую, чтобы быстро перекусить перед занятием. «До тех пор, пока вы не будете готовы иметь дело с союзником, предупреждает Карлос, просто игнорируйте его!»

Когда Карлос говорит о союзниках, он иногда озорно над ними шутит и, кажется, высмеивает все что с этим связано, но чувствуется, что шутка — это больше показательная бравада. Временами, страх Карлоса безошибочен. Не нужно большого воображения, чтобы ощутить ужас, который скрывается в реальности, населенной духами, которые могут принимать любую форму и выскакивать у вас на краю пропасти и других опасных мест. Как страшно быть совершенно неуверенным в людях, которые случайно попадают в чью-то жизнь. Если вы верите в союзников, как это делает Карлос, какие жуткие мысли должны вспыхнуть в вашем уме, когда незнакомец подходит к вашей двери или останавливает вас на улице, чтобы спросить дорогу.

Есть моменты, когда беспокойство Карлоса очевидно. Я наблюдал за его глазами, когда его окружали большие группы поклонников, следовавших за ним по кампусу. Кажется, он постоянно просматривает людей, окружающих его, он алертен и насторожен. Он редко казался мне расслабленным и непринужденным в компании других. Я понимаю опасения Карлоса, поскольку мне тоже было позволено мельком взглянуть на мир союзников. На самом деле  именно встреча с ним, заставил меня разыскать Карлоса. Несмотря на то, что я был полностью очарован его трудами, я обнаружил, что он наполнен навязчивой красотой и богатым восприятием, с которым обычно не сталкиваются в трудах академических антропологов. Это был опыт взаимодействия с тем, что я посчитал союзником, что в итоге и привело меня к Карлосу.

Поскольку Карлос преподавал в университете, где преподаю я, найти его было достаточно легко. Я нарисовал эскиз союзника, которого я видел, и пошел в его студенческий класс в Калифорнийском университете в Ирвин, Калифорния. Моя первая встреча с Карлосом была прошлой весной. И это оказалось очень странной встречей. Я пошел в место, где Карлос должен был читать лекцию, но когда я туда приехал, его нигде не было видно. Огромный зал был переполнен студентами, но Карлоса там не было. Женщина-антрополог читала лекции вместо Карлоса. Я спросил, видел ли его кто-нибудь из окружающих меня студентов в тот день. Никто не имел понятия. Я осмотрел лекционный зал, но в реальности я не знал, как он выглядит. Единственное описание, которое у меня было, — это описание друга, который сказал: «Карлос выглядит как кубинский официант. Ты его ни с кем не спутаешь».

К сожалению, в этот день все там выглядели как кубинские официанты, кроме женщин. Я сдался и покинул лекционный зал, направляясь через кампус к моей машине. По дороге я подумал: хорошо, наверное, это доказательство, что тебе не быть вместе с Карлосом Кастанедой. Этому не суждено было случиться. Это было четкое знамение. Садись в свою машину и сваливай. Когда я потянулся к двери своей машины, мне в голову пришло изображение, казалось бы, из ниоткуда. Я увидел пухленького темноволосого человечка, одетого в коричневый костюм консервативного покроя, откинувшегося на стуле на площадке кофейни, расположенной у кампуса. Он разговаривал со студентом. Я вернулся пройдя через весь кампус и через кафе вышел на площадку. Я увидел там сцену, которую я только что описал в картине вспыхнувшей в моей голове и она соответствовала ей до малейшей детали.

Я сел справа от человека и студента и краем глаза наблюдал за ними. Я осознал, что мужчина также краем глаза наблюдал и за мной. Студент ушел через несколько минут. Человек в кресле повернулся прямо ко мне и улыбнулся. Я подошел к нему и сказал: «Вы Карлос Кастанеда, верно?» Он сказал: «да, садитесь, садитесь». Я сказал: «Я знал, что вы будете здесь». «Это хорошо», сказал Карлос, он был рад узнать, что я был членом факультета социальных наук. Однако он кажется немного двусмысленно, произнес: «Психолог? хах» Я попытался быстро затереть подобную идентификацию, так как не знал реакцию Карлоса, когда дело касалось психологов. Но он, казалось, быстро расположился ко мне. Он сказал: «Ты заинтересован в том, чтобы видеть»? Я сказал: «да, Карлос, я заинтересован в этом»! Я имею в виду, я думаю, что я уже начал» и я показал Карлосу эскиз союзника, которого я нарисовал

Карлос ахнул и очень серьезно сказал: «О боже, это одна из тех странных вещей!».

«Каких странных вещей?» — спросил я.  Карлос медленно произнес: «Это союзник, это ощущается».

Я сказал ему, где и как я увидел его. Карлос понимающе выслушал. Он сказал: «Я могу научить вас, что делать, когда это произойдет в следующий раз».

Я сказал: «Я его просто проигнорировал».

«Хорошо, — сказал Карлос. — вы поступили правильно, не смотрите на это, игнорируйте это. Вы должны прийти ко мне на встречу. Мы хорошо с вами пообедаем, может, немного мексиканской еды и у нас будет хороший ланч».

Я сказал: «Карлос, Я на самом деле то ничего и не ищу, у меня уже пять лет есть духовный наставник».

«Пять лет…, — сказал Карлос и внимательно изучил меня, — Сила знает способ как обрести силу». Я рассмеялся и Карлос тоже.

«Я чувствую, я исчерпал себя в данный момент. Пустота, больше ничего нет, мне больше нечем заняться, ты понимаешь, о чем я?»

Я сказал «да», несмотря на то, что я не был уверен. «Я тоже чувствую что исчерпал себя», — сказал я, гадая сам, что же на самом деле имел в виду.

«В любом случае Джон, мы закатим знатный ланч. Я нанесу тебе визит».

Я дал ему свой адрес и телефон. Мы договорились встретиться за обедом. Я пошел домой, моя жена Рут спросила: «Ты встретил Карлоса?».

Рут была зачислена на серию семинаров для выпускников, которые вел Карлос и была хорошо осведомлена о магии Яки. Я сказал: «Да, как бы то ни было, он хочет, чтобы я был магом! Она рассмеялась: «Иди ты…… идиот!!! Ты и твои глупые фантазии, Честно говоря, Джон, иногда я думаю, что ты действительно и полностью слетел с катушек».

Она остановилась и внимательно посмотрела на меня: «Джон» — сказала она медленно и осознанно, — «Ты действительно серьезно?»

«Ну, может быть и так» — сказал я. — «Может быть, это действительно то, что я должен сделать, отправиться в Мексику с Карлосом и быть учеником мага».

«Господи», сказал Рут. Она задумалась на несколько минут, а затем произнесла: «А что ты  хочешь что бы делала я, пока ты будешь бегать с Карлосом по Мексике, будучи магом?»

«Ну это не будет слишком долго! Может быть месяц или два! Я просто отправлюсь туда с Карлосом и немного погружусь в это чтобы узнать, что это такое. Может быть, я даже смогу встретиться с доном Хуаном».

Она сказала: «Он не отведет тебя к дону Хуану, Карлос сказал, что ему никому не разрешается говорить, где живет дон Хуан. Это абсолютный закон магии Яки».

«Ну, может быть, я смогу встретиться с ним, когда он приедет в Лос-Анджелес  что бы навестить Карлоса».

«Дон Хуан не будет приближаться к Лос-Анджелесу», сказала Рут. «Карлос собирался отвезти его в Лос-Анджелес однажды. Они ехали в машине примерно в 50 милях от города, когда дон Хуан вдруг сказал: «Останови машину! Разворачивай, я не поеду туда, слишком много злых духов….» его испугали вибрации Лос-Анджелеса».

«Ты меня разыгрываешь» сказал я.

«Спроси Карлоса», сказала она. «Это то, что он сказал нам сегодня в классе. Карлос развернул машину, и они поехали обратно в Мексику».

В любом случае, по той или иной причине, я внезапно был очарован магией Яки, Дона Хуана и Карлоса. На следующий день, я отправился в кампус, на встречу с Карлосом. Поскольку он имел репутацию того, кто одевался консервативно и даже где то не модно, я оделся в пиджак и галстук, так как я обычно одеваюсь для визита в транспортный суд. Я ждал около своего офиса и около офиса Карлоса с 11 утра до часа дня. Карлос так и не явился на обед. Я позвонил его ассистенту Розмари Ли:

«Сегодня утром Карлос уехал в Мексику» сказала Розмари. «Он должен немедленно увидеть дона Хуана. Я не знаю, с чем связан этот визит. Существует несколько вопросов, на которые он должен получить ответы немедленно. В любом случае, не беспокойтесь о том, что он пропустил обед с вами. Он делает это постоянно. Он никогда не появляется, когда говорит, что собирается это сделать».

Я отправился на ланч с Роном Сукеником, моим другом романистом, которого я встретил в ожидании за дверью Карлоса. Рон сказал: «Как получилось, что у тебя назначен ланч с Карлосом? Ведь это у меня с ним ланч?!»

«Забудь об этом Рон» — сказал я! — «Никто не получит встречу с Карлосом. Он свалил в Мексику. Он должен был что-то спросить у дона Хуана».

На обратном пути после ланча я столкнулся с Карлосом в лифте и чуть не выпрыгнул из своей обуви. «Карлос!!» закричал Я! «Я думал, вы Мексике», «Я и есть в Мексике» сказал Карлос, или, может быть, он сказал, что «Я был в Мексике» Или может быть он произнес: «Я собирался, но я не поехал». Мысль мелькнула в моей голове, может быть, он и в Мексике и в лифте! Я был так удивлен, что не знал, что сказать, поэтому я сказал: «Ну и дела, Карлос! Мне жаль, что я так и не пообедал с вами!»

Карлос сказал: «я ждал в своем офисе с открытой дверью с 11 до часу дня». Я смотрел на Карлоса с полным недоверием. Я был в его офисе пять раз, проверяя, готов ли он пойти со мной пообедать. Дверь была закрыта, и я уверен, что мой шум там вызвал бы даже спящего союзника. Карлос продолжил: «Мы должны поговорить, Джон! Нам есть о чем поговорить!» «Хорошо, Карлос», — сказал я! — «Но мне действительно нужно поговорить с вами, и в ближайшее время. Некоторые странные вещи начинают происходить. Если вы не будете против, я просто начну посещать ваш семинар для выпускников».

«Ну, конечно, Джон», — сказал Карлос, — «Непременно приходи на семинар. У нас будет много времени, чтобы поговорить».

Я посетил семинар выпускников, который вел Карлос весь остаток года и слушал, то, что рассказывал Карлос. И Карлосу было что рассказать.

«Мое обучение закончилось», — начал Карлос. — «Дон Хуан больше ничему не может научить меня. У меня есть все единицы описания, которые нужны магу для самостоятельного пути. Видите ли, дон Хуан был заинтересован в том, чтобы дать мне другое описание мира, другой способ видения, другую реальность. Но сейчас я должен сделать это сам».

Я знал, что Карлос нанес свой последний визит Дону Хуану в мае 1971 года. Кажется, он считает этот визит последним для своего ученичества. В то время с ним произошли поистине удивительные вещи. Он приехал к дону Хуану, и обнаружил его в компании своего друга дона Хенаро, другого мага Яки! Дон Хенаро немедленно столкнул Карлоса с невероятным действом.

Смеясь так сильно, чуть ли не до конвульсий, Дон Хенаро лежал на полу на животе и вдруг начал совершать плавательные движения руками. Карлос был поражен, увидев, что дон Хенаро начинает двигаться и скользить по комнате на животе, как будто бы на самом деле он двигался на большой доске для скейтборда. Дон Хенаро громко смеялся, быстро и плавно двигаясь по полу вокруг Дона Хуана и Карлоса. Столкнувшись с выходками дона Хенаро в прошлом, Карлос всегда пытался объяснить их. На этот раз он сдержал свои рациональные импульсы и просто ошеломленно уставился на дона Хенаро, плавно скользящего по полу. Карлос считал это важным событием, так как он был убежден, что, если он воздержится от попытки объяснить поступок дона Хенаро, он сможет видеть. Пока Дон Хенаро плавал между ними, дон Хуан рассказал Карлосу о кубическом сантиметре шанса.

У каждого человека, мага или нет, есть кубический сантиметр шанса, который появится перед его глазами, когда он меньше всего ожидается. Обычный человек не знает об этом. Но только не воин, который всегда настороже и ждет. Назовите это, как вам хочется: везение, удача, но независимо от этого, факт остается фактом, он появится когда вы меньше всего его ждете.  Карлос подчеркивает эту концепцию ожидания. Маг ждет, когда кролик придет на его охотничью тропу. Он ждет гремучую змею, когда она выскочить из норы. Он ждет женщину, которая ему понадобится для защиты, что бы она пришла к нему. Маг или Брухо, как говорит Карлос, должны быть настороже и готовы извлечь выгоду из кубического сантиметра шанса. Дон Хуан также сказал Карлосу, что дон Хенаро заставил его машину исчезнуть.

Дон Хенаро сказал, что он легко мог сделать это, и даже фактически уже сделал. Все трое вышли из дома, чтобы осмотреть машину Карлоса. Карлос был ошеломлен, обнаружив, что машины нигде не было видно, и дон Хенаро так и не покидал дом дона Хуана. Он обыскал то место, где он оставил ее, в полном недоверии, становясь все более дезориентированным.

Дон Хенаро и Дон Хуан делали клоунаду с особым остервенением. Смеясь от души, дон Хенаро ковырял под камнями, словно ожидал найти машину под одним из них. Он и Дон Хуан объединились, чтобы переместить большой валун с помощью палки, чтобы Карлос поверил, что машина будет именно там. В конце дон Хенаро сделал воздушный змей из своей шляпы и, привязав к нему длинную веревку, побежал вниз по склону, а змей летел за ним. Карлос сказал, что дон Хуан сказал ему наблюдать за воздушным змеем и не отводить от него глаз. Именно в том месте, где змей упал на землю, появилась машина Карлоса. Карлос сказал, что он побежал к машине, чтобы подробно ее осмотреть. Он услышал крик дона Хуана позади него. «Не смотри на машину, черт возьми, останови мир!».

Продолжение https://tensegrity.moscow/uchenik-charodeya-castaneda-2/

Окончание https://tensegrity.moscow/uchenik-charodeya-castaneda3/

Карлос Кастанеда, исследователь неведомого

Столкновение с Карлосом Кастанедой

Одно из самых трогательных интервью с Карлосом Кастанедой, которое было взято умирающим журналистом для газеты Sun, Майклом Бреннаном

Когда-то сновидения были для меня необычным делом. Когда мне было тринадцать, у меня были частые сознательные сны и внетелесные переживания. Как правило, непосредственно перед сном, когда мое тело было полностью расслаблено, я без предупреждения переходил в состояние удивительной алертности. Мое физическое тело онемело и тяжело, но я не спал. Каким-то образом я знал, что тогда я смогу покинуть свое тело.

В течение следующих трех лет почти каждую ночь я погружался в сон только для того, чтобы просыпаться и отваживаться попадать в миры снов потрясающей ясности и красоты. Я был полностью в сознании и мне было чрезвычайно любопытно все, что я встречал. Я бесконечно экспериментировал со своими чувствами и со своей способностью управлять этой странной средой. Но я никогда не мог решить, были ли миры, в которые я входил, объективно реальными, или просто проекциями.

В шестнадцать лет я принял участие в новаторском исследовании, возглавляемом Стивеном Лабержем. Используя лабораторное оборудование и серию заранее подготовленных сигналов, Лаберж продемонстрировал, что люди обладают способностью оставаться в сознании в физическом состоянии сна. Он назвал это явление «ярким сновидением» (Lucid Dreams). Тем не менее, даже это научное подтверждение не полностью развеяло мою неуверенность, потому что оно не объясняло, например, того, как я мог иногда одновременно осознавать как свое физическое тело, так и это «другое» тело. В конце концов, я решил, что на мои вопросы пока нет ответа, и ответы все равно не имеют большого значения. Чувство восторга, свободы и радости, с которыми я столкнулся в этих внутренних мирах, было истинной ценностью этого опыта.

Вскоре то же повышенное состояние осознания начало переходить в мою обычную повседневную жизнь, наполняя ее богатством и магией. Жизнь превратилась в сон наяву. По мере роста этой чувствительности она вступала в противоречие со всем, чему меня учили. Священники, обучавшие меня, казалось, верили, что эпоха чудес закончилась две тысячи лет назад. Наука предположила, что все можно свести к базовой механике. А современное общество советовало безопасный и бескровный путь рождения, учебы, работы и смерти, перемежающийся с банальным потреблением.

К тому времени, когда мне было семнадцать, я начал чувствовать, что со мной что-то неправильно. Я попал в плен обычной юношеской неуверенности, но главное, мое восприятие мира не соответствовало миру моих ровесников. Мои страхи пересилили дух красоты, который я стремился выразить. Чтобы компенсировать мою кажущуюся трусость, я предпринял отчаянный шаг, решив сойтись с толпой подонков и начал действовать из мешанины чувств внутри меня.

Сделав это, я предал все, что было для меня свято, и мои мучения были невыносимыми. В течение следующих пятнадцати лет я страдал от длительных приступов зависимости, бездомности и заключения в тюрьмах и жизни в бомжатниках. Мои сновидения покинули меня, превратившись в осознанные кошмары. Я совершал медленное самоубийство, процесс, который достиг своего окончания семь лет назад, когда я разделил иглу с двумя наркоманами в квартире на Нижнем Истсайде, арендуемой в Нью- Йорке.

Вскоре мои знакомые наркоманы из-за той иглы умерли от СПИДа. Теперь, сидя бок о бок со смертью, я обнаружил вокруг пустоту. Странно, но эта пустота принесла уверенность и восхитительное чувство – у меня не было ничего, что бы я бы мог потерять. Моя близкая смерть, кажется, предлагала слабый шанс восполнить то, что я утратил: мой опыт восприятия мира как осознанного сновидения большой красоты и тайны.

Находясь в этом настроении, я получил приглашение посетить семинар в Окленде, проводимый партнерами Карлоса Кастанеды, и написать об этом как журналист. Цель семинара состоит в том, чтобы преподать магическую дисциплину, которую Кастанеда получил от видящего Яки Дона Хуана Матуса. Согласно Кастанеде, видящие древней Мексики испытывали состояния повышенного осознания в сновидении. Они учились вызывать эти состояния осознанно, используя собрание точных движений, названных «магическими пассами».

Окутанная тайной, эта дисциплина прошла через двадцать семь поколений магов, и Дон Хуан Матус был последним. Теперь Кастанеда и его когорта утверждают, что они являются современными представителями искусства древних магов, которое Кастанеда назвал «тенсегрити», архитектурным термином баланса противопоставленных сил.

Другое предположение, распространяемое критиками Кастанеды, то, что он – сам изобретатель этой дисциплины и мифа о Доне Хуане Матусе. Согласно им, миф Кастанеды имеет происхождение не в доиспанском мире толтеков, но летом 1961, когда тридцатисемилетний студент антропологии УКЛА отправился в пустыню Сонора в поиске материала для своей кандидатской работы. Там, под жарким мексиканским солнцем, Кастанеда возможно и сфабриковал свои увлекательные рассказы о магии.

Несмотря на высокую похвалу Кастанеды представительных академиков, научных, и литературных степеней, скептики оставались обеспокоенными хронологическими несогласованностями в его книгах, его отказом дать больше информации о Доне Хуане для общественного исследования и собственной недоступностью автора. В конце концов, Дону Хуану Матусу, кажется, суждено преследовать нас, как призрак, мелькнувший на краю нашего зрения, беспокоящий наши сердца возможностью того, что магия все еще существует.

Шесть лет назад возникло новое доказательство, когда две женщины – Флоринда Доннер-Грау и Тайша Абеляр — написала изящные, подобные сновидению книги, описав их собственное столкновение с доном Хуаном. Доннер-Грау и Абеляр показали себя коллегами Кастанеды. Третья подруга, Кэрол Тиггс, упомянута Кастанедой в самой последней книге, «Искусство сновидения», в которой он описал, как, во время «совместного сновидения» с ним в гостинице в Туле, Тиггс исчезла из этого мира, унесенная на крыльях «намерения». «Буря бесконечности» вернула ее обратно в это измерение десять лет спустя, когда Кастанеда обнаружил ее блуждающую в оцепенении в книжном магазине Феникс в Санта-Монике. Ее невероятное возвращение «разорвало ткань вселенной».

Кастанеда, Доннер-Грау и Абеляр были полностью сбиты с толку последствиями этого события. В конце концов, Тиггс убедила своих попутчиков принять радикально новый подход к своей работе: впервые они открыто представили учение Дона Хуана, предлагая ищущим возможность подробно изучить фантастические практики легендарного видящего.

Они приняли это беспрецедентное решение, говорят они, потому что они — последние из их линии, и скоро «зажгут огонь изнутри и завершат прыжок в невообразимое». Больше того, они открывают их науку из благодарности к их преподавателям и бенефакторам, чтобы их древнее знание могло жить.

Подобно многим читателям, меня сильно толкнули и вдохновили книги Кастанеды — особенно (по очевидным причинам) его рассказы о магических возможностях сновидения. В то же самое время, я поддерживал скептицизм журналистов относительно всего дела. Но теперь существа, созданные мифом о доне Хуане Матусе, вышли из тумана своей недоступности и зашуршали в моем сознании, как развеваемые ветром листья. Я иду, чтобы послушать их речь, приготовив вопросы, сомнение, нетерпение, и тоску по магии, дабы опровергнуть бездушное сновидение современного общества.

Шесть женщин-инструкторов, названных «трэкерами энергии», стоят в парах наверху на трех приподнятых платформах в конфернец-зале Окленда. Они одеты в стиле боевых искусств, в широких брюках и рубашках, коротко подстрижены, и все они источают привлекательную силу и атлетизм. Их возраст от одиннадцати до тридцати шести, они приехали из Европы и Америки. Их манеры одновременно дружелюбны и серьезны. Они здесь, чтобы учить, и около трехсот человек, окружающих их, здесь, чтобы учиться.

В течение следующих двух дней трэкеры энергии демонстрируют сложную серию движений — магических пассов, о которых написал Кастанеда. Движения имеют запоминающиеся названия: Раскалывание Ствола Энергии, Продвижение по Корню Энергии, Стряхивание Грязи Энергии. Я имею годы практики хатха-йоги, и могу утверждать некоторые параллели между двумя дисциплинами. Много движений также имеют жестокое, боевое настроение, напоминающее об айкидо и каратэ. Но имеются некоторые необычные элементы в системе тенсегрити, которые я не могу разместить ни в какой из знакомых контекстов.

Среди участников был огромный конгломерат родов занятий — физики, преподаватели, инженеры, художники, чернорабочие, биологи — и разные нации: испанцы, итальянцы, немцы, русские, американцы, французы. Я говорил с разными людьми, ища доказательство эффективности движений, и то, что я услышал, начало медленно расшатывать мои сомнения.

Один человек, который в молодости практиковал каратэ в течение шести лет, говорит, что он находит движения тенсегрити, необыкновенно мощными. «Чем больше я практикую тенсегрити, — говорит он мне, — тем больше я думаю, что никто не может просто придумать эти движения. Их слишком много, они слишком сложные и систематические, а результаты слишком сильны».

Марио, индеец из Тархумара, выросший в северной Мексике, теперь живущий в Лос Анжелесе, говорит, что он и группа его мексиканских и индейских друзей давно неофициально практикуют упражнения из книг Кастанеды. Теперь, из-за этого более доступного обучения, они увеличили свои усилия. Когда Марио описывает некоторых из его сновиденческих приключений, я был поражен их очевидным подобием осознанным сновидениям в моем детстве.

«Недавно я находился осознанным в сновидении, – рассказывает Марио. – Я был под деревом на вершине холма; но не уверен, где именно. Мой брат Хосе, который живет в Оахаке, был со мной. Он спросил меня, что я узнал на семинаре, который я посетил. Я сообщил ему, и мы обменялись большим количеством информации относительно наших личной жизни. Я полностью сознавал в течение сновидения, но, когда я проснулся я забыл кое-что: Хосе сообщил мне что-то в самом конце сновидения, и я не смог вспомнить это».

«Через неделю он позвонил мне из Мексики. Прежде чем я смог заговорить, он начал описывать мне сон: тот же холм, то же дерево, тот же разговор. Я почувствовал озноб и чувство страха. Затем он спросил, помню ли я то, что он сказал мне в конце нашего сна. Прежде чем он смог сказать что-то еще, у меня в ушах громко зазвенело, и забытая сцена повторилась в мгновение ока. Он поблагодарил меня за то, что я привел его на этот путь».

В течение выходных мы получаем лекции от всех троих учителей Кастанеды. Выступая первой, Флоринда Доннер-Грау смотрит на аудиторию и улыбается, как Чеширский кот. Ее светлые волосы, подстриженные ежиком, и элегантные скулы выглядят по-тевтонски, и она говорит с точной дикцией, как если бы каждое слово было восхитительным кусочком:

«Дон Хуан Матус представился четырьмя людьми его четырем ученикам. Для Карлоса Кастанеды он был жестоким и грозным присутствием ужасного вызова и красоты. Для Тайши Абеляр он был загадочным, но все же очень знакомым. Для меня самой он был резким вторжением в мой мир, одновременно тревожным и успокаивающим. Для Кэрол Тиггс он был нежным, отечески привязанным с огромной силой».

Она продолжает сообщать нам, что в мире магов женщины являются одаренными существами в силу их близости к женской природе вселенной.  Используя свои матки, они способны получить доступ к универсальной энергии и выполнять изумительные подвиги трансформации. Но в то же время женщинам приходится бороться с чрезвычайно ошеломляющими последствиями их социализации. Короче говоря, они обучены от рождения быть бимбо («телками», «принцессочками» и тд), и упорными усилиями они могут избежать этой судьбы.

«Дон, Хуан поинтересовался у меня, – рассказывает Доннер-Грау, – очень прозаичным тоном, – не хочу ли я быть глупой пиздой всю мою остальную жизнь? Вы должны понять, что я происхожу из очень приличной испано-немецкой семьи. Никто, особенно мужчина — никогда не использовали это слово в моем присутствии. Я была чудовищно оскорблена».

Судя по восхищению, с которым она вспоминает этот эпизод, я мог заключить, что в некоторый момент она взяла вверх над своим чувством оскорбленности.

Для меня, основной момент ее разговора настал, когда она заговорила о смерти:

«Смерть — ваш верный друг и самый надежный советник. Если вы сомневаетесь в своем жизненном пути, вам нужно только посоветоваться со своей смертью, чтобы найти правильное направление. Смерть никогда не будет лгать вам».

Тайша Абеляр изящна так же, как и энергична. Я не могу передать ее акцент, но вся ее речь, и поведение вызывают воспоминания о шестидесятилетней звезде Голливуда Кэтрин Хэпберн. Я был заинтригован различиями между ее опытами сновидения и моими.

«Я была на крыше здания, – рассказывает Абеляр, – в центре странного города. Внезапно, сверху я услышала ужасный шум и увидела черную форму, спускающуюся с неба. Я немедленно убралась оттуда, и поскольку увидела, что черная форма была на самом деле вертолетом, а ужасный шум был звуком лезвий, разрезающих воздух. Если бы я осталась еще на секунду на той крыше, я бы превратилась в фарш».

Во-первых, я озадачился этим, потому что в моем осознанном сновидении я мог управлять окружающей средой экстраординарными путями. Интересно, почему Абеляр не послала вертолет подальше, или не заставила его взорваться. Потом меня осенило: она говорит о переносе своего физического тела в эти миры.

В течение следующего часа, она вспоминала дикие истории, которые заставили меня подумать, что она или безумная или искусная лгунья. Но все в ее поведении отражало такую трезвость и искренность, и я был вынужден понять третью, почти невообразимую истину: то, что она искренне рассказывает о своих опытах.

Что касается Кэрол Тиггс, она описывает каждое мгновение сновиденческих приключений, как причудливое и потустороннее, как и Абеляр, но большинство ее рассказов о сновидении вместе с Карлосом Кастанедой. Подобно Кастанеде, Тиггс идентифицирует себя как нагваля, толтекский термин, означающий «учителя» или «лидера». Близость, которая связывает женщину-нагваля и мужчину-нагваля позволяет им сновидеть вместе, описан в нескольких книгах Кастанеды. Это не является ни романтичным, ни сексуальным поведением, но чем-то намного более глубоким.

В конце своего разговора Тиггс ответила на вопрос аудитории относительно здоровья Кастанеды (спрашивали, не болен ли он), и я почувствовал неистовую привязанность между ними. Она все еще растет. Глубокого вздохнув и медленно выпустив воздух, она улыбнулась как будто сквозь слезы и сказала: «Наш брат Карлос не смог присоединиться к нам, потому что он борется против инфекции. Мы не знаем природу его болезни. Маг не может пользоваться обычной медициной; он должен положиться на дух, и на свои собственные ресурсы. Прежде чем маг достигнет порога, на котором его тело больше не функционирует, он выберет, если сможет, разжечь осознание всего своего существа, чтобы оставить этот мир нетронутым и целостным. И наш брат Карлос дал обещание, что включит нас в этот заключительный акт. Но мы не знаем, настало ли время его ухода».

Она остановилась, и когда она заговорила снова, ее тихий голос стал завораживающим: «Мы здесь вместе, в пузыре вне времени, сновидящие сновидение о древних толтеках. Благодаря вашим усилиям, вы помогли нам расшириться и ускориться в неизвестность. «Мы благодарим вас, — закончила она мягко, простирая руки к аудитории, – и мы обнимаем вас во сне».

Когда я ехал назад ночью в Портленд в воскресенье, я искал изменения в себе самом и обнаружил, что недовольство и пустота, которые привычно мучили меня половину моей жизни, усилились десятикратно. Я осознавал, что остался вне больших тайн, бесконечно строча текст, бесконечно сомневаясь.

В довершение всего, мое тело меня подвело: мое левое яичко распухло вдвое, и ветряная оспа сокрушила меня с головы до пят. Я пошел к традиционному китайскому доктору, чья мудрость происходит из длинной исторической линии. Он измерил мой пульс и исследовал мой язык, затем откидывается назад и несколько раз кивает головой, как измученный жаждой журавль, ныряющий за водой, все время бормоча на китайском. Он приготовил сложное варево из трав, которые я употребил, размышляя о благодарности, которую я мог выразить растениям, отдавшим их жизни ради моей.

Прошло несколько недель, и я восстановил мое внутреннее равновесие, но мои сомнения относительно Карлоса Кастанеды, в действительности не только оставили меня, но и стали более настойчивыми. Я колеблюсь между своими воспоминаниями о практических результатах, о которых сообщают практикующие тенсегрити, и знанием нашей способности интерпретировать мифы так, как это наиболее соответствует нашим потребностям.

Все сводится к подлинности дона Хуана и его предшественников толтеков. Был ли Дон Хуан Матус мифом, изобретенным Карлосом Кастанедой, или он был магом во плоти и крови, существом мифической величины? Я знал, что только один человек может ответить на этот вопрос для меня.

И тогда очевидно невозможное случилось: мое молчаливое желание исполнилось, и я получил неожиданное приглашение встретиться и взять интервью у Карлоса Кастанеды.

Учитывая мои недостатки — я вел жизнь полную индульгирования, не написал никаких великих эпических романов, с трудом окончил среднюю школу и ничего не знаю о науке или антропологии — я должен быть чрезвычайно напуган. Но вместо этого с того момента, как приглашение поступило, я испытываю глубокое и успокаивающее чувство уверенности. Если Кастанеда всего лишь изобретательный мошенник, то я не потеряю ничего, кроме своих иллюзий. Но если он настоящий наследник наследия провидцев Толтеков, то я получу бесценный дар — возможность вернуть магию остатку моей жизни.

После этого осознания меня охватывает прекрасная тишина, приносящая с собой трепетное чувство предвкушения и, что наиболее примечательно для меня, потрясающую легкость и уверенность. Круг замкнулся. Кажется, ничего не остается, кроме как поприветствовать неизвестное.

Я оторвался от чтения четырех отдельных страниц вопросов, которые я подготовил и бросаю взгляд в сторону трех человек, направляющихся ко мне через ресторан в Санта Монике. Женщина, которая устроила интервью для меня, находится впереди. Она представляет меня одному из трэкеров энергии из семинара, и затем невысокому мужчине позади нее – Карлосу Кастанеде. Легкость последних нескольких дней не покинула меня, и я приветствую Кастанеду со смесью уважения, привязанности и профессионального скептицизма.

Он добрый и скромный, и закатывает рукава его глаженой белой рубашки с учтивостью Старого Света, пока мы рассаживаемся. Я вожусь с моими заметками и изучаю его, тайком бросая взгляды. Из моего исследования я знаю, что он перуанец и, по крайней мере, ему семьдесят один год. Он выглядит, однако, как шестидесятилетний. Он, возможно, 165 сантиметров ростом, с кожей цвета полированной меди, жесткими волосами цвета соли и перца и телом эльфа. Его лицо красиво и выветрено, симфония углов и борозд, что выдает классические испанские черты. Его глаза остры и ясны, его самовыражение глубоко, дружественно и игриво. Он предлагает мне какую-то разлитую в бутылки воду, и этот маленький жест, кажется, расточает великодушие. Я чувствую себя, как будто я – среди друзей.

В течение следующих трех часов я задаю спорадические вопросы из моего длинного списка, но главным образом я поглощен слушанием и записями.

«Эта дисциплина – внутреннее дело, – Кастанеда говорит в какой-то момент. – Имеются методы, но они должны быть укреплены решением, и чувством изнутри. Вы должны достигнуть этого решения и чувства. Для меня это – вопрос ежедневного возобновления».

Тема дисциплины побуждает меня спрашивать относительно кое-чего, что он однажды не сказал: что отход от курения мог бы быть революционным поступком.

«Вы не курите, да?» – спрашивает он с искренним любопытством.

«В честь такого случая – отвечаю я, – я оставил мое курение дома».

Он остался невозмутимым таким поворотом событий и банальностью моих проблем.

«Я начал курить, когда я был восьми лет от роду, – сказал он. – Я хотел быть подобно этим матерым аргентинским парням. Вы должны были видеть их; они были крутейшие парни в мире».

С абсурдно выразительной мимикой Карлос изобразил крутейших парней в мире, щуря левый глаз и наклоняя голову, чтобы выдохнуть невидимое облако дыма в воздух.

«Однажды, дон Хуан сказал мне прекратить курить. Я ответил, что я люблю курить и брошу, когда я буду готов. Тогда я пробовал бросить, и не смог; ни в первый раз, и ни во второй раз. Даже по прошествии всех этих лет я все еще нахожу себя похлопывающим грудной карман в поисках сигарет, которых там больше нет. Эту установившуюся привычку трудно, но не невозможно, сломать, – он закончил. –  Вы просто должны это перепрыгнуть» …

Его последнее слово потерялось в потоке его акцента. Я позволил этому произойти и слушал дальше, как он описывает свою подругу, которая умерла в больнице. (Я не рассказал ему ничего относительно моей собственной болезни в этом месте).

«Я любил эту женщину нежно, – он говорит. – Она была моим близким другом. Я спросил дона Хуана, что я мог бы сделать для нее. Он описал мне стратегию, и я передал это ей. Я сообщил ей, что она должна вытолкнуть свою болезнь как можно дальше рукой, с намерением, неоднократно, столько, сколько потребуется. Она ответила, что она была слишком слаба, чтобы поднять руку. «Тогда двигай ногу! – закричал я. – Используй свое сердце; используй свои мысли! Намеревай это вне себя!» Но она больше не имела сил сделать это».

Без моей подсказки он начинает говорить относительно его недавней болезни, которую он описывает как «злокачественная вирусная инфекция». Я был так захвачен параллелью с моей собственной жизнью, что на мгновение прекращаю писать заметки, чтобы наблюдать за ним. Он прозаически описывает встречу со смертельной инфекцией, и как его дисциплина заставила его отказаться от обычных путей лечения, предлагаемых докторами. Развязка была в том, что, очевидно, угроза его жизни разрешилась — это очевидно следовало из того факта, что он сейчас сидит напротив меня, полный энергии.

«Я читал книгу экс-жены Карла Сагана, — продолжил он. – У нее эта теорию относительно вирусного характера тела. Она придает характер теории тому, что физически, мы — просто мешок вирусов. Мы живем в хищной вселенной, и нет ничего более хищного, чем вирусы».

«Мы — существа, которые умрут», – добавил он, вне видимой логики с тем, что только что говорил, и это было чересчур для меня. Я прибыл сюда под маской журналиста, но фактически я знал, что все, что я ищу – это бальзам для моего сердца до того, как я оставлю эту землю. Мне кажется, что у меня мало времени, и, прежде чем я успеваю остановиться, я грубо перебиваю его: «У меня есть личный вопрос, могу ли я вас спросить?».

«Пожалуйста, пожалуйста, – ответил он любезно, делая приглашающий жест руками. –Спрашивайте все, что вам нравится».

«Хорошо, – я сказал, – я ненавижу мелодрамы. Так что я скажу только, что состояние моего здоровья на грани. С этим есть большая свобода действий, но общепринятое мнение таково…».

Я отвернулся, стараясь показаться не нуждающимся в поддержке.

«Возможно еще несколько сезонов, – я пробормотал. – Еще несколько ударов по моей системе, и…» Я повел рукой, как будто стряхнул пыль со стола: «Пуфф, финита, конец».

То, что я сделал, выглядело ужасно непрофессиональным для меня; и все же, несерьезно подумал я, он начал сам это, своими книгами, своими прямыми утверждениями, что сегодня, сейчас, в этом возрасте, мы все еще являемся способными к пониманию мира как магии. Я испытал прилив странного гнева и тоски, таких же, как и то страдание, которое я испытал, когда отверг все, что было для меня священным.

Глядя на меня пристально и беспристрастно, Кастанеда начинает другой длинный рассказ, относительно его друга-алкоголика. Он разглядывает меня сквозь полузакрытые веки, щурясь на солнце. Глаза его мягкие и яркие, подобно осколкам обсидиана, и их влияние не является ни гипнотическим, ни подавляющим. Вроде как они содержат открытый вызов.

«Итак, – он заканчивает, подобно профессору, суммирующему свою мудрость, – я должен был двигаться. Я должен был перескочить …»

И снова я теряю его последнее слово, и мое беспокойство, должно быть, очевидно, потому что он повторяет медленно: «…перескочить привычку».

Он остановился, чтобы поднять невидимую иглу с пластинки, его глаза ни на мгновение не оставляли меня. «Я должен был изменить колею, – говорит он. – Я должен был двигаться».

Мои юные заметки полны этой той же самой метафорой. В то время, та единственная колея, за которой следует граммофонная игла, отображала в символической форме для меня обычный характер моего сознания. Изменение привычки предполагало изменение тех привычек, которые лишили меня моей способности испытывать обычную жизнь, полную красоты. Тремя установившимися привычками, которые я наиболее хотел изменить, были моя привычка к ковырянию в носу, мой инфантильный характер, и самое трудное из всей моей бесконечной способности к привычкам было пережевывание случившихся событий в моих мыслях, вместо того, чтобы просто отпустить их.

Теперь, в возрасте тридцати шести, я нахожу, что, единственное, изменился мой характер. Я все еще ковыряюсь в носу, и я все еще способен к бесконечному самооправданию, защите, и сожалению о моих прошлых действиях. К этим безжизненным установившимся привычкам я добавил в течение прошлых семи лет привычное ожидание смерти. Я знал с того момента, как я взял этот шприц, что это часть меня участвовала в моей собственной смерти. Там, в этой части, зародился взгляд на СПИД, как на наказание за мои грехи, или возможно, за мою духовную бессодержательность.

И все же, среди всего этого, что-то жизнерадостное во мне меня отказывалось умирать. Я предпочитаю называть это ненарушенное духом, и это тот же самый дух, который пробудился во мне теперь, когда я слушаю советы Кастанеды для трансформации. Смерть – единственный непоколебимый факт в наших мимолетных жизнях. Возможно, я умру как дрожащий старый дурак; возможно, я умру перед заходом солнца сегодня вечером. Но я умру – будьте уверены.

Тем временем то, что остается в пределах моего контроля – колея моей жизни, след, по которому я выбираю идти между чудом моего появления и неизбежностью моего ухода. В это самое чистое, это след, не оставляющий следов, подобно дорожке, заваленной утренним снегом. И путешествие по таким девственным тропкам – наиболее яркий образ моих юношеских сновидений.

Обращаясь непосредственно к этому воспоминанию, Кастанеда пробудил его в моем сердце. Учитывая всю низменную фигню, которой я достиг в жизни, я могу только описать этот подвиг как подлинный акт магии.

Ах, но что же о Доне Хуане Матусе, мифическом видящем Яки, чьи кости я прибыл эксгумировать? Сидит ли он теперь передо мной, учитель-обманщик, плетущий обманчивые истории о мудрости, глупости и правде? Не знаю и не могу сказать.

Прошло три часа, и Кастанеда мягко сигнализирует об окончании нашей встречи, разворачивая рукава своей потертой хлопковой рубашки. Еще есть время для этого последнего и самого важного журналистского вопроса, но что-то внутри меня пропускает его.

И тогда, неожиданно, тишина нарушается еще раз прекрасным акцентом Кастанеды. Его взгляд устремлен вдаль, и он говорит мягко, он говорит подобно человеку, стоящему перед непостижимой тайной. И снова я изучаю его на предмет очевидности обмана и остаюсь сидеть с пустыми руками.

«Если я мог бы задать дону Хуану один заключительный вопрос, – он начинает медленно, – я спросил бы его: как он меня так смещает? Как он умудряется коснуться моего духа так, что каждый удар моего сердца наполняется чувством этого пути?»

«Каждый удар моего сердца», – повторил он мягко, и в течение краткого момента его слова словно висят в воздухе подобно туману. Затем его шепота касается неумолимое время, и он растворяется в той тайне, которая окружает нас.

Майкл Бреннан, журнал The Sun, сентябрь 1997

 

Лекция Карлоса Кастанеды на семинаре по тенсегрити. Окончание

Лекция Карлоса Кастанеды на семинаре по тенсегрити. Окончание

Окончание. Публикуем сокровища знания и наследия толтеков: заново переведенный конспект живой лекции, которую прочитал Карлос на семинаре по тенсегрити в 1995 году.

Семинар интенсив по тенсегрити Лос-Анджелес, 13 августа 1995 г. Часть третья. Окончание.
Начало здесь: https://tensegrity.moscow/лекция-кастанеды-на-семинаре

Продолжение здесь: https://tensegrity.moscow/лекция-кастанеды-на-семинаре-2/

Десятилетняя девочка, о которой он упомянул накануне вечером [Оранжевый лазутчик, насколько мы можем предположить], должна была сделать выбор — остаться ли с ними или вернуться к своим бабушке и дедушке [предположительно родителям Флоринды]. «Решение — это еще один принцип. Маги все время видят горизонт цвета желто-коричневого янтаря».
В какой-то момент где-то — слева, справа или по центру — происходит «вращение» или закрученное движение, которое вращается по часовой стрелке с точки зрения наблюдателя. Затем открывается дверь, и вы видите сквозь нее бесконечность, и приходит решение. Это произошло и в связи с 10-летней девочкой. Она решила пойти с бабушкой и дедушкой, хотя сказала, что хотела бы остаться с ними на некоторое время. «Мы посадили ее в самолет сегодня». Ее решение для них окончательно. Решающим фактором для нее было то, что она хотела тамаль. Ее бабушка и дедушка давали ей все, что она хотела. Группа Карлоса Кастанеды тоже дала ей все, но не давала тамаля и сахара.

Дон Хуан не заботился о выборе, все, что его заботило, — это продолжение его линии. Но выбор — единственное, что есть у Карлоса Кастанеды, так как же он может не уважать его? Итак, маленькая девочка выбирает умереть.

Кастанеда однажды ходил к известному продюсеру по поводу возможности снять фильм по «Учению Дон Хуана». У этого парня был огромный впечатляющий офис в Сенчури-Сити и гигантский стол, и Карлос сидел намного ниже него. У мужчины были кольца на всех пальцах, и он жевал сигару. Он пробормотал Кастанеде какой-то вопрос, который тот не мог понять. Он снова пробормотал, но Кастанеда все еще не понимал и начал сильно волноваться. Затем продюсер вынул сигару изо рта и спросил: «Племя возражало?»
Теперь Карлос слышал его, но понятия не имел, о чем он спрашивал, и не знал, что он действительно правильно его расслышал. Он попросил его повторить еще раз. В конце концов мужчина объяснил, что спрашивал: «Не была ли группа дона Хуана против того, что он дал ему пейот?» Кастанеда очень обрадовался, что наконец-то смог ответить на этот вопрос, и ответил: «Да». Мужчина сказал ему: «Вот и драматический эпизод. Эта часть о том, где писают на собак, меня не цепляет». При этом продюсер решил, что сцена, в которой другие индейцы расстроены из-за того, что тот получил пейот, была очень напряженной. [Карлос сымитировал слова голливудских индейцев которые обсуждают: «Давайте сожжем его».] Продюсер также хотел, чтобы Миа Фэрроу сыграла его любовное увлечение. Она бы оставалась на заднем плане и сыграла бы «женщину, которая говорит: «Не принимай наркотик!». «А ты все равно это делаешь. Это было бы противостоянием!».

Карлос переобщался со многими людьми из Голливуда эти годы. Он больше не может их выносить. Все они думают, что книги — его вымышленные творения. Кастанеда объясняет, что книги — всего лишь феноменологическое объяснение того, что может делать каждый. «Но никто не сказал нам об этом раньше». Он описывает известную женщину-гуру, с которой он обедал здесь, в Лос-Анджелесе, которая продолжала ласкать яички большого молодого массажиста, все время пока она разговаривала с ним. В конце концов Карлос спросил парня, как он мог это выдержать, и тот сказал ему: «Ответ: никогда не будь одиноким».

Кастанеда спросил нас: «Неужели ответ на это должен был быть: никогда не быть одиноким?»

Кастанеда однажды перенес операцию грыжи. Для ее удержания требовалась майларовая накладка. Во время одного из своих исследований «Второго внимания» он что-то сделал, чтобы разрушить стены. Он мог бы исцелить сам себя, но не было ни времени, ни энергии. Он описал, как доктор рассказывал ему обо всех рисках, связанных с анестезией, — подробные объяснения от «одного великого человека к другому великому человеку», причем беседа проходила пока Карлос был голый. Затем заходит этот мексиканец-гей [ассистент анестезиолога?], и Карлос имитировал масляные глаза и стереотипные манеры этого парня. Парень велит Карлосу «принять позу эмбриона». Затем он говорит ему, что собирается держать его, «это не причинит тебе никакого вреда». Кастанеда посчитал абсурдом, что эта сцена, возможно, могла бы стать его «последней сценой» на земле.

Когда он проснулся, медсестра сказала ему: «Ты хочешь посмотреть телевизор, не так ли?» И, не глядя на него и не дожидаясь его ответа, она включает телевизор и уходит. Он видит, как Гуру Раджниш рассказывает о женщине, вынимающей 52 миллиона долларов из его маленькой коробочки, и о том, что, по его мнению, женщина хочет управлять миром. Еще одна абсурдная сцена, заставившая Карлоса безудержно смеяться. Кастанеда был озадачен вопросом, что означали для него эти две нелепых картины, сопровождавшие этот потенциально опасный для его жизни опыт.

«Вы безупречны, и вы выражаете свое намерение. Остальное просто происходит». Старые маги никогда не позволяли своему осознанию расти выше среднего уровня груди. Поддерживая свое осознание там, они предполагали или руководствовались предположениями о неорганических существах и их способности помочь им в этом плане, которые в реальности не были правдой. Если бы они позволили своему осознанию продолжать подниматься над их головами, чтобы покрыть их светящиеся яйца, они бы не совершили эту ошибку.
Дон Хуан сказал: «Пусть результат будет за пределами ваших личных интересов. Дайте волю своему намерению, своим усилиям, а затем забудьте об этом». Не пытайтесь потом контролировать результаты. Карлос советует нам сначала проверить это на чем-то не очень важном. [Он пошутил, что мы не должны позволить многомиллионной сделке совершиться самой собой, и, когда в итоге она потерпит неудачу, сказать, что это Кастанеда велел нам поступить таким образом].

В 18:00 Кастанеда начал отвечать на вопросы.

Первый, от Луиса, был «Как кому-то стоит обращаться с неорганическими существами?» Кастанеда сказал: «Вы настаиваете. Но вы должны дать им время, потому что они двигаются медленно». Он пошутил на тему кого-то, кто ждал час или два, а затем отказался от общения с ними. Он также сказал, что раньше кричал: «Намерение!» и что одна из их группы, предположительно Флоринда, кричала изо всех сил [что он сымитировал], из за чего ее соседи регулярно вызывали полицию. Он также посоветовал нам не стесняться и не сомневаться в том, что мы говорим неорганикам. «У вас есть для них ваша дисциплина, дисциплина Тенсегрити». Мужчина задал вопрос о голубых и оранжевых лазутчиках, но Кастанеда отказался отвечать, заявив, что это не имеет отношения к неорганикам.

Женщина спросила, как он сбежал из мира неоргаников во второй раз [то есть, когда его забрали в мир восприятия 360 градусов]? Кастанеда пошутил [?] «Я все еще там». Он объяснил, что поэтому и щурится.

Он рассказал, что пошел к двум разным глазным врачам. Второй диагностировал его состояние как результат интенсивного секса Кастанеды с «яростными оргазмами». Он научился просто следовать советам или предписаниям врачей, не пытаясь объяснить им, как на самом деле возникли его заболевания. Этот врач также «рассчитал мой возраст» как 75, и был впечатлен тем, что у Кастанеда были «сильные оргазмы», приведшие к этому состоянию «в таком-то возрасте».

У Карлоса однажды была инфекция мочевого пузыря. Он обратился к врачу под псевдонимом Рамон Гарсия. Рамон Гарсия сказал ему: «что еще это может быть, как не гонорея». Тогда Карлрс совершил ошибку, пытаясь объяснить, что нет, это результат схватки с большой энергетической конфигурацией. Затем врач, естественно, написал ему диагноз — безумие, осложненное гонореей.

Знаменитый психиатр, у которого Кастанеда когда-то работал, спросил его, поскольку он так интересовался этнометодологией, не хочет ли он, чтобы он поместил его на третий этаж с пациентами с психическими расстройствами, чтобы он мог изучать их будучи членом их группы. Кастанеда спросил: «Что, если там со мной что-то случится [так что бы никто и не узнал, что Карлос на самом деле не был пациентом]?» Психиатр был уверен, что Карлос сможет как-нибудь выбраться из этого положения.

Томас Голл спросил, можно ли практиковать внимание сновидения и перепросмотр одновременно. Кастанеда сказал: «Да, вы можете одновременно привлекать внимание сновидения». На это уходит очень мало времени по сравнению с тем, которое мы тратим сидя перед телевизором.

Мужчина задал вопрос о летунах, который не дал много новой информации. Кастанеда сказал, что летуны «захватили нас полностью».

Один мужчина спросил, важно ли безбрачие. Кастанеда сказал: «Если ты скучно зачат, то да». Он снова рассказал историю о своем двоюродном брате «Риготи» и о том, как его дедушка сказал ему, что Карлос — «Аранья» — должен хитростью проложить себе дорогу и «залезать через окно», тогда как красивого Риготи впустят через дверь.

Девиз его деда, который принял для себя, и юный Карлос был: «Вы не можете трахнуть всех женщин в мире. Но вы можете попытаться!» Карлос родился в результате быстрого секса — «за неплотно закрытой дверью» — поэтому он всегда нервничал. Если вы зачаты со страстью, это не проблема. Вы можете заниматься сексом сколько угодно.

Мужчина спросил, имеет ли размер точки сборки внешний предел. Кастанеда сказал, что он обычно размером с теннисный мяч. Он сказал, что единственная огромная точка сборки, которую он видел, — это у женщины-гуру, которая сжимала яички этого парня. Но ее точка сборки была очень неподвижна, тогда как она должен быть подвижна. Если чья-то точка сборки зафиксирована, это у тех людей, которые «все знают»; кто знает, что правильно, а что нет.

Они ощущают себя «выдающимися авторитетами» и они зафиксированы. Карлос объяснил, что единственный способ сделать точку сборки подвижной — это перепросмотр. Он упомянул, что мы, публика, становились сильнее в результате присутствия здесь [«некоторые из вас каждый день»]. Важно намеревать точку сборки быть текучей. Мужчина спросил о Бросившем вызов смерти. Кастанеда сказал, что это будет предметом его последнего выступления. Один мужчина спросил есть ли у неоргаников свои семинары? Кастанеда засмеялся и сказал: «Может быть». Мужчина также спросил, заинтересованы ли неорганики в симбиотических отношениях с нами. Кастанеда сказал: «Да. Они намного мудрее и старше нас, и хотели бы слиться с нашей скоростью. Нам это недоступно только если мы не посвятим себя революции по стопам Дона Хуана».

Мужчина спросил о намерении. Карлос сказал, что мы добираемся до намерения используя сталкинг. Женщина спросила, можете ли вы выразить намерение прося энергетический шар, который вы встретите во сне, взять вас в мир неоргаников или в другие места. Карлос ответил: «Да», но Дон Хуан никогда ему этого не говорил. Мужчина спросил, есть ли у Кастанеды союзники Дона Хуана и использует ли он их? Кастанеда сказал: «Нет». Он объяснил, что это были очень примитивные сущности линии Дона Хуана. У Кастанеды есть «лучшие вещи», поэтому эти сущности «утратили актуальность». Кастанеду интересует «объяснение», он хочет, чтобы мир магов «был понятен в наших терминах».

Женщина спросила, как остановить внутренний диалог. [Карлос сделал движение аналогичное клеванию носом и сказав, что это был пример, поскольку вы должны быть очень внимательны к тому, что вы делаете.] Чакмулы ездят в машине вместе с ним и часто не говорят ни слова. Они настолько отключили внутренний диалог, что даже ничего не говорят друг другу. «Они так долго занимаются тенсегрити, что больше не разговаривают». Пока вы не призовете их поговорить, и вот тогда они не заткнутся.

Карлос также посоветовал нам не вестись на данные статистики, согласно которой мы усваиваем лишь около 3,5% того, что слышим на лекции. Карлос использовал это утверждение как основание для того, чтобы лечь спать на лекциях, так как в любом случае он собирался получить только 3,5% (или 5,25% при повторении материала).

Мужчина спросил о точке сборки растений. Кастанеда сказал, что деревья выглядят как огромные светящиеся капли, и их точка сборки находится далеко внизу у корней. Итак, деревья собирают восприятие, они воспринимают. У всего растительного мира точка сборки находится «в нижней части кривой». Обычно они плоские, хотя некоторые имеют геометрическую форму — например, ромбы. У эвкалипта действительно изогнутая точка сборки, как будто у него есть зубы. И Кастанеда поинтересовался, знаем ли мы, почему люди говорят, что они вредны для окружающей среды. Два человека заявили, что эвкалипт отравляет землю вокруг себя; что он аллелопат.

У инжира «изысканный» вид точки сборки. Карлос рассказал историю о том, как его «чуть не убило» фиговое дерево. Он собирал фрукты для Флоринды, и один большой фрукт болтался перед ним, говоря: «Съешь меня!». Карлос имеет наследственную непереносимость фруктозы. Но он начал есть и съел чуть ли не все фрукты на дереве. Они нашли его без сознания. «Я проснулся два года спустя», — пошутил он.

Женщина спросила о дихотомии и о том, как она связана с тенсегрити. Кастанеда сказал, что тенсегрити состоит из напряжения и расслабления. Нам не нужно искать дихотомии, потому что мир дихотомирует (то есть, разделяет на лево-право, добро-зло, нужно-ненужно – прим перев) независимо от того, что мы делаем. Дон Хуан с самого начала пытался уравновесить левую и правую сторону Кастанеды.

Женщина спросила о том, что [в книге написано, что] люди не могут добровольно стать частью мира магов. Кастанеда сказал: «Нет, ваше намерение заставило вас сделать свою ставку». Он сказал, что они ждут каких-то действий [или слов для этой же цели], чтобы раскрыть следующий шаг. «Наш последний барьер — это эго, и когда оно разоблачено», куда мы еще можем двигаться?

Он сказал нам попробовать перепросмотр и упражняться с вниманием сновидения. Он сказал, что некоторые отнесутся к этому серьезно, и потом «мы посмотрим». Если мы сделаем это, наша жизнь в повседневном мире станет сильнее и плотнее. Мы не будем зависеть от других, как когда мы рождаемся в этом мире «скучно зачатыми».

Мужчина спросил о связи между Орлом и Летунами. Карлос сказал, что Дон Хуан не знал об этом. Он не смог ответить, когда Карлос задал тот же вопрос. Мужчина спросил о предположении, сделанном накануне вечером, о перенаправлении нашего внимания, даже на уровне осознания у пальцев ног, с позиции «я-я-я». Карлос сказал, что, если он даст нам инструкции по этому поводу, это будет то же самое, как если бы Дон Хуан посоветовал ему искать свои руки.

Женщина спросила о неорганиках и попытке Дона Хуана избежать их в своем окончательном путешествии. Кастанеда сказал, что Дон Хуан был прекрасным примером абстрактного воина, стремящегося к абстрактной свободе, но предположил, что его прыжок был «минимизирован» конкретностью практикующих членов его партии. Чтобы ориентироваться в их мире, нужны очень трезвые отношения с неорганиками.

Тони, последователь тибетского буддизма, сфотографировавший летуна у пирамид, будет с нами в следующее воскресенье. Он «милый парень. У него большие глаза, которыми он вращает. Он тоже умеет мгновенно переводить». [Женщина, которая в тот день переводила для испаноговорящих, сказала ему, что она настолько хороша, что издает те же гортанные звуки, что и он.]
Кто-то спросил, как Тони сделал снимок. Там было «90 000 мексиканских католических буддистов и Далай-лама». Тони тоже «святой». Они называют его «Тони Лама». Он организовал мероприятие, а потом сделал много снимков, одной серией. На одном из них было то пятнышко, которое он заметил. Тони отнес его Кэрол Тиггс. Когда она показала его Кастанеде, они восприняли это как знак того, что пора поговорить о Летунах. Дон Хуан сказал ему никогда не говорить о них, иначе «люди обязательно сожгут тебя».

Мужчина спросил, как маги используют имена. В чем их функция? Кастанеда сказал, что имена не постоянные. Они зависят от того, на каком этапе пути вы находитесь. Он больше не «Карлос Кастанеда». Все его тело изменилось, и ему нужно новое имя. У него «другое имя, но оно еще не совсем сформировалось». Всегда иметь только одно имя «слишком странно, слишком моногамно». Мужчина спросил о любви во Вселенной. Кастанеда сказал, что Вселенная не источает любовь, но что мы можем связать эту связь [любви] с нашей безупречностью. Сила намерения или духа там, но мы должны иметь с ней дело лишь с огромной энергией. Если мы столкнемся с ней в своей слабости, она «уничтожит вас». Это невероятно усиливающая сила, если вы сами сильны.
[Кастанеда спросил, сколько времени осталось, и Флоринда ответила ему «три минуты». Карлос сказал: «Дайте мне девушку» с вопросом.]

Женщина спросила, «как вы возвращаетесь из сновидения». Кастанеда объяснил, что это «как резинка — вы растягиваете ее, насколько позволяет энергия, а потом что-то возвращает вас обратно. И вы даже не потеете». [Он шутил, что надел «этот костюм», его любимый, и вернулся в нем в идеальном состоянии, «отутюженным»]. Он снова упомянул маленькую девочку и сказал, что она очень умна и знает, что делает. Она попросила их «извиниться перед всеми за глупую девушку, которая не знала, как сделать свой выбор». Карлос признался, что это заявление произвело на него впечатление.
[Он провел аналогию с тем, как мы убегаем от волков, чтобы попасть внутрь двери, которая оказывается всего лишь дверным косяком. В этом мире нам некуда бежать.] Кто-то спросил, будет ли у этой девушки еще один шанс. Карлос сказал: «Нет. Эта вращающаяся точка открывается только один раз». Он сказал, что «не жалеет об этой маленькой девочке». С ней поступили безупречно. Она приняла решение, и теперь «она больше не существует для него. Это просто история, трогательная история, которую я вам рассказываю». Это все, что делают маги [т.е. они не воспринимают эти отношения или события как часть самих себя, а рассматривают их только как истории, с помощью которых можно научить]

Лекция Карлоса Кастанеды на семинаре по тенсегрити. Окончание

Лекция Карлоса Кастанеды на семинаре по тенсегрити

Продолжаем публиковать сокровища знания и наследия толтеков: заново переведенный конспект живой лекции, которую прочитал Карлос на семинаре по тенсегрити в 1995 году.

Семинар интенсив по тенсегрити Лос-Анджелес, 13 августа 1995 г.

Кастанеда вышел спустя несколько минут после 16:00, безупречно одетый, в коричневом костюме, коричневых туфлях и желто-коричневом галстуке. На этот раз стулья были ближе к платформе, как и было обещано. Члены его партии снова сидели в первых двух рядах, хотя молодая девушка, которую неделей раньше представили (вместе с предполагаемым Голубым разведчиком) как «циклическое существо», отсутствовала. В северном конце первого ряда находился предполагаемый голубой лазутчик, сидевшая рядом с молодой женщиной с очень рыжими волосами, затем Кэрол Тиггс, затем Флоринда, а затем Тайша.

Амалия была рядом с Тайшей, а Чакмулы были рядом с ней. Карлос Кастанеда сказал, что планировал сегодня поговорить о неорганических существах, и что эта тема, похоже, напугала некоторых людей. Дон Хуан сказал ему, что «все является продуктом взаимодействия двух сил». Ситуации всегда дихотомична — например, соперничающие группировки на работе или другие организации — и система магов призвана руководить этой дихотомией. Однажды он был в Туле с партией Дона Хуана. Тула и ее долина были тем местом, откуда пришли все старые маги линии Дона Хуана, и где у Дона Хуана был свой дом. Карлос Кастанеда наслаждался временем, проводимым с великолепными воинами партии Дона Хуана. В то время их посетил Нагваль Матиас, новый нагваль немецкого происхождения, которого ударили по голове, когда ему было 14 лет, и он так и не поправился. Он говорил на странном испанском языке, который, как он утверждал, был со времен Конкисты. (Кастанеда: «И кто я такой, чтобы утверждать, что это не было правдой?») Он хотел поехать с группой Дона Хуана в Тулу. Карлос Кастанеда был рад, что ситуация «дихотомировалась», и они не взяли с собой Матиаса. Казалось, что они объединились в «хороших магов и плохих магов». Маги любят руководить этим разделением, чтобы добраться до «того, что возможно». Такая же дихотомия имеет место и в нашем мире. С одной стороны — мир осознающих организмов, включая нас, а с другой — мир неорганических существ — сущностей с осознанием, но без организмов.

«Структура их мира отличается, но дополняет нашу». Маги обнаружили, что неорганические существа приходили к ним во сне. Сны, по крайней мере, некоторые особые сны, являются «лазейками», открывающими проход на сторону неорганических существ вселенной и позволяющими им проникать в наш мир. Только во сне мы можем уравновесить нашу энергию в достаточной степени, чтобы постичь этот другой мир. В противном случае наша скорость слишком высока, чтобы вообще их воспринимать.
Старые маги обнаружили, что сны открывают доступ к неорганическим и другим мирам. Они назвали живущих там существ «союзниками». Этот термин, конечно, не точен, поскольку эти существа не могли действовать как союзники в этом мире, и они подвели магов во время их кризиса. С тех пор маги держались от них подальше. Дон Хуан считал, что единственное, что следует делать, — это держаться подальше от неорганических существ. В тот момент, когда вы используете сновидение как лазейку, «вы попадаете в хорошо организованный настоящий мир, нравится вам это или нет». Маги тренируют внимание во сне, развивая его вначале, помня о том, что надо фокусировать взгляд на любом объекте и фокусироваться дольше, чем просто кидать взгляд, а затем переходить к другому объекту, а затем к другому.

Они обнаружили, что для каждого человека существует пороговое количество объектов, на которых мы можем сосредоточиться, пока сон не станет чем-то другим. В необычных снах, когда вы достигаете этой пороговой точки, вы переходите к чему-то другому. Такие особенные сны содержат нечто весьма необычное — например, изображение летучей рыбы. Как только вы научитесь ловить свое внимание, вы сможете достичь порога, когда «вы попадете в сон, который не является сном». Дон Хуан поручил Карлосу смотреть на свои руки во сне, и он превратил это в свою навязчивую идею. Он обнаружил, что не может этого сделать [пародируя себя, который говоря Дону Хуану, что не может найти своих рук. Дон Хуан сказал, что тот может поискать что-нибудь другое: «Ищи свой пенис». Карлос Кастанеда пародируя себя, говоря плаксивым голосом: «Пойми, раз и навсегда. Мне не нравятся твои шутки».] Дон Хуан сначала сказал ему искать его руки «или что-то еще», и он просто проигнорировал часть «искать что-то еще». [Это напомнило ему женщину, которая вела список всех причин, по которым она была особенной. Он пообещал принести нам список до конца семинара].
В списке, например, был тот факт, что однажды профессор сказал ей: «Вы слишком зрелая». Когда Карлос Кастанеда спросил, не упущено ли чего-то в этом заявлении, она поговорила с профессором и, к своему удивлению, обнаружила, что он пытался сказать: «Вы слишком зрелая, чтобы вести себя как засранка». Карлос Кастанеда видел все что угодно, но не свои руки. Фактически, он нашел свои руки только однажды во сне — и тогда они были не его, а большими волосатыми руками. [Недавно они нашли несколько пластмассовых обезьяньих рук и почувствовали, что их внешний вид в сложенном чашечкой положении отражает то, каковыми являемся мы, люди — с маленькими цепкими руками гориллы].

Он привезет их, чтобы показать нам.] Но Кастанеда на самом деле преуспел с заданием Дона Хуана, сам того не зная, сосредоточившись на всех других вещах в своих снах. [Он уверен, что его упоминание об этом приказе Дона Хуана оказало такое же влияние на читающих его книги, как и на него — заставило нас одержимо искать свои руки].
Внимание сновидения — еще один источник дисциплины, который делает нас несъедобными для Летунов. Как только вы переходите дверь лазейку, что-то приходит что бы взять вас либо к другому слою луковицы, либо к двойственной вселенной неорганических существ. Вы контролируете, в каком направлении двигаться, озвучивая свое намерение — по сути, отдавая приказ, например: «Возьми меня в свой мир».

Единственное, к чему они прислушиваются, — это прямой приказ, не стоит умолять, ныть или умиротворять их. Вы «приказываете им, но не высокомерно», а решительно, решительно и убедительно. («Если вы хорошо воспитаны, вы тоже можете сказать «пожалуйста» или «спасибо», — пошутил он, — но это необязательно»). Как только вы озвучите свое желание отправиться, эти шары энергии унесут вас. Дон Хуан посоветовал ему отправиться в другое место, и не озвучивать свое намерение отправиться в мир неорганических существ. Но у Кастанеды всегда была эта странная склонность к опасным вещам.

В детстве Кастанеда играл на трубе, чтобы не ходить на занятия в школе. Он говорил учителю, что у него было занятие с музыкальной группой, а затем говорил лидеру группы, что ему нужно пойти в школу. Так что он ничем не занимался и в итоге не бил ни там, ни тут. Потом он перешел в новую школу, и парень, отвечающий за группу, сказал ему, что он им не нужен. [Он изображает себя в шоке от мысли о том, что ему нужно идти в школу.] Поэтому он решил вывести трубу из строя. Ночью в своей школе-интернате он прокрался в комнату для оркестра и зажег небольшой огонь, что бы испортить ее звучание. Но он «должен был использовать провод вместо веревки».

Горящая веревка упала на барабан, и он попытался потушить его водой, вместо того чтобы вернуться в постель, где его не обнаружат. Но у него не было достаточно сил, чтобы поднять и вылить ведро с водой туда, куда надо было [он изобразил, как выливает его наполовину], поэтому ему пришлось наполнить его три раза. В результате он намочил ноги. Потом он вернулся в постель и, естественно, был найден, потому что след мокрых ног вел прямо к нему. В итоге он сжег целое крыло школы. Его семье пришлось заплатить за реконструкцию крыла и за инструменты. Он рассказал об этом своему деду, своему единственному союзнику. Его дед только сказал: «Как глупо! Тебе следовало использовать провод». Его дед, который сам был немного пройдохой, отругал его только за глупость мальчика, но не за сам нигилистический акт поджога школы.

Так что выходит, что Кастанеда — «безрассудный идиот» по натуре, тот, кто рискует. Дон Хуан сказал ему, что тот начнет слышать голос Эмиссара в сновидении, но сказал ему не слушать его. Однажды он так и услышал голос, но сказал сам себе, что это какой-то постгаллюциногенный эффект. Однако голос этот из другого мира, и он подстраивается под вас. Для него это началось как мужской голос, говорящий на аргентинском испанском или английском с западного побережья Соединенных Штатов. В нем использовались милые аргентинские термины, такие как «flaco», «hijito» и «boludo». И голос сказал, что откроет ему все, что он хочет знать. Но его результаты «всегда были асинхронными». Он говорил ему кое-что о ком-то через два месяца после того, как он спросил, или даже через 5 лет, к тому времени, когда ему уже все равно.

Этот голос эмиссара из сновидения присоединяется к нам физически. Ему физически казалось, что он исходит из области около его печени.
Мир неоргаников, в основном, женский мир, и в конце концов он услышал женский голос — «весьма изысканный». Мужчин в этом мире желают, потому что они — «небольшое завихрение» в женском коллективе. [Он изобразил себя как «мачо», а затем действительно просто сделал «маленький поворот»].

Затем он описал, как однажды он так сильно высморкался, когда был у Дона Хуана, что выдул свой аденоид. Его немедленной реакцией было «пойти и показать, что случилось маме». Это напомнило ему работу в психиатрической больнице, где один пациент, не чувствовавший боли в своем теле, выколол одно из своих глазных яблок и затем принес его врачу, сказав: «Посмотри, что случилось». Доктор, будучи всего лишь психиатром, а не хирургом, упал в обморок. Тот же пациент позже был обнаружен в процессе распиливания руки, напевающим песню «У старого Макдональда была ферма».

Продолжение следует.

Лекция Карлоса Кастанеды на семинаре по тенсегрити. Окончание

Лекция Карлоса Кастанеды на семинаре по тенсегрити. Продолжение

Продолжение. Публикуем сокровища знания и наследия толтеков: заново переведенный конспект живой лекции, которую прочитал Карлос на семинаре по тенсегрити в 1995 году.

Семинар интенсив по тенсегрити Лос-Анджелес, 13 августа 1995 г. Часть вторая. Продолжение.

Начало здесь: https://tensegrity.moscow/лекция-кастанеды-на-семинаре

Дон Хуан не брал в расчет «глупость» Кастанеды. Эмиссар — очень привлекательный продавец. Он говорит: «Все, что тебе нужно сделать, это сказать мне слово». Слово «навсегда». «Если ты дашь мне свое согласие, мы сможем расширить твое сознание до пяти миллиардов лет. Ты сможешь увидеть немыслимые вещи, такие как сердце звезды, и оно не обожжет тебя. Тебе не придется дышать. Но мы не можем тебя, это твой выбор». Дон Хуан велел ему не поддаваться на это.

Неорганики также используются летунами, и они хотят соединить свою медленную скорость с нашей быстрой скоростью. Голос однажды привел Карлоса в мир неорганических существ и сказал ему, что он «населен тремя типами»: те, которые выглядят как волнистые свечи, круглые существа и другие, имеющие форму колокола. Голос также сказал ему, что там были и другие сущности, которых он не мог показать ему, пока тот не дал бы свое слово, что останется. «Все сновидящие-мужчины [включая Дона Хуана] сообщают об одном и том же опыте». Психиатры и другие эксперты не могли объяснить ему этот опыт, кроме как продукт мысли Карлоса Кастанеды. В конце концов Кастанеда совершал туда бесконечные путешествия и в одном из них увидел энергию, которая показалась ему знакомой ему девушкой. «Девушка» попросила его о помощи. По словам Дона Хуана единственное достоинство Кастанеды в том, что он «бесстрашно ввязывался во что-то, чтобы перерезать чьи-то цепи».

Он дал свое согласие, выразив свое намерение, которое истощило всю его энергию, и его удерживали там, хотя ему удалось освободить «девушку». Чтобы вытащить его, пришлось прийти на помощь Дону Хуану и некоторым из его соратников. Они вошли не через сновидения, а через мастерскую магию. В результате Карлос Кастанеда знает, что это был реальный мир, вселенная-двойник.

Дон Хуан планировал прыжок, чтобы избежать мира неоргаников. Но Карлос Кастанеда знает, что мы не сможем совершить окончательное путешествие, не пройдя через «дом наших кузенов». Несмотря на то, что этот мир «сильно смешан с нашим», Дон Хуан настаивал на том, чтобы держаться от него подальше. Дон Хуан был «в решительном его отрицании». Карлос Кастанеда считает, что с этим миром лучше начать иметь дело сейчас; чтобы узнать, как управлять им, прежде чем отправиться в окончательное путешествие
Неорганики могут снизить нашу скорость и увеличить свою, появляясь нам как мимолетные проблески, либо постоянно с нами взаимодействуя. Женщины справляются с этим довольно легко. Мужчины должны сражаться намного больше, как и то, что мужчины должны много читать. «Женщинам не нужно так много читать. Что ж, могут много читать женщины-философы». [Флоринда в этот момент выглядела так как будто ей некомфортно.] «И, возможно, немки, немецкие женщины философы» — пошутил Карлос.

Кастанеда сказал, что он всегда спрашивал, как и многие из нас, когда он наконец сможет видеть энергию и когда магические практики, наконец, окажут на него эффект. Поскольку люди говорили, что не слышали «отвратительную историю», которую он рассказал в прошлое воскресенье, он повторил историю о Доне Хуане, который сказал ему, как узнать, есть ли у него прогресс в магии, — для этого следовало наклониться и пукнуть на восток. Если это был большой пук, это означало, что он продвинулся.
Взаимодействие группы Кастанеды с неорганиками намного более интенсивно, чем во времена Дона Хуана. Рассказы Дона Хуана о старых магах не очень помогают Карлосу во взаимодействии с этим миром. Все, чем Кастанеда обладает — это его собственные наблюдения и тот факт, что неорганики «не могут лгать». Но они могут ответить только на неспекулятивные вопросы — например, есть ли мужчина по ту сторону этой стены? Но не «почему там стоит мужчина»? или «как мужчина попал туда»? Это приучает человека быть очень прямым и «не витиеватым». Работа с неорганиками «заставляет вас стать кристально чистым, иначе эмиссар сновидений не сможет вам ответить». Карлос задавал вопросы о взаимодействии между неорганиками и нами, и они говорят, что это может происходить с огромной трезвостью.

Летуны, или прыгуны, тоже неорганические существа, которые питаются всеми органическими существами. Хотя маги не смогли различить детали светящихся яиц нечеловеческой органики, чтобы распознать так ли это, эмиссар сновидении ответил «да» на вопросы о том, питаются ли летуны животными и другой органикой в нашем мире.
Карлос Кастанеда больше не слышит голос Эмиссара. «Они обманом ввели меня в мир, который давно искал Дон Хуан, где человеческое познание не работает». Что-то потянуло его через «трубку продольного осознания», и Карлос оказался «на своей левой стороне».

Существа в этом мире видят на 360 градусов, что заставляет их совершать действия, которые для нас немыслимы. Чтобы выбраться из этого мира, Карлосу сказали, что ему нужно «вращаться, да так что, он должен был повредить свою сетчатку». Но голос предложил вернуть его без вреда, «если он даст свое слово [остаться с неорганами]». Карлос Кастанеда решил, что единственный выход — это принять позицию, согласно которой ему все равно, вернется он или нет, что это может каким-то образом позволить ему вернуться самостоятельно. Теперь он больше не слышит голоса и скучает по нему. Он так и не успел сказать ему «спасибо», так как он говорил ему удивительные, немыслимые вещи. Один из постулатов пути мага состоит в том, что вы должны платить за вещи, или, если вы не можете отплатить, вы должны дать по крайней мере что-то равноценное.

окончание будет опубликовано здесь: https://tensegrity.moscow/лекция-кастанеды-на-семинаре-3/

Как издавали Кастанеду в СССР

Как издавали Кастанеду в СССР

Как издавали Кастанеду. Начало

Впервые официально о Карлоса Кастанеде написали и опубликовали отрывок из его книг еще в Советском Союзе в журнале «Наука и религия», 1988 год, (№ 10). Авторами этой статьи были молодые ученые: Сергей Алимарин, физфаковец из МГУ, кандидат физико-математических наук, и Алексей Барабашев, выпускник Мехмата МГУ и аспирант по философии науки.  Это был отрывок из книги «Сказки о силе», глава «остров тоналя».

Тут надо учитывать, что в самиздате первые переводы появились в начале семидесятых, буквально через несколько лет после появления их на английском. Переводил их Василий Максимов и эти самиздатовские книги быстро стали популярными в среде московских эзотериков и молодых продвинутых психологов, студентов, ученых, писателей. йогов и так далее. Поэтому нужно учитывать, что это Барабашев и Алимарин скорее всего, сами прочитали Кастанеду полностью, когда писали статью о нем. Вообще — это характерно, что на острие интереса к Кастанеды были именно молодые айтишники и математики  (физики, как их тогда называли).

Сказки о Силе. 1988 год, СССР

 

Путешествие в Икстлан. 1990 год

Позднее, уже на грани развала Советского Союза, в той же «Науке и религии» начали издавать Карлоса Кастанеду — отрывки из «Пути в Икстлан» летом 1990 года и продолжили издавать отрывками до 1992 года.  К тому времени уже появились первые многочисленные пиратские печатные издания Кастанеды в 1991 году (по сути, быстро и плохо напечатанный самиздат) и журнальная публикация потеряла смысл. Чуть позже в печатную гонку включилась киевская «София», которая всех в итоге и переиграла, пока книжный рынок, постепенно приобретал все более цивилизованный вид. Долгое время книги Кастанеды были основным источником ее прибыли.

 

Первые пиратские издания Кастанеды.1991 год

Лист на ветру. Разговор с Доном Хуаном

Лист на ветру. Разговор с Доном Хуаном

Отрывок из главы «Настроение воина» книги Карлоса Кастанеды «Путешествие в Икстлан»

После долгого молчания дон Хуан с глубоким убеждением произнес:

— Стремление к совершенствованию духа воина — единственная задача, достойная человека.

Его слова подействовали как катализатор. Я вдруг разом ощутил груз всех своих прошлых поступков. Тяжесть его была невыносима. Непреодолимым препятствием они лежали на моем пути, и я чувствовал, что это — безнадежно. Всхлипывая, я заговорил о своей жизни. Я так долго скитался без цели, что сделался нечувствительным к боли и печали, и что меня пронимает лишь в редких случаях, когда я осознаю свое одиночество и свою беспомощность.

Дон Хуан не сказал ничего. Он схватил меня под мышки и выволок из клетки. Когда он меня отпустил, я сел. Он опустился рядом. Установилось неловкое молчание. Я решил, что он дает мне время на то, чтобы прийти в себя. Я достал блокнот и принялся лихорадочно строчить.

— Одинокий лист на ветру… Да? — произнес он, наконец неподвижно глядя на меня.

Он очень точно выразил моё состояние. Я чувствовал себя именно так. И дон Хуан, похоже, тоже проникся этим ощущением. Он сказал, что моё настроение напомнило ему одну песню, и начал тихонько напевать. Он пел очень приятным голосом. Слова песни унесли меня куда-то далеко-далеко:

Рожден в небесах,

Но сегодня я

Так далеко от них.

И мысли мои

Полны безграничной тоской.

Одинок и печален,

Как лист на ветру,

Я порою готов рыдать,

А порой — смеяться,

Забыв обо всем,

От стремления

Что-то искать.

Мы долго молчали. Наконец, он заговорил:

— С того самого дня, когда ты родился, каждый, с кем сталкивала тебя жизнь, так или иначе что-то с тобой делал.

— Это верно, — согласился я.

— И делали это с тобой против твоей воли.

— Да.

— А теперь ты беспомощен, как лист на ветру.

— Да. Так и есть.

Я сказал, что обстоятельства моей жизни иногда складывались поистине невыносимо жестоко. Дон Хуан выслушал меня очень внимательно, однако я не мог понять, то ли он делает это просто от сочувствия, то ли что-то его действительно весьма заинтересовало. Я терялся в догадках, пока не заметил, что он пытается спрятать улыбку.

— Тебе очень нравится себя жалеть. Я понимаю. Но, как бы тебя это ни тешило, от этой привычки придется избавиться, — мягко сказал он. — В жизни воина нет места для жалости к себе.

Он засмеялся и еще раз пропел песню, слегка изменив интонацию. В результате получился нелепый плаксиво-сентиментальный куплет. Дон Хуан сказал, что мне эта песня понравилась именно потому, что всю свою жизнь я только тем и занимался, что выискивал во всем недостатки, жаловался и ныл. Спорить с ним я не мог. Он был прав. Но, тем не менее, я полагал, что у меня все же достаточно оснований к тому, чтобы чувствовать себя подобно сорванному ветром одинокому листу.

— Нет в мире ничего более трудного, чем принять настроение воина, — сказал дон Хуан. — Бесполезно пребывать в печали и ныть, чувствуя себя вправе этим заниматься, и верить, что кто-то другой что-то делает с нами. Никто ничего не делает ни с кем, и особенно — с воином. Сейчас ты здесь, со мной. Почему? Потому что ты этого хочешь. Тебе пора было бы уже принять на себя всю полноту ответственности за свои действия. В свете этого идея относительно одинокого листа и воли ветра не имеет права на существование.

За пределами взгляда хищника

За пределами взгляда хищника

В ясный и солнечный полдень в Лос-Анджелесе, четверо учеников дона Хуана, а также их ученики-новички обедали во внутреннем дворике дома видящих.

Все сидели вокруг богато накрытого стола с прекрасной льняной скатертью. Столовое серебро и хрустальная посуда сверкали в лучах полуденного солнца.

Все обедали, по-дружески разговаривали и шутили, рассказывая забавные истории и анекдоты, обменивались впечатлениями о любимых фильмах; все кроме одной начинающей ученицы. Пока она там сидела, до неё дошло, что она не сидит ни рядом с Тайшей Абеляр, ни с Флориндой Доннер-Грау, ни с Кэрол Тиггс, ни с нагвалем Карлосом Кастанедой. И она начала ёрзать на своём стуле, от беспокойства она сжала зубы, а её живот напрягся.

Вместо того чтобы наслаждаться компанией и окружающим её садом, эта юная ученица внимательно изучала, кто рядом с кем сидит. И когда она заметила, что одна из её приятельниц-новичков, сидящая рядом с Тайшей, встала со стула, она быстро направилась, чтобы занять освободившееся место.

Тайша не сдвинулась с места и только улыбнулась новому пополнению. Когда другая ученица вернулась и сказала, что хочет сесть на своё место, только что занявшая её место ученица сказала ей: «Садись на моё место. А я до окончания обеда я буду сидеть здесь».

Та так и сделала. Тогда Тайша решила заняться своими гостями всерьёз, и они обе услышали жужжание за ушами: пара колибри прилетала полакомиться нектаром с цветов, растущих неподалёку деревьев.

«Понаблюдайте за этими колибри, – Тайша указала жестом в их сторону – Посмотрите, что они делают».

Молодая ученица перевала взгляд на цветущее дерево локвы и наблюдала за тем, как одна из птиц опустила свой длинный клюв в распустившийся цветок. Вторая птица подлетела поближе и тогда первая с шумом отогнала её от цветка. Затем, видимо выпив достаточно нектара, первая колибри отлетела и зависла над цветком. Тогда вторая птица, ненадолго остановившись на пол пути, как бы взвешивая шансы на успех, попыталась во второй раз подлететь к цветку. Первой птице это не понравилось, и она начала яростно налетать на вторую, отгоняя её от цветка, как бы при этом говоря: «Эй, даже не думай об этом. Это мой цветок!»

Ученики смотрели на это с изумлением.

«Вы наблюдаете «взгляд на мир глазами хищника» в действии» — мягко сказала Тайша, — «Мы, как и другие живые существа просто привыкли к такому взгляду на мир и не помним, что было до него».

«Взгляд хищника? – спросила одна из учениц, – Что это значит?».

«Это особая область внимания, и, чтобы выйти за её пределы, маги древней Мексики прилагали все усилия, на которые они были способны. Этот взгляд на мир говорит сам за себя, взгляд при котором уходит из поля зрения всё, кроме объекта внимания. Скажи мне, разве из поля твоего зрения не исчезло всё в этом саду, кроме стула, который ты так хотела занять?».

«Ну да», – ответила ученица после некоторых раздумий и кивнула в знак согласия. Она призналась, что на несколько секунд её внимание было приковано только к этому стулу, а всё остальное перестало существовать.

«Наши глаза – «проводники намерения, – продолжила Тайша. – На чтобы они не смотрели — там мы сосредотачиваем наше намерение, и твоё намерение было сфокусировано на этом стуле. На самом деле, ты рассматривала свою соратницу, только как соперника, которого ты должна отбросить со своего пути, фактически, ты рассматривала это кресло, как свою последнюю битву на земле; как если бы сидение на нём было самой важной вещью в твоей жизни. Это — взгляд на мир глазами хищника».

«И что мы можем с этим сделать?» – спросила ученица.

«Для начала нам нужно признать, что мы способны изменить этот взгляд, затем приложить наше намерение к чему-то большему, чем собственное «Я». У нас должно быть достаточно дисциплины, чтобы намеривать вселенную за пределами собственного «Я»».

«Посмотрите на ящерицу вон там, которая загорает на солнце, – продолжила Тайша, показывая в направлении больших кактусов, которые окружали кирпичную стену патио. –  Но не поворачивайте свою голову слишком быстро, иначе она убежит. Как и мы, она может чувствовать намерение чужих глаз, направленных на неё, и она так же не любит, когда её пристально рассматривают. Поэтому поворачивайте свою голову медленно и наблюдайте за ней периферийным зрением. Видите, как поднимается и опускается её живот, её бока двигаются вверх и вниз, когда она дышит. Почему бы вам ни попробовать повторить это? Она, кажется, просто рада тому, что она живет, что она есть на этой земле».

Сидя на своём стуле, и наблюдая за ящерицей периферийным зрением, ученица постепенно почувствовала, как её живот то поднимается, то опускается вслед за вдохом и выдохом. После нескольких вдохов она освободилась от напряжения в животе, ее скулы тоже расслабились.

«Что ты теперь видишь?» – спросила Тайша.

«Я вижу всех за этим столом, – ответила ученица, – Как сильно они наслаждаются компанией друг друга, и действительно поддерживают друг друга своим смехом и улыбками».

«Что-нибудь ещё?» – спросила Тайша.

«Я очень смущаюсь сказать это, – прошептала ученица, – Но я внезапно почувствовала всеобщую поддержку возможно даже впервые в жизни. Я чувствую нежную привязанность моей соратницы, выраженную в том, что она позволяет мне сидеть здесь. Я чувствую солнечные лучи, дерево, которое даёт тень для нас всех; ящерицу, её дыхание; колибри, показавших нам свою битву; зелень кактусов, аромат, исходящий от цветов».

«Замечательно! И что ты сейчас хочешь сделать?».

«Я хочу сказать тебе спасибо, Тайша, и вернуть моей попутчице обратно её стул».

Анонс семинара:
Семинар по тенсегрити. «За пределами Взгляда хищника»
Палм Спрингс, Калифорния, 11-12 февраля 2006

Рената Мюрез о Карлосе Кастанеде

Рената Мюрез о Карлосе Кастанеде

Рассказы Ренаты Мюрез из документального фильма «Тайна Карлоса Кастанеды» (2019 г).

Иногда мы теряемся во всех этих его историях, иногда мы в них остаемся. Но я поняла — то, чего он достиг в своих книгах, может достичь каждый из нас. Я сидела у стоп многих учителей, слушая их истории, но я почти не слышала о том, как это могу сделать я. И вот, передо мной был человек, Карлос Кастанеда, который сказал: «Ты можешь это сделать, ты намного больше, чем ты думаешь. Позволь мне показать тебе путь, ибо я могу открыть дверь. Я не могу за тебя пройти через них. ты должна сделать это сама. Но я могу открыть тебе эти двери». И он это сделал.

Всё, о чем он говорил, было настолько мощным, это был взрыв мозга (в то время очень актуальное выражение). Все эти невероятные истории, чудеса, то, на что способен человек — состояния расширенного восприятия. При этом Карлос был больше прагматичным. После той встречи, которая длилась около полутора часов, он сказал: «Я буду давать вам эти практики, в этом парке, которые помогут Вам расширить свое восприятие. Записывайтесь вот здесь». Я записалась и пошла в субботу на встречу, и так далее. Дальше уже история.

Карлос был мужчина, нагваль, лидер, гуру. Он был гением перевоплощения. У него не было какой-то одной идентичности. Если послушать истории его соратников Флоринды, Кэрол Тиггс, Тайши Абеляр, они все встречались с разным доном Хуаном. Был дон Хуан, затем были Мариано Аурелиано, Тайша Абеляр, Джон Майкл Абеляр. В общем, у Карлоса было много идентичностей. Мои отношения с ним тоже были разными в разное время. Временами он был со мной мудрецом, временами — нагвалем, временами — другом, временами — тем, кто помогал мне с личными проблемами. Он был тем, с кем я могла пойти гулять в три часа ночи в какой-нибудь наиболее нелюдный парк Лос-Анджелеса. Когда Карлос звонил по телефону и говорил «давай-ка сделаем сегодня то-то, пойдем в тот-то ресторан», ты не всегда знала, с кем увидишься. Это всегда мог быть кто-то новый.

Существовал ли дон Хуан или нет? Самое важное для меня, что он существовал для Карлоса Кастанеды. Как мы знаем, нет единой реальности для всех. У каждого — своя реальность, которую он для себя собирает. Так существовал ли дон Хуан для меня? Да, он существовал для меня, потому что он существовал для Кастанеды. И мне нравится, что на эту тему сказал Карлос, которого так долго мучали этим же вопросом, и который испытал на себе всю многоуровеность дилеммы. Он говорил: «Существовал он или нет, какое это имеет значение? Суть в том, что практика, которую я вам предлагаю, не моя. Её передал мне кто-то ещё, а тому передал кто-то ещё. И это целая линия передачи отобразится, и практика работает. Вы можете убедиться, попробовав сами. Не слушайте никого. Если она работает для вас, то она становится вашей реальностью. Дон Хуан существует, я существую, я — ваш учитель. Если это не работает для вас, ищите другого учителя.

Карлос, как новый нагваль после дона Хуана, очень серьезно относился к тому, чтобы собрать и вести учеников дона Хуана наряду со своими новыми учениками. В те ранние 88-89-е годы мы часто разговаривали с Карлосом по телефону. И вот, он звонит и говорит, что должен встретить индейцев Нестора, Паблито, и что они вылетают в Лос-Анджелес, остановиться в отеле, и он проведет с ними выходные и так далее. В каком-то роде это был мой ближайший личный опыт соприкосновения со старыми учениками дона Хуана. Карлос говорил мне об этом не для того, чтобы впечатлить меня, он просто говорил, как есть. Он встречал этих людей и проводил с ними время. И раз были они, имея физическую форму, почему бы и не быть всем остальным?

Его невероятная доброжелательность, его удивительное сердце, его желание помочь…он часто говорил нам о том, какую благодарность чувствовал, когда дон Хуан передал ему такой дар, и что он не хотел покидать этот мир, не передав, не показав, не продемонстрировав этот дар другим людям, унеся его с собой.

Переработка инструментов не уменьшает их энергию, их эффект. Вот, что меня поразило. Я не пойду к руслу реки и не буду использовать зеркало и так далее. Этого сам Карлос с нами уже не делал, ведь эти предписания были даны ему человеком жившим 40, 50, 60 и 80 лет назад. Это поколение тех годов, мы так не будем делать. Мы будем использовать другие современные инструменты, которые помогают нам расширяться и видеть невидимых помощников, открываться другим существам в мире, другим союзникам. В каждом из тех инструментов сохранялась энергия. И я знаю, работаем ли мы в организации «Cleargreen» или практикуем настоятельно, мы должны оставаться в энергии, потому что людьми движет энергия. Это энергия преемственности, линии передачи учения. Если вы придёте на любое мероприятие, которое мы проводим, или кто-то другой под знаменем Карлоса Кастанеды, то есть пройдя обучение в «Cleargreen», то преемственность сохраняется, предыдущие учителя соглашаются с изменениями, они приходят, их приглашают в каждой партии.

Я всегда говорю людям: «Может, вам нужно быть более чувствительными? Закройте глаза, постарайтесь попасть в тихое место. Делайте это с помощью движений, медитации, неважно как, главное — делайте. Позовите деда, прадеда, попробуйте найти его где-то в мире, и вы не найдёте. Если найдёте, его энергия будет вот такой маленькой. Делайте то же и позовите Карлоса. Его энергия — как зонт, она придёт и покроет вас как зонт как гриб. Вот — каков Карлос сейчас.

Он знал, что скоро умрёт, покинет этот мир. Я была с ним последние 10 лет его жизни, и он всегда говорил мне: «Выбирай свою битву. Куда ты сегодня направишь свою энергию?» Примерно так, рассуждал он, будет ли это секс или что-то иное. Всегда, когда он был со мной, он направлял свою энергию в иные русла. Я хочу вам сказать, что, обучая 1000 человек Тенсегрити, пути воина, ни с кем из которых я сексом не занималась, но с каждым из них у меня гораздо более близкое сходствó, чем с моими физическими любовниками в прошлом. Любовь мужа — это понятие определяется культурными и социальными нормами. Расширение реальности и совместное в этом участие не имеют ограничений и определений. Это что-то поистине магическое. Когда ты встречаешься сердцем к сердцу, сознанием к сознанию, ты делишься своими намерениями, преследуешь великое неведомое.

Он был так глубок, его логика была несравненной. Его суждения были несравненными, его сердце было несравненным, его намерения…никого похожего я в жизни не встречала.

Посреди ночи между двумя и тремя часами он мог позвонить по телефону со словами: «Я сейчас подъеду, буду у тебя через 10 минут». У него был небольшой коричневый пикап, в котором он насобирал на такие внезапные вывозки. Этой ночью было практически ничего не видно, мы все ехали-ехали к одному из тех мест, что мне нравились. И вот, он говорит: «Сюда приходит танцевать Кэрол Тиггс». Это была очень симпатичная танцевальная площадка. Дверь открыта для всех, много огней, веселая музыка и толпа людей. Кастанеда паркует пикап прямо напротив входа и обращает наше внимание на яркую вывеску. «Смотрите, на ней написано «У Вирджинии». Какое замечательное название!» Потом он проводит нас по району, рассказывает, что вот здесь живет Кэрол Тиггс, вот её квартира. В окне был действительно силуэт человека. А может нам показалось, кто знает? Кастанеда говорит: «Смотрите, а вот и кошка Кэрол». Потом он отвозит нас домой и нам, конечно, невыносимо любопытно, сможем ли мы найти всё это на следующий день. Мы запоминали улицы, как могли. И знаете, мы нашли это место, потому что мы запомнили, что оно было за тем-то мостом в Лос-Анджелесе, в общем, добрались. И вот, перед нами заброшенный, практически разрушенный склад с потертой выцветшей от времени вывеской, на котором можно было различить лишь большую букву В. И больше ничего. Что это было? Магия? Он умел перебрасывать целые группы людей сквозь время в разные эпохи, в разные сновидения. Он был созидателем снов.

 

 

Следы на магических пассах

Следы на магических пассах

Отпечатки на магических пассах

Честно говоря, впервые я увидел этот след не на пассах, а на движениях и позициях тела фламенко – древнего танца, созданного в недрах цыганской культуры на полуострове Иберия. Этот танец раньше не был набором «красивых движений» для туристов, он скорее был чем-то похожим на магические пассы, насновиденные очень смелыми, гордыми и огненными людьми, жившими в той местности. Танцем и шоу, «культурной достопримечательностью» национального меньшинства, фламенко стало намного позднее, в начале 20 века. Практикуя эти движения, я увидел перед собой тени людей, которые их создали, их энергетические черты. Их намерение было столь сильным, а дух столь неукротимым, что его ощущают в той или иной степени все, кто практикует или наблюдает эти движения.

Следы На Магических Пассах 5

Позднее я начал ощущать подобные следы на магических пассах тенсегрити. Это был … вроде как запах, энергетический аромат человека, который создавал и сновидел эти движения. Сначала я решил, что это мои галлюцинации или вроде того, но позднее убедился, что это не так. Более того, развивая в себе это видение, я обнаружил, что эти следы многослойны.

Все магические пассы имеют энергетическую «гравировку» — невидимый, но ощутимый для видящего отпечаток того, кто сновидел эти движения. Это своего рода след, соединяющий «создателя» движений с исполнителем. Таких подписей может быть несколько, они уходят в глубину. Самая очевидная подпись – последняя, но под ней можно разглядеть и более старые.

Как это возможно? Я начал размышлять о природе магических пассов (тенсегрити и не только).

Карлос Кастанеда описывал открытие магических пассов следующим образом:

«Они были открыты шаманами, жившими в древней Мексике, в процессе изучения ими состояния повышенного осознания. Это произошло совершенно случайно. Все началось с того, что шаманы задались очень простым вопросом: какова природа великолепного ощущения избытка жизненных сил, испытываемого ими в состоянии повышенного осознания, когда они принимают определенные позы или особым образом двигают конечностями? Это ощущение было настолько сильным, что шаманы стали настойчиво пытаться воспроизвести его, принимая такие же позы и выполняя такие же пассы в состоянии нормального осознания.

Судя по всему, в итоге им удалось добиться успеха, и они стали первооткрывателями очень сложных последовательностей движений — их еще называют сериями движений, — которые, при постоянной практике, позволяли в значительной мере повысить эффективность функционирования тела и сознания. Результаты выполнения этих движений оказались поистине ошеломляющими, и сами движения стали называть магическими пассами».

Магический пасс – это не столько движение, положение тела или дыхание само по себе. Это намерение, которое мы включаем с помощью этого движения. Или – если выражаться точнее – это своего рода «мост» между намерением повышенного осознания (осознанного сновидения наяву) и настоящим моментом.

Например, можно формально «правильно» выполнять магический пасс тенсегрити – таким образом, чтобы в нем отсутствовала магия. Такие случаи бывают. Я видел людей, которые умудряются выполнять магический пасс так, чтобы почти полностью заблокировать его намерение. Даже в исполнении ведущих тенсегрити. Поразительное зрелище!  Такая магия антимагии.

А можно выполнять магический пасс физически «неверно» (как выполняют многие самоучки, которые пытаются изучать движения по слепым описаниям и книгам), но с намерением и страстью. И тогда он может иметь магию, причем сильнее, чем в «правильном» исполнении.

В отношении магических пассов мне нравится применять метафору гриба. То, что мы привыкли называть грибом – видимое глазу плодовое тело – дождевик, подосиновик, мухомор – неважно – это всего лишь видимый временный орган, а сама суть гриба всегда невидима и скрыта в земле – в сетевой форме грибницы. Точно также и магический пасс – это всего лишь кинестетическое выражение конкретного намерения, к которому получили доступ древние видящие. Намерение неизменно, но пасс, который его выражает, его, так сказать, «плодовое тело»,  может меняться и модифицироваться, адаптируясь к энергии человека и соответствуя модальности времени. Собственно говоря, «энергетическая подпись» — это отпечаток того человека, который выразил этот пасс, принес его в мир, скажем так. Если эту работу делали многие люди много раз, все их отпечатки сохраняются в движениях практически навсегда.

Следы На Магических Пассах 6

Некоторые старые пассы отмечены самим Карлосом, другие несут на себе отпечаток Ренаты Мюрез, Найи или Кэрол Тиггс, Флоринды Доннер-Грау или Тайши Абеляр. Есть пассы не измененные и несущие в себе отпечатки старых нагвалей. В некоторых я смог прочитать, что они не из линии Дона Хуана, хотя и из нашей традиции. Большинство пассов имеют наслоения работы многих людей.

Поскольку Майлс Рид и Аэрин Александр в Cleargreen принимали активнейшее участие в работе над движениями, очень многие магические пассы, показанные на семинарах Cleargreen с конца девяностых по десятый год, имеют также отчетливый привкус энергии Майлса или Аерин. И это уже неотменимо.

Для меня магические пассы – это способ соединить и соизмерить свои намерения с намерениями существ, которые сновидели эти движения. Эти люди были… очень страстными. Если у вас из книг сложилось впечатление, что древние или новые видящие были бесстрастными, холодными и бесчувственными людьми – это ошибочная интерпретация. Они могли выглядеть отрешенными, поскольку, вследствие глубокого сдвига точки сборки, могли испытывать другие чувства… трудновыразимые и неописуемые.

Такое видение очень сильно помогло мне научиться отличать пассы от не-пассов или от личных интерпретаций. И помогает мне ощущать связь с поколениями видящих…

Кастанеда. Лекции в магазине «Феникс». Первая

Кастанеда. Лекции в магазине «Феникс». Первая

Это одна из самых сильных и откровенных лекций Карлоса, из всех, которые он прочитал. Цель этой серии лекций: выплата энергетического долга магазину «Феникс стор» в Санта-Монике (в котором Карлос встретился с вернувшейся из небытия Кэрол Тиггс). Читайте внимательно, таких слов вам больше сейчас никто не скажет: времена и люди изменились.

Конспект первой лекций

Обсуждение термина «колдовство». Карлос Кастанеда не любит этот термин, предпочитает «нагуализм».

Определение нагваля: обладающий двойной энергетической массой человек имеет больше ресурсов. Нагваль требует прерывания (быть отрезанным от источника психологической непрерывности) для обучения.

Слишком много энергии тратится на защиту представления себя в повседневной жизни. Чтобы осознать мотивы, которые мы защищаем, сделайте перепросмотр.

Карлос Кастанеда сказал, что у каждого есть трюк или петля в его/ее представлении о себе. В течение долгого времени этот трюк был «бедное дитя». Много энергии тратится на представление и защиту своего «я» как чувства собственной важности и обделенности.

Бессмысленная трата энергии на поиски спутника жизни. Ложная вера в то, что супружеская пара приведет к самореализации. «Мы не знаем, как дарить любовь. Мы хотим только получать [любовь]»

«Воины любят жизнь и запредельное, не ожидая взаимности».

Мы принимаем идею собственной важности без проверки. В этом у нас нет никакой уникальности. Мы все выражаем одни и те же потребности. (Тут Кастанеда рассказал, как слушал записи пациентов на приеме психолога… много часов жалоб… и осознал, что он – точно такой же как они все). Нужен перепросмотр, чтобы потерять собственную важность.

Мы получаем эту идею собственной важности из социального порядка. Социальный порядок не заинтересован в нашей индивидуальности. Он ведет нас к разрушению. Превращая нас в однообразных идиотов, обучая нас жалеть самих себя. «Я нуждаюсь в тебе. Я люблю тебя» — это мантра социального порядка. Социальный порядок не дает нам ни смысла, ни цели. Однако социальный порядок удерживает нас от переживания прерывности и диссонанса [т.е защищает нас от Неизвестного]. Мир предсказуем, когда многое упускаешь из виду.

Наш недостаток: у нас нет цели. Без цели нет никакой выгоды. Нам нужна [достойная] цель.

Перепросмотр помогает нам отбросить чувство собственной важности в представлении себя.

Вам не нужен проводник. Вам нужна только энергия. Энергию можно получить в беспристрастном исследовании [себя и своего поведения].

Наркотики делают вас неспособным поддерживать [внешнее] давление. Карлосу Дон Хуан давал растения силы, чтобы усилить его концентрацию, а не для удовольствия или удовлетворения. К наркотикам Карлос причисляет прозак («успокаивающее» и болеутоляющее лекарство на основе опиоидов).

Дисциплина: развивает воинственность. Воин — это тот, кто ищет свободы. Свобода — это погружение вашего сознания в непостижимое. Наше подлинное наследие — быть свободным. Мы — путешественники. Мы должны исполнить свою судьбу, став воинами. Дисциплина является единственным сдерживающим фактором против социального порядка. Что такое дисциплина? Это не одержимое расписание. Это означает быть текучим, разумным, требовательным и продолжать непредвзятое исследование себя 24 часа в сутки.

Быть воином:

Примите ответственность: примите, что вы умрете — в смирении. Это не подлежит обсуждению. Посмотрите в зеркало посреди ночи; посмотрите на существо, которое собирается умереть. Спросите себя: что вы делаете? Какова общая сумма ваших действий?

[Вопрос в том, что тебя пожирает? Что внутри тебя мешает вернуть себе жизненную силу и смелость? Что заставляет тебя забыть, что ты — существо, которое умрет?]

Забудьте о понимании вещей. Не спрашивайте почему. Рационального объяснения этому нет. С каких это пор мы способны понимать все, что происходит вокруг нас? Ничего нельзя объяснить.

Кричите Намерению. Озвучьте то, что чего вы хотите: «я хочу быть ответственным за то, что я умру».

— Во Вселенной есть безличная сила, которая повинуется нашему зову. Скажите это вслух: «Я хочу принять тот факт, что я умру».

— Наш голос обладает огромной силой. Наше слово — окончательное. Мы начнем видеть тонкие изменения. Слова не могут быть объяснены; их следует называть «индекс» [указатель].

Перепросмотр: составьте список, вспомните события. «Плащ уверенности» развивается путем перепросмотра.

Возьмите отброшенные стимулы и создайте мир. Мир здравого смысла — не единственный возможный мир.

Долг: если вы получаете что-то, вы в долгу. Примите на себя ответственность за эту задолженность. Вы в долгу перед миром и духом (чем-то непостижимым, что поддерживает нас). Оплата за услугу – делает вас свободными.

Рассказы о том, как Карлос искал других гуру после того, открыл свою левую сторону. Результат его поисков были обескураживающими. Он нашел только «купцов Божьих». «Учителя не должны брать плату за свои учения: они должны работать с 8 до 5 часов». Их интересовало только накопление богатства.

Мы очень поверхностно смотрим на мир. Затем мы это интерпретируем и истолковываем. Интерпретация передается по наследству. Мы двигаемся через [непрерывную] интерпретацию жизни.

Где происходит этот мир? В нас. [Готовые] ответы были сформированы [до нас]. Нас заставили принять эти ответы. Мы должны исследовать [мир], а не интерпретировать [его].

Определение Вселенной — это магия. Примите ответственность вслух, ответственность за восприятие: кричите: «Я человек, следовательно, я возвышенное [существо]».

— Наша судьба — быть воспринимающими существами. Это трусость — прятаться за идеями. Мир должен определяться исходя из факта, что мы умрем.

Телевидение учит нас жаловаться. По телевизору все жалуются: «бедное дитя!».

Чего мы должны ждать с нетерпением? Старость? Карлос изобразил старика в ресторане, который кричит из последних сил: «сестра, мне нужно еще немного кетчупа!»

Болезнь — это потакание. Озвучьте свое намерение стать кем-то другим.

Цитата из фильма «Бегущий по лезвию бритвы»: «…я познал непостижимые миры».

Наше время на исходе. Записи с первого семинара по toltec dreaming

Наше время на исходе. Записи с первого семинара по toltec dreaming

Записи с лекции в Аризоне, 1993 г Это были первые семинары Карлоса Кастанеды и его соратников, еще до создания тенсегрити, трэкеров и элементов и тд. Его учение тогда имело название toltec dreaming (сновидение толтеков). Название и концепция «тенсегрити» было анонсировано двумя годами позднее, в 1995 году.

Мне очень нравилась энергия Флоринды. Она была жизнерадостной, вызывающей, энергичной и очень теплой в необычном смысле. Я говорю это, потому что я говорил с рядом других участников, чтобы получить их мнение, и некоторые из них нашли Флоринду оскорбительной (она встряхнула довольно много священных и хрупких коров), в то время как другие нашли ее интригующей — одна женщина, с которой я разговаривал, имела необычный опыт исцеления, выполненный Флориндой в субботу вечером, и она все еще была потрясена этим опытом.

Флоринда поделилась рядом интересных «фактов» о Доне Хуане. Когда она впервые встретила его, он сказал ей: «у нас нет времени». Год спустя он все еще говорил ей об этом, и она сказала ему, что он был полон дерьма и что он уже говорил ей это больше года назад. Только гораздо позже она осознала правду в том, что он говорил.

Когда дон Хуан сказал ей, что он потерял свою человеческую форму, Флоринда спросила его, означает ли это, что у него больше нет пениса, и в этот момент дон Хуан спустил штаны и показал довольно большой пенис. Форма человека находится не в его теле, а в суждениях и абстрактных ловушках, которые мы строим для себя.

О целибате говорили несколько раз, и это казалось индивидуальной вещью, основанной на вашем уровне энергии и намерения. Сексуальность может быть многогранным мечом, чтобы заманить вас в ловушку или помочь освободиться. Флоринда сказала, что Хуан был «развратным стариканом». Кэрол сказала, что у нее есть гениталии и она собирается ими воспользоваться, и хотя Тайша не говорила об этом прямо, я думаю, что ее книга ясно говорит за нее. Безбрачие/секс были запутанной темой для многих, но главным было слушать своего внутреннего видящего. Они подчеркивали, что мы (участники) не нуждаемся ни в них, ни в Карлосе, чтобы направлять себя.

Нам нужно было сосредоточиться на намерении и следовать ему. Перепросмотр поможет нам освободиться от наших ловушек и высвободить энергию. Как сказала Флоринда, нам нужно прекратить заниматься интеллектуальной мастурбацией так много, что это начинает потакать нашему внутреннему «бедному дитя» и обманывает нас, незаметно подпитывая наше чувство важности.

Относительно перепросмотра было задано много вопросов о технике и дыхании. Кэрол сказала, что дыхание важно, но, если вы едете в машине и начинаете вспоминать и двигать головой из стороны в сторону, скорее всего, вы повышаете свою важность, демонстрируя: «я перепросматриваю, я выше всего этого» — Это ловушка.

Кэрол сказала, что процесс обычно идет примерно так: когда в первый раз вы перепросматриваете, вы говорите: «этот человек был настоящим придурком». После того как вы возобновляете перепросмотр через некоторое время, вы вернетесь снова к этой сцене и скажете: «Я был настоящим придурком», а затем, через некоторое время, вы сможете увидеть это ясно, непредвзято, и вы освободите ту энергию, которая была растрачена впустую вашими предыдущими суждениями и привязанностями.

Нужна новая парадигма и новый лексикон, и Кэрол сказала, что семинары были так же важны для них, как и для нас, потому что им нужно было работать над этим. Флоринда подчеркнула, что женщины должны учиться сотрудничать, а не соревноваться за мужчин. У нее было несколько забавных примеров того, как женщины соревнуются друг с другом из-за мужчин, а затем бегут друг к другу, чтобы посочувствовать, когда мужчин нет рядом. Она добавила, что мужчины должны прекратить воспитывать женщин и давать им свободное пространство, необходимое для того, чтобы они выросли в то, кем они могут стать. Она говорила о том, что женщины полны энергии, в то время как мужчины — нет. Вот почему мужчины более склонны к обладанию и контролю, чем женщины.

Она использовала некоторые сексуальные примеры, чтобы прояснить этот момент. В воскресенье некоторые из нас разговаривали с Флориндой, и подошел парень, и она (примерно в пяти предложениях) описала, как они сбегают, снимут комнату, отлично проведут выходные, как он разобьет ей сердце за то, что она дура, а потом она возненавидит его. Так что, думаю, нам не нужно убегать, теперь, когда мы знаем все, что произойдет. Она использовала это, чтобы показать, что если мы прислушиваемся к своему внутреннему видящему, а не к своим страхам, желаниям или проекциям, то мы можем освободиться от многих ловушек, которые сами себе строим.

У Тайши была очень яркая аура. Различные роли сталкинга помогают нам освободиться от привязанностей к нашим ролям. Она играла роль монаха, чтобы помочь ей освободиться от прежних религиозных привязанностей. Полностью перемещаясь в другой мир, он помогает вам видеть предыдущий мир более ясно. Как сказал дон Хуан, каждое описание столь же достоверно, как и любое другое описание (мир). Освободившись от наших нынешних миров, мы можем стать текучими и перемещаться между ними. В воскресенье я встретился глазами с Тайшей, и ее энергия была яркой и искрящейся. Я могу закрыть глаза прямо сейчас и видеть ее очень ясно и чувствовать ее энергию.

Таким образом, Флоринда охватила мечту о новом мире/новой парадигме и проделала хорошую работу по встряхиванию нынешнего состояния (поскольку комфорт жизни обычно препятствует изменениям)

Тайша занималась выслеживанием и училась изменять наше поведение. Если она может сделать это в таком большом масштабе, то, конечно, мы можем сделать это и в маленьком, как указала Кэрол: мыть посуду, когда обычно вы этого не делаете, и не превращать это в подвиг – то есть: «Смотрите, какой я молодец, что я сделал».

И Кэрол, женщина-нагваль, объединила их. Кэрол вышла, исполняя знаменитый номер Элвиса Пресли Hound Dog, и рассказала много историй (ее пародирование Элвиса было очень хорошим). Ее истории указывали на ее личностный рост, несмотря на нее саму, и она повторно обратила внимание на важность слушать своего внутреннего видящего  (что трудно из-за других голосов), и быть ответственным за мир, который вы видите во сне прямо сейчас, и работать над нашими навыками сталкинга/поведения, чтобы осуществить его.

Магические пассы были очень хороши, но опять же нужно прислушиваться к своему телу. Я мог бы написать гораздо больше, но пока этого, пожалуй, достаточно. Если вы хотите что-то узнать о семинаре, дайте мне знать. Там была «целая куча встряхиваний».

…Вот еще несколько предметов, которые я запомнил из Аризонского семинара по toltec dreaming (сновидениям толтеков):

По вопросу о наркотиках Флоринда сказала, что употребление наркотиков затрудняет доступ ко второму вниманию через сновидения. Один человек в аудитории сказал, что, насколько он понимает, дон Хуан велел Карлосу возвращаться, чтобы встречаться с Мескалито как можно чаще. Флоринда сказала, что да, но вы делайте это через сновидение. Она также сказала, что курение травки делает светящееся тело зеленым. Все они были очень страстными по поводу вреда, наносимого наркотиками, и многие из нас начинали беспокоиться о том, что мы, возможно, нанесли себе непоправимый вред в прошлые годы. Наконец, в последний день Кэрол, заметив наши опасения, сказала, что исправление возможно через перепросмотр, неделание и т. д.

Кэрол Тиггс, говоря о сексе, рекомендовала нам экономить энергию, но если мы решим этого не делать, то (обращаясь к мужчинам, я полагаю) не сидите сложа руки, играя с собой, а «по крайней мере найдите какое-нибудь место, чтобы засунуть его».

Кто-то спросил, должны ли мы преследовать ученых, чтобы те начали изучать магию, и они ответили решительным и единодушным «нет»!

Кто-то еще спросил, должны ли они выйти из отношений, семей и т. д. чтобы заниматься колдовством, и Тайша сказала категорически — нет, «просто начни с того места, где ты находишься».

Мои встречи с нагвалем. Роза Колл о встречах с Кастанедой. 2 часть

Мои встречи с нагвалем. Роза Колл о встречах с Кастанедой. 2 часть

Продолжение разговора с Розой Колл, знакомой и приятельницей Карлоса Кастанеды по университетскому кругу интеллектуалов. Начало здесь 

ПРЫЖОК В НЕМЫСЛИМОЕ

….Мышление – вот, что позволяет нам сделать выбор – отказаться от заблуждений, или остаться с ними. Именно мышление удерживает нас, потому что по природе своей мы – существа, которые мыслят. Проделывая упомянутое выше сальто, мы делаем так, чтобы наше восприятие функционировало словно мышление. А что же делает восприятие? Это акт, когда мы протягиваем себя самое дальше собственной ограниченности, чтобы прикоснуться к невыразимому. И в этом каждый человек наживает собственных опыт. Мы все более адаптируемся, учимся, образовываемся в школах и университетах, растем в сфере своего ремесла и… и не обращаем внимание на процесс восприятия.

Хочу рассказать один случай, который произошел несколько дней назад с одной моей приятельницей. У ее матери была подруга, которая умерла. И дочь этой подруги, умершей, которая и была подругой матери моей знакомой… Дочь некоторое время после кончины своей матери, начиная с того самого дня ее смерти видела мать. У нее были видения. Вот что мне рассказывала моя подруга. Это то, о чем рассказывала ей ее мать, а той – ее подруга. Приходившая в видениях умершая оставляла дочь в плохом самочувствии. В те моменты, когда женщина видела призрак матери, ей делалось дурно, потому что она встречала призрак. Через несколько дней, как она сказала, ей стало лучше, потому что она стала принимать таблетки. Естественно, ей прописали медикаменты, чтобы остановить этот процесс восприятия, осознания. Я себе объясняю это так, что именно это «сальто мортале» нашего восприятия и запускает интеллектуальные процессы, мышление, то, что определяет человеческую личность.

Это же наблюдение присутствует и в записях Кастанеды. Все, что оказывается вне этого мыльного пузыря человеческих культурных предписаний, оказывается выброшено за рамки традиционного мышления и осмысления, плана. Вот дочь. Она не может вынести видений своей матери – ей дурно. Ее видения подавляют извне. Сейчас не знаю, что с ней, это мои предположения, однако сначала было именно так. Тем не менее, людям стоит попытаться допустить, что видения – возможны, что возможно существование того, что находится за гранью нашего понимания, и что возможно установить контакт с тем, чего мы не знаем, но что можем воспринять иным способом. Такое восприятие возможно для всего мира, что нас окружает, а он есть плод культурной матрицы, слияния интеллектуального и культурного начал. Вот то, что предложил Кастанеда: существует этот вход, эта вводная нить, впускающая нас в сферу практик восприятия.

ЛЮБОВЬ К НАГВАЛЮ

….Нагваля может и не быть. Вы знали нагваля, были с ним долгое время, также, как и я, но на самом же деле он находится внутри нас, и потому нам так нравится читать книги нагваля. Я много слез пролила и всем сердцем полюбила, но не нагваля, я ведь не знала его тогда. Я полюбила мир. Обычно этого-то и не понимают. Размышляют, болтают, ахают, если кто-то заявляет, что виделся с нагвалем в Соединенных Штатах, смеются… Нет. Я влюбилась в мир. И мы все имеем эту возможность. Вот поэтому-то, когда выходили эти книги, люди так посходили с ума. Это ощущение все равно с нами – с Кастанедой или без него. Вопрос лишь в том, высвободим ли мы силу, что заключена внутри нас, то, что называют силой сердца.

КОНЕЧНЫЙ ПУТЬ

Хуан Рамон Хименес

 

… и я уйду.
А птица будет петь, как пела,
и будет сад, и дерево в саду,
и мой колодец белый.
На склоне дня, прозрачен и спокоен,
замрёт закат, и вспомнят про меня
колокола окрестных колоколен.
С годами будет улица иной;
кого любил я, тех уже не станет,
и в сад мой за белёною стеной,
тоскуя, только тень моя заглянет…
И я уйду; один — без никого,
без вечеров, без утренней капели
и белого колодца моего…
А птицы будут петь и петь, как пели.
Перевод А. Гелескула

/ Говорится также, что Кастанеде очень нравился Хименес, и что он много слушал его /

ВРЕМЯ НАГВАЛЯ

…Мы много раз виделись с Кастанедой в Лос-Анжелесе, обедали вместе и ему нравилось слушать стихи. Он все время говорил. И говорил, и говорил, и говорил. У времени, в которое мы были вместе, казалось, не было меры. Он не носил часов. Мне кажется, он вообще ими не пользовался. Во всяком случае, я ни разу не видела, чтобы он глянул на них. Когда Кастанеда общается с вами, он отдается беседе полностью. Но потом, когда он уходит – он исчезает насовсем. И в этом всегда была истовая тоска любого, кто был с ним. Ты никогда не знаешь, когда он испарится.

Когда он приезжал в Буэнос Айрес в году… когда ж это было? Да, в девяносто четвертом году. Когда он прибыл в Буэнос-Айрес, мы находились рядом все-все-все время в течение пяти дней. На пятый день я вышла во двор, но его уже и след простыл. Вот как. Никогда не угадаешь, увидитесь ли вы снова. И он, кстати, рассказывал, что дон Хуан вел себя точно так же. Невозможно было предугадать, увидитесь ли вы еще. И в этом, поистине, была и сила, и загадка, и поэзия.

Возвращаясь к теме образования и восприятия, осознания. Конечно, это также относится и к размышлениям о способах познания, о том, как можно осмыслить и познать на собственном опыте, ведь все мы – адресаты… вот вопрос… думаю, что прежде всего нужно признать, что недопустимо запрещать детям воспринимать. Еще совсем малыши, которых я видела, ребятишки лет семи-восьми, которых я встретила в деревне, они понимали все. Но, вырастая, человек замыкается, он перестает желать познания, общения о том, что предстает перед ним.

РЕВОЛЮЦИЯ ВОСПРИЯТИЯ

…Во время моих первых поездок в Лос-Анжелес нагваль Кастанеда был глубоко погружен в эту тему, она очень занимала его, и этот интерес длился какое-то время. В то время, когда мы познакомились, он много говорил о революции восприятия. И говорил он об этом как о чем-то действительно катастрофическом, как будто, свершившись, это могло стать мировым разломом. Я постепенно приближалась к этой теме, не зная его методов, не чувствуя, насколько действительны его слова, насколько реальной могла бы стать такая катастрофа, это движение восприятия. Что ж, возможно, должно пройти еще какое-то время, чтобы мы осознали худшую сторону этого процесса…

 

Мои встречи с нагвалем. Роза Колл о встречах с Кастанедой. 1 часть

Мои встречи с нагвалем. Роза Колл о встречах с Кастанедой. 1 часть

Кто такая Роза Колл? Знакомая и подруга Кастанеды в около академической среде Буэнос-Айреса и Мехико. Роза преподавала философию в университетах Аргентины и Мексики, дружила и общалась с Карлосом и его ведьмами, написала несколько книг о философии Дона Хуана, Фридриха Ницше и Мартина Хайдеггера. Позднее примкнула к движению тенсегрити и участвовала в первых семинарах. Я видел ее выступление на семинаре в Барселоне в 2001 году, она читала лекцию о пердунах, на примере романа Донья Перфекта писателя Бенито Переса Гальдоса (роман издан на русском, погуглите). Позднее она начала оценивать Cleargreen довольно критически. Позднее мы вступили в Розой в переписку и начали общаться.  Публикуем первую часть некоторых записей ее встречи и Иреной Руст на радио FM Boedo в июне 2014. Впервые на русском.

ДВОЙНОЕ ЗНАКОМСТВО

… Я познакомилась с Карлосом Кастанедой дважды. В первый раз… Ладно. Давайте сначала небольшое вступление. Есть одна вещь, которую Дон Хуан говорил Кастанеде. Мне кажется, я уже цитировала ее в прошлый раз, но это было уже под конец…: «смысл – как звезда в бесконечности звезд». Это настоящее чудо, что наши смыслы определяют в нас все, чем мы являемся и все, что человек сделал в жизни, чтобы быть человеком. И вот это чудо – это в то же время одна звезда. Звезда чудесная, потому лишь, что она из бесконечного множества звезд. Они – возможности обретения нами непредставимого знания… а возможно, в некотором плане и представимого. Так или иначе, я бы хотела проговорить это прежде, чем перейти к рассказу, обозначить, так сказать, бесконечность звезд.

Итак, с Карлосом Кастанедой я познакомилась впервые дважды. Вы, конечно, скажете, я вас дурачу, но вовсе нет. Один раз это впервые произошло в Лос-Анжелесе. Я тогда снимала комнату у одной моей приятельницы и должна была с ним встретиться после нескольких телефонных разговоров. Мы находились в таком «телефонном» контакте со времен в Буэнос-Айресе. Так вот, было такое кафе, называлось оно «Кафе Фигаро» на улице Дохини. Миленькое местечко, хотя сейчас вроде бы они куда-то переехали. И вот это было единственное заведение, которое я там в окрестностях знала. Там я как-то встречалась с подругой… Ну так вот я предложила ему встретиться там, в кафе на Дохини. Мы еще не были лично знакомы, и я еще не видела его живьем. Ну так вот, я подъехала на машине и какое-то время не могла найти место, где припарковаться. Единственное свободное местечко оказалось прямо у дверей кафе «Фигаро».

Вдруг я увидела человека, мужчину с копной волос, вернее, это была не копна, а гнездо кудрей  (позже они поседеют). Еще у него была улыбка до ушей, демонстрирующая два ряда белоснежных зубов. Очень милая улыбка! Тогда я сказала себе: «надо выходить из машины. Вот же он, Кастанеда! Мы же здесь и договорились встретиться».  И он сказал: «Вот так да, и я как раз припарковался в нескольких метрах напротив». Мы вошли в заведение и сели за столик, и он начал рассказывать мне о Флоринде Доннер, которая вроде как должна была появиться. Была, по его словам, у нее такая особенность – куда бы она ни приходила, везде оказывалась в центре внимания. Потом пришла эта Флоринда, преисполненная жизнерадостности… так случилась наша первая встреча с Кастанедой впервые.

В другой раз я остановилась в доме моей подруги в Беверли-Хиллз, и у меня были контакты людей Кастанеды. Одна моя ученица как-то была в Лос-Анжелесе и познакомилась с ним. Так получилось, что она передала ему мои имя и номер телефона, а он взамен дал ей контакты своих людей. Когда же она вернулась в Буэнос-Айрес, она передала их мне, и по прибытии в Лос-Анжелес я, остановившись в доме моей приятельницы, конечно же позвонила по одному из номеров и оставила свои контакты на автоответчике. Через несколько часов…не помню точно, через сколько, но в тот же день мне перезвонила некая женщина с очень приятным голосом. Не помню, говорили ли мы на испанском или на английском, но это была Флоринда Доннер. Я не говорила с ней по существу, зачем-то спрашивала банальности, про замужество, детей… Она заверила, что у нее все хорошо, и пригласила меня на следующий день, в субботу, на ужин.

Итак, я подъехала по назначенному адресу к ее дому, но там было только две собаки, о которых она рассказывала. Я подождала в надежде, что кто-нибудь вернется. И вот появилась Флоринда Доннер в ослепительном белоснежном одеянии, со своей коротенькой стрижкой. А вслед за ней – мужчина с вьющимися волосами в кабардинском   костюме (ведь нагваль должен носить безупречные одежды). Мы поздоровались. Кастанеда представился мне, и тут вошла еще одна женщина, молодая, около тридцати лет. Звали ее Алия Альдебаран (?) Величина! Кастанеда представил мне ее как колдунью с большими способностями. Мы вместе отправились ужинать в одно место, которое, конечно, сейчас уже нельзя будет найти и посетить снова. И я помню, что мы ели, и все, о чем мы говорили. И то, как он мне тогда сказал «я могу в любой момент исчезнуть» (Возможно, это мне показалось, но я больше никогда не видела тех двух женщин). Итак, вот два эпизода нашей первой встречи, и что я хочу сказать…  потом я дважды или трижды читала «Искусство сновидения». Но озарение на меня снизошло спустя тридцать или даже более лет: такой важный момент был и единожды, и дважды.

ПОЭЗИЯ И НАГВАЛЬ

Поэзия поистине вплетена в книги Кастанеды. Она должна быть в голосе, в каждом движении, жесте, в форме. Дон Хуан заставлял Кастанеду предаваться поэзии, и в этом был подлинность красоты. Он говорил об истинной сути поэта, о его способности затронуть то, чему невозможно дать имя. Поэт действительно способен раскрыть дух и достигнуть того, что невозможно выразить словами. Есть точнейшая форма, и именно её должна иметь поэзия. Я думаю, начало и конец любого стихотворения и содержат высшую концентрацию поэтической сути.

Вместе с нагвалем мы наслаждались этими произведениями, и нам открывались самые интимные и могучие жизненные процессы. Нагваль говорил, что нельзя отбросить смысл, как невозможно вырвать звезду с небосклона, проделав дыру в цепи событий линейного времени. Известные учёные, относящие себя к рациональной науке, изучающие время, — и они утверждают, что мгновение распадается и существует в разных временных отрезках — если угодно, в разных мирах, в наших опытах. Это трудно уловить, но в этом и состоит наша задача — прикоснуться к этим моментам. У нас есть необъяснимая потребность жить, но мы не можем оторваться от очевидного.

В мире Кастанеды я научилась кое-чему — чувствовать особый вкус каждого мгновения. Но однажды со мной произошло вот что. Я потеряла два дня. Это было в Лос-Анджелесе. Однажды утром я проснулась, уверенная, что сегодня среда. Во всяком случае, мне казалось, что это была среда. Позвонил телефон. Это был мой парикмахер Роберто. Он спрашивал, почему я не пришла, ведь в тот день, в пятницу, у меня была запись на стрижку. Я не понимала, как это могла быть пятница, но календарь в моем дневнике подтверждал его слова. Так я потеряла два дня. Вы можете возразить, что я их просто проспала, но нет, нет! Я именно потеряла их. А вот Флорида говорила, что однажды она потеряла целые десять лет. И она сказала, что в том нет ничего странного. И действительно, что такое для женщины нагуаля 10 лет?

Есть такой Фридрих Ницше. Для меня он был одним из проводников в мир Кастанеды. И вот у него был такой афоризм: «между последним мгновением сознания и возрождением новой жизни не проходит и доли секунды. Хотя время исчисляется миллиардами лет. Когда исчезает разум, время и безвременье становятся союзниками». Именно этому учит нас Карлос Кастанеда.

Мои Встречи С Нагвалем. Роза Колл О Встречах С Кастанедой. 1 Часть 7

Valentina Rosa Call

Интервью Карлоса Кастанеды с Рикардо Кастильо

Интервью Карлоса Кастанеды с Рикардо Кастильо

Некоторое время назад я присутствовал на презентации Фонда экономической культуры, который выпускал на рынок книгу Карлоса Кастанеды «Учения Дона Хуана». Самое смешное было то, что пять экспертов по литературе, антропологии и журналистике, которые исполняли обязанности экспертов выставки, напрасно пытались объяснять природу этой книги, и после оживленной дискуссии они пришли к заключению, что работа не является ни романом, ни репортажем, а также она не поддерживает правила традиционной антропологии, из-за чего текст избежал всех попыток классифицировать его.

Когда первая версия «Учений Дона Хуана» появилась в Соединенных Штатах, это удивительное повествование, которое многие раскритиковали как просто фантазию, вызвало большой переполох, сразу же заняв место в списках бестселлеров. Легионы литературных критиков и экспертов восхищались легкостью и красотой языка и вместе с бесчисленными приверженцами и даже последователями были глубоко заинтригованы загадочной личностью Дона Хуана, старого брухо Яки, который принял Карлоса Кастанеду в свои ученики. Позже автор написал еще три книги с повествованием о своем обучении и своей связи с Доном Хуаном, также напечатанные Фондом экономической культуры: «Отдельная реальность», «Путешествие в Икстлан» и «Сказки о силе», которые были включены в списки самых продаваемых книг во многих странах. Последняя из его книг считается шедевром. Однако автор продолжает оставаться неизвестным для своих читателей по мотивам, которые он сам разъяснит в этом эксклюзивном интервью, предоставленном для журнала «El», раз уж он постоянно избегает публичности. В качестве любопытного факта, мы хотим отметить, что автор не позволил записывать его голос или фотографировать его личность, потому что, потому что, согласно древнему убеждению коренных народов, он опасается, что его речь или изображение «украдут его дух».

Физически, Кастанеда — человек невысокого роста, крепкий и смуглый, который в совершенстве говорит по-испански. В течение своего разговора он использовал свежие шуточки и жаргонные ругательства, и он пересыпал свою речь южноамериканскими идиомами, которые звучат экзотически для нас.

В 1956 году Карлос уехал жить в США, где начал антропологическую карьеру в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе. Он работал преподавателем в этом учебном центре в течение года, а затем бросил все это, чтобы полностью посвятить себя подготовке к тому, чтобы стать одиноким колдуном.

Это интервью было взято в городе Мехико одним мартовским утром прошлого года. Карлос готовился к мистическому паломничеству по горам южной Мексики, в район, о котором он не захотел упоминать, и, стараясь избегать привлекать внимание к своей личности, он попросил нас, чтобы интервью было напечатано не сразу. Считаем, что уже пришел момент, чтобы мир узнал немного больше об идеях и образе жизни этого необыкновенного человека.

Карлос, почему ты избегаешь публичности? Отчего вся эта тайна, которая тебя окружает, твое отвращение к фотографированию, к обсуждению твоих планов? Ты получаешь удовольствие от того, что сбиваешь людей с толку?

Для меня избегать репортеров — это магическое действие. Это третье интервью, которое я даю. Первое взяли у меня для журнала Times, а другое я дал гомосексуалисту из журнала Phsychology Today, который чувствовал себя очень открытым и хотел переспать со мной. Но ты можешь в любое время появляться на телевидении, сколько захочешь, чтобы получить известность. Но я потерял бы с этим свободу перемещений. Нельзя позволять, чтобы зафиксировали нашу идентичность. С этими книгами, наоборот, я должен быть связан и окружен людьми, однако если я окажусь в месте, где буду привлекать к себе внимание, то я скорее всего буду делать ложные утверждения.

Так происходит со всеми, кто занимает видное положение: чтобы сохранить это место, они чувствуют себя обязанными постоянно удивлять свою аудиторию и нуждаются в постоянном внимании каждого. Вот почему столько лицемеров среди идолов; когда им уже нечего стоящего сказать — они вынуждены выдумывать.

Я же на самом деле ничего такого не сделал. Таким образом, моя личность стирается, и я свободен приходить и уходить.

Как антрополог, ты начал изучать эти явления научным путем, но как вытекает из твоих книг, сейчас ты брухо и по-видимому не соглашаешься с антропологией в той форме, в которой она существует в настоящее время. Ты можешь нам это прояснить?

Я просто считаю себя учеником дона Хуана. Думаю, что антропологи как авторитеты ничего не стоят. Например, специалист по математической антропологии, который изучал одно сообщество в Андах, как-то сказал мне: «Мне не нужно ничего знать о сообществе, я должен лишь делать математические вычисления. Если я вижу женщину, которая чистит картошку, единственное, что я делаю — это отмечаю, какое количество картофелин она очищает». Но здесь есть один недостаток: он не может знать, эта женщина чистит ли картофель прото так, или, возможно, она практикует магический ритуал. И что мы должны под этим понимать? Это все, что делают антропологи: интерпретируют в соответствии с европейской наукой, не замечая, что на самом деле может происходить. Потому что, чтобы это заметить — нужно принадлежать этому туземному обществу.

Интерпретировать действия некоторого сообщества можно лишь принадлежа к нему?

Да, потому что быть членом и частью его — это то, что делает возможным настоящую общественную науку. Все современные антропологи – «европейские» и относятся к западному человеку, и нет смысла по этому поводу дискутировать, потому что сеньоры, не имея об этом представления, в действительности изучают не другие культуры, а изучают самих себя. Все, что они видят — это свои собственные отражения. Антропологии не существует, это чушь, а все антропологи-кучка лжецов.

Но ты и сам антрополог, и кроме того — преподаватель!

Ну да, я — доктор Кастанеда, но я не останусь профессором, потому что нет ничего реального, что я мог бы сделать, если я прежде не изменю свой собственный мир.

В таком случае, это проблема не только антропологов; я хотел бы, чтобы ты сказал мне, существует ли та же самая позиция среди нас, метисов.

В этой стране есть много людей, которые говорят, что чувствуют гордость, будучи индейцем, но давайте учитывать, что мы говорим по-аристотелевски: «По другую сторону границ Греции мира не существует». Именно так это чувствуют многие мексиканцы, которые говорят: «Ах, моя Мексика, моя родина…!», но хотя мы имеем наследие коренных жителей — мы продолжаем быть европейцами.

Карлос, тебя хвалили, клеветали, обвиняли и защищали. Есть многие, кто говорит, что твои книги не более чем просто фантазия, очень хорошо написанная, но полностью выдуманная тобой. Что ты об этом думаешь?

Дон Хуан ничего не выдумывал. Я тоже не выдумываю, а только повторяю то, что он сказал мне. Лишь после того, как я подтвердил что-то — оно приобретает какое-то значение. Так же как и ты – я репортер.

Ты считаешь себя посредником между индейской и европейскими культурами?

Нет, потому что брухо ни в какой мере не заинтересованы в том, чтобы представлять то, что они знают.

В таком случае, что для них Мексика?

Ее нет, не существует. Есть индейцы, которые не имеют этого понятия. Мексика «существует» для европейцев. Для индейцев существуют лишь «люди, которые умрут». Они говорят на особом языке; мое общее с европейцами в том, что это «мои люди, которые движутся к смерти».

Недавно ты говорил мне, что мы, непосвященные, никогда не сможем предсказать, что сделает брухо, потому что его другая жизнь пребывает для нас в темноте; мы лишь видим то, что они хотят, чтобы мы видели. Скажи мне, Карлос: что требуется, чтобы быть брухо?

Уединение — обязательное условие в специфическом братстве, которое представляет индеец Яки Дон Хуан Матус. Магия — это знание, которое передавалось из поколения в поколение через устную традицию и его практику.

С каких времен существует это знание?

Представление об этом знании очень старо и относится к охотникам и собирателям пищи, которые предшествовали земледельческому обществу. Согласно дону Хуану, брухо никогда не принадлежали обществу, никогда не были вовлечены в его заботы. В различных формах магия практиковалось в мексиканской культуре в течение тысяч лет. Конкиста послужила катализатором, который полностью видоизменил общественный порядок коренных народов; жрецы, которые были распорядителями этого порядка, были уничтожены, но этого не произошло с брухо, которые всегда были немного эксцентричными. Как я уже сказал тебе — и это важно — они никогда не были частью общества.

Ни даже в роли целителей? Всех этих херберос (травников — прим. пер.)?

Быть херберо и целителем не значит, что действуешь в социальном сообществе и для него. Это только этапы, через которые проходит человек знания, чтобы прийти в конце своей жизни к уединению брухо. Разумеется, есть травники, которые являются брухо, но никто не знает, как они заканчивают потом.

В своих практиках обучения ты использовал растения силы. Ты продолжаешь это делать?

Дон Хуан никогда не был сторонником растений силы. Он давал мне их принимать, потому что я был очень тупым. Определенные растения дают тебе другую идею, новый взгляд на некоторые вещи. С их помощью ломается гегемония восприятия; но как только он этого добился, брухо уже не использует их.

Это соединение растений силы и магии, должно быть, сразу же привело твои книги в психоделические субкультуры, которые были в моде.

Да, но это было случайно. Действительно, определенные типы наркотиков открывали очень интересный путь самоанализа и поисков, однако приносили большой вред, потому что их использование подразумевает зависимость. Здесь в Мексике в разных кругах я знаю многих людей, которые употребляют «гремучку», и их пристрастие причинило много вреда их здоровью. Марихуана не помогает, ни один из наркотиков не предлагает новый путь.

А сексуальность, какую роль она играет в магии? Она случайно не может быть сходной с той, которую она выполняет в некоторых восточных религиях, в которых сексуальная активность считается своего рода мистическим продвижением?

Дон Хуан никогда не упоминал об этом.

А каково мнение Карлоса Кастанеды?

Я просто сказал бы, что секс — это нечто очень естественное

Ты мог бы выразиться яснее?

При сексуальном акте происходит передача светимости, обмен… Дону Хуану досталась куча старушек, и я считаю это очень естественным. Мы с ним никогда не говорили об этом, потому что говорить о сексе — это как говорить о еде: ты ешь? Ну да, я ем! Я понимаю, что сейчас в нашем западном обществе мы даже имеем научные труды по сексологии, но это очень похоже на то, что происходит с поваренными книгами: их тысячи, миллионы, но никто уже не готовит. С сексом происходит то же самое: никто не трахается.

И что думают брухо по этому поводу?

Что можно сделать с членом? Через пять минут ты кончил и все. Брухо очень простые. Если им нравится женщина — они берут ее, но никогда не делают это с пустой женщиной. Так же само делают и ведьмы. Дон Хуан насмехался, потому что я трахался со всеми… следуя совету, который когда-то дал мне мой дедушка: «Ты никогда не сможешь быть со всеми женщинами мира, однако попробуй». Я видел женщину и тут же говорил дону Хуану: «Какая сногсшибательная!» А он отвечал мне вопросом: «Она будет такой и через тридцать лет?»

Когда ты говоришь, что брухо или ведьма никогда не ложится с пустым человеком — что ты имеешь в виду?

У тебя были дети? Нет. Он видит людей, у которых они есть. Они считают: «Единственное, чего мне не хватает для полноты — это иметь ребенка». Однако это не так. Что они в действительности получают, так это то, что, когда ребенок рождается — он тянет на себя дух отца и матери, лишая их безуминки и оставляя их неполными.

Мир создан неполными людьми и для неполных людей.

Понятно, что есть также и люди, которые все же полны, даже если они будут старыми и похожими на сумасшедших.

Чтобы ты знал, неполный человек — это тот, кто всегда говорит о морали и безнравственности.

Однако как у тебя, так и у дона Хуана были дети.

Когда у брухо есть дети — он возвращает обратно свой дух. Дон Хуан Матус, дьявол-толтек (так я его называю), ждал до 1940 года, чтобы вытащить дух из своих детей, когда те уже выросли.

Однажды мы вытащили дух из наших родителей, и в некий момент ты осужден передать его кому-то еще… и тогда становишься старым придурковатым папой, который говорит, говорит и говорит: обо всем и ни о чем конкретном. У полного человека этого нет.

И что происходит с детьми, когда их родители возвращают себе дух?

Ну, они становятся такими, как если бы у них в свою очередь были дети. Это нигилистическое и ужасное объяснение для меня тоже новое — это радикальная концепция, которая налагает на нас ужасную ответственность.

В чем состоит эта ответственность?

Я лучше приведу тебе пример. Что делает католическая религия? Она обязывает своих лидеров хранить целибат и, следовательно, полными. Мы, верующая паства, неполные. Это очень важные взаимоотношения, потому что они создают в священнике осознание руководителя, истинного полного нагваля, отделяя его от пути воспроизводства и опасности быть как его последователь.

Неполные люди боятся меня. Они разочаровываются и говорят мне: «Черт, я представлял это себе по-другому…» И это происходит потому, что они хотят превратить меня в гуру, они хотят поместить меня в свой общественный порядок и надеются, что я буду вести себя как неполный человек.

Те немногочисленные гуру, которые полны, малодоступны. Иной раз полный человек, когда на него очень давят, достает все, что у него есть в загашнике, и совершает безрассудство — это тянется, тянется и в один день он становится сумасшедшим, как коза.

Разумеется, это не то, что мы назвали бы общепринятым и обыденным способом видеть вещи.

Нет, потому что мы, как европейцы, никогда не могли постичь это, все это. Я лично для себя стараюсь жить в этой реальности. Я стараюсь жить как полный человек и во всем мире единственный, кто смог дать мне уроки в этом жизненном искусстве — это оборванный и грязный индеец.

Я полагаю, что сейчас, когда у тебя происходит связь с женщиной, ты принимаешь все виды предосторожностей для того, чтобы она не забеременела.

Дон Хуан — необыкновенный обманщик, который смеялся надо мной в течение пятнадцати лет, потому что я — мешок дерьма. Недавно один из его учеников описал мне все, что Дон Хуан делал мне. Я выглядел идиотом из-за того, что не был индейцем. Однажды он обработал мое хозяйство для того, чтобы я больше не имел детей — схватил некие листья и натер мне ими член. Мой дедушка учил меня быть мачо, а мачо не позволяет другому мачо хватать себя за член. Поэтому я попросил дона Хуана, чтобы он никому ничего не говорил об этом: и первое, что он сделал — это рассказал всему миру, что он натирал его!

Обработка подействовала?

Да, позже у меня была возможность подтвердить это в лаборатории. Я поинтересовался количеством сперматозоидов, и в течение двенадцати лет оно не увеличилось.

А что это были за травы? На этом можно было бы сделать состояние…

Важен не состав, а уверенность и сила, с которой это делается. Однажды я рассказал своему другу, что это были за травы, и он натер их… его член едва не отвалился; он раздулся и тот вынужден был обратиться к врачам. Они лечили его в течение месяца и предупредили, чтобы к этому больше не возвращался; так что он ненавидит меня.

Еще бы! Карлос, в течение интервью ты несколько раз упоминал о своем дедушке… Я думаю, что он важный для тебя человек — ты не хотел бы рассказать нам о нем?

Видеть мир таким заставил меня конец моего дедушки, этого старого прохвоста; когда мне было семь лет, он сказал мне: «Если ты не пойдешь к этой малышке — ты больше мне не друг. И не забывай о том, что у нее есть служанка, которая, как по мне — очень аппетитна». И вот я шел знакомиться: «Мой дедушка выгнал меня… я сирота». Конечно, меня тут же начинали обожать и говорили мне: «Несчастненький сиротушка, проходи». Через три дня вслед за мной приходил мой дедушка.

Он еще жив? Нет, он умер в восемьдесят лет. Он умер с ужасной эрекцией, воображая, что трахается. Доктор сказал: «Посмотрите, что за сеньор — такой старый, а такой мужественный». И это был старик, который создал меня; мы очень хорошо ладили, мы понимали друг друга.

Какие еще воспоминания о нем ты хранишь?

Ну, он обычно говорил мне: «Ты думаешь, что старухи скажут тебе «да»? Тебе будут говорить «нет»! И тем интереснее: так как они не будут открывать тебе дверь — ты должен будешь входить через окно».

Он был старым распутником, сицилийским негодяем. В один день я воспротивился и сказал ему: «Дедушка, женщины плохо пахнут». Он влепил мне оплеуху и сказал: «Это запах жизни, болван! Это все, что мы имеем, безмозглый…» «Да, да, дедушка, мне нравится!» Как я мог уклониться?

Где он жил?

У него была ферма в Жундиаи, в штате Сан-Паулу. Место, полное эвкалиптов. Там, где начинаются аргентинские пампасы.

А твои родители?

Моя мама умерла, когда мне было семь лет, а мой отец до сих пор живет в Буэнос-Айресе.

Вернемся немного назад, ты упоминал о нагвале. Что в действительности означает это слово?

Понятия нагваль и тональ сейчас почти неизвестны, но четыреста лет назад они превалировали. Нагваль — это то, во что превращается брухо благодаря своим магическим силам. Для Дона Хуана тональ — это что-то вроде полного порядка, а нагваль — сила, которая поддерживает этот порядок. Существует неописуемый большой нагваль, о котором невозможно говорить, и который невозможно измерить. Единственное, что можно сделать — это ощутить его. Земля, которая является тоналем, поддерживается нагвалем, хотя на самом деле она — соединение этих двух.

Как брухо использует нагваль?

Брухо делает невероятные вещи. Нагваль — это не мясо и кости, как ты и я, это чистое напряжение, это абсолютное осознание, осознающее само себя.

И на каком этапе своего обучения ты находишься в этот момент?

Я иду по четырем тропинкам.

Каким?

У земли есть особые тропинки, созданные самой землей, по которым проходит брухо, чтобы ласкать ее. Она догадывается о том, что некие букашки ласкают ее своими ногами, она это чувствует, потому что она жива. (Карлос, который постепенно становится серьезным, когда начинает говорить о нагвале, в этот момент беседы неожиданно задерживает свое внимание на скатерти, которая покрывает стол, и с интенсивным сиянием во взгляде указывает нам на складки, которые сформировались на белой поверхности). Смотри, сосредоточься на рисунках, которые образовались на скатерти! Они в точности копируют маленькие тропинки, которые я скоро пройду; это, в этот момент — это знак нагваля; представляешь, насколько это преследует меня!

В какое время можно проходить эти тропинки?

В феврале, апреле, октябре и декабре… Смотри, как помог мне стол!

И чтобы закончить: Карлос, что происходит, когда проходишь эти тропинки?

Брухо говорят, что знания добываются с помощью силы. Когда они подходят к этому этапу — они выбирают четвертый путь, который неизвестно куда ведет. Только пастухи знают эти тропинки, но передвигаются по ним неосознанно, и не магически и преднамеренно. Нас будет идти восемь человек: четыре мужчины и четыре женщины. Это не сексуальные пары индейцев — это души. Мужчина идет с правой стороны, и женщина — с левой, но какое-то время спустя это образование ломается, потому что брухо — и не мужчина и не женщина, он — существо, которое должно будет умереть.

Мы попрощались с Карлосом, который настоял на оплате счета. Он сказал: «Пусть эти деньги принесут пользу». Мы проводили его до лифта, и мы больше о нем не слышали.

Журнал «El» №90, март 1977. Перевод с испанского

 

Сновидение Саблезубого Тигра

Сновидение Саблезубого Тигра

К саблезубым кошкам имел предрасположение нагваль Карлос Кастанеда – он описывает серию своих сновидений:

Был ясный день, и я смотрел на заросшую долину. Болотистые, темно-зеленые, похожие на тростник растения покрывали все. Рядом со мной находился уступ скалы двух-трех метров высотой. Громадный саблезубый тигр сидел на нем. Я окаменел от ужаса. Мы долгое время пристально смотрели друг на друга.

Размеры зверя были поразительными, однако он не выглядел гротескным или непропорциональным. У него была великолепная голова, большие глаза цвета темного меда, массивные лапы, громадная грудная клетка.

Больше всего на меня произвела впечатление окраска его шкуры. Она была равномерно-коричневая, почти шоколадная. Цвет меха напоминал поджаренные кофейные зерна, только мех еще блестел; шерсть была странно длинной, но гладкой и чистой. Она не была похожа на мех пумы, волка или белого медведя. Мех выглядел похожим на что-то, никогда мной не виденное.

Начиная с этого времени, для меня стало обычным видеть этого тигра. Временами эта местность была затянута облаками или накрапывал дождь. Иногда я видел в долине дождь крупный, проливной. Временами же долина была залита солнцем. Довольно часто я видел в долине и других саблезубых тигров. Я мог слышать их своеобразный взвизгивающий рев – крайне отвратительный звук для меня.

Тигр ни разу не тронул меня. Мы смотрели друг на друга с расстояния 2-3 метров. Тем не менее я мог понять, чего он хочет. Он показывал мне особый способ дыхания. Я уже дошел в своих сновидениях до такой точки, что мог настолько хорошо имитировать дыхание тигра, что я начинал чувствовать, что сам превращаюсь в тигра. Я рассказал своим ученикам, что ощутимым результатом таких сновидений было то, что мое тело сразу стало более мускулистым

«Дар Орла», Карлос Кастанеда

Для видящих древней Мексики Саблезубый Тигр, сильная и крупная кошка (Смилодон) ясно выражает страсть воина-путешественника, навигатора в Темном Море Осознания. Смилодон бродил по всей территории, идущей от Долины Мексики, следуя по западному побережью, доходя до Южной и Центральной Калифорнии. Это те самые области, в которых зародились магические пассы.

Мы можем думать, что Саблезубая Кошка — это существо из другого времени, музейный экспонат; и, с нашей линейной точки зрения, это правда. Однако, с точки зрения видящих линии Дона Хуана, другое время Смилодона находится не в прошлом, а в другом слое осознания. Они предполагают, что, возможно, с точки зрения энергетических фактов было бы точнее сказать, что это мы заперты в музейной витрине, а Саблезубый Тигр свободно путешествует, перемещаясь из одного слоя сновидения в другой.

Практикуя пассы, которые известны как форма Намерение Саблезубого Тигра, мы также можем достичь качества текучего сновидения. По словам видящих, намерение Саблезубого Тигра состоит в том, чтобы сновидеть – то есть, перемещать свою точку сборки. Это означает чистое восприятие и алертность и скорость в действии. Научившись глубокому и полному дыханию Смилодона, мы вступаем в новые области восприятия. Задействовать мышцы в зоне таза и диафрагме в каждом движении и дыхании – как это делает Смилодон – помогает нам получить выдержку и стойкость, необходимые для навигации. Волнообразное движение его лопаток при ходьбе и движении придает плавность его точке сборке. Его точка сборки не остается неподвижной за лопатками, как у людей; она смещается, придавая Саблезубым и тем, кто практикует его форму, постоянную возможность нового восприятия.

Практика Саблезубой Формы может переместить нас в более обширное и открытое состояние сознания, вне положения сидячего современного человека, который остается статичным перед экраном компьютера в плохо проветриваемом помещении или сгорбился, чтобы говорить по мобильному телефону. Это может позволить нам увидеть нашу добычу – наши собственные привычки и повторения – на горизонте и сбить их с ног, чтобы мы могли путешествовать вперед, сталкиваясь с новыми вызовами, новыми сновидениями и мечтами.

Магический сюжет Формы Намерение Саблезубого Тигра

Саблезубый выстраивает свою мощную позицию тела: с выдохом его ладони скользят вниз по передней части бедер, проходя над ногами, пока не достигают Земли. Голова наклоняется вниз. Саблезубый задыхается, напрягая все мышцы живота при каждом выдохе. Он наклоняется вперед с вдохом, накладывая вес на передние лапы. Он откидывается назад с выдохом, перенося вес на задние лапы.

Саблезубый вдыхает, скользя когтями по земле и поднимаясь задними когтями к лодыжкам; там он делает паузу, чтобы полностью выдохнуть. Голова остается опущенной.

Он снова вдыхает, поднеся когти к коленям, остановившись там, чтобы выдохнуть еще раз. Ваши колени остаются согнутыми. Его задние лапы крепко вцепились в землю.

Взмахнув своим точкой сборки, Саблезубый снова вдыхает и выпрямляется. Когда он растягивается, он поднимает когти, проводя их по бедрам до талии, слегка раздвигая колени, и снова сгибает их, делая выдох, длинные изогнутые когти на мгновение вытягиваются.

Зрение саблезубого ясно, а слух острый – теперь он готов к действию.

Таз держится прямо, не наклоняясь ни вперед, ни назад, так что энергия течет через среднюю часть к верхней части тела, не застревая в бедрах и не рассеиваясь.

Его позиция прочно установлена, Саблезубый начинает двигаться очень тихо…

Он начинает охоту в полной тишине, никто не знает, где он находится…

Саблезубый выбирает жертву, которая больше его по размерам; его позиция достаточно сильна, чтобы противостоять поистине достойному противнику…

Он – постоянно настороже, глубокое дыхание позволяет ему осознавать все вокруг себя. Он незаметно подкрадывается к жертве. Своим неожиданным появлением он дает понять жертве, что ее смерть неотвратима…

Движения саблезубого тигра – это движения жизни и смерти. Как великий охотник, он неожиданно атакует и затем быстро скрывается;

Когда он встречается с врагом лицом к лицу, он безжалостен…

Захватив жертву, Саблезубый наносит ей глубокую рану и предлагает ее Бесконечности, в течение мгновения созерцая ее полет;

Затем он поворачивается вперед, наблюдая как из Бесконечности перед ним снова появляется его добыча, обогащенная духом Бесконечности;

Он хватает добычу на лету, бросает ее на землю и разрывает на части. Затем он молча созерцает, как жертва умирает. Он перемалывает энергию жертвы, чтобы впитать в себя Силу.

Он благодарит Дух после охоты.
Насытившись, втянув когти, он разворачивается и уходит в новом направлении, не оглядываясь, без сожалений, в полном Безмолвии.

Для написания поста использована информация, предоставленная Cleargreen, Санта-Моника, Калифорния, 1999.

Описание пасса «Саблезубый Тигр Намерения»

Записи с Вествудского семинара тенсегрити

Записи с Вествудского семинара тенсегрити

Это отрывки из записок участника Вествудского семинара VaderVW взято из архивов Икстлан Мейлинг Лист (IML).

Кастанеда говорил о разнице между женщинами и мужчинами. Женщины обладают прямой полосой энергии, которая проходит от спины к нижнему центру, находящемуся в матке. Мужчины, в отличие от женщин обладают странной формы кривой полосой энергии, которая связана с их сложностью и уязвимостью. Видящие видят, что и у мужчин и у женщин эта полоса энергии повреждена. Она или разорвана или искромсана. У женщин этот разрыв постоянный и занимает где то около восьми дюймов в длину. Было подчеркнуто, что у всех женщин, где бы они не жили, в США, России, Японии, на Южном Полюсе, у всех у них есть эта проблема — этот разрыв в полосе энергии. У мужчин также можно видеть этот разрыв в полосе энергии.

В следующей лекции Карлос говорил о летунах, сущностях, которые поглощают нашу светимость осознания, и эти разрывы в энергии были объяснены более подробно. Карлос сказал, что эти повреждения имеют всеобщий характер из-за маневров летунов. Он сказал, что кто-то однажды спросил его, сохраняет ли он безбрачие и он сказал, что да. Он сказал также, что большинство из нас — это просто мастурбаторы. Повреждение этой полосы энергии не дает нам почувствовать настоящий оргазм, действительную встряску энергии. Он подчеркнул что летуны делают с нами то же самое что мы делаем с нашими домашними животными. Мы их кастрируем, мы фиксируем их так, что они не могут выйти со двора и любят нас. Они находятся под нашим контролем до тех пор, пока не умирают. Эти разрывы в полосе энергии — один из способов летунов зафиксировать нас. Результатом этого разрыва является низкая энергия и мужчин и женщин. Разрыв в энергии женщин приводит к их фригидности.

Люди придают большое значение идеалам своего Я в своих действиях, подчеркнул Карлос. Это происходит вследствие того, что светимость осознания, которая должна покрывать весь наш светящийся кокон, находится только на уровне наших пяток. В этом районе находится весь запас нашей светимости осознания, там и возникает наша саморефлексия. Мы все имеем эту ужасную склонность «искать любовь», сказал Карлос.

Мы продаем себя. Если кто-то скажет нам — «Я люблю тебя», то мы отдадим им все. Кто-то из аудитории сказал Карлосу что ему грустно, что линия Дона Хуана заканчивается. Карлос ответил на это что ему тоже грустно от этого.

Тайша упомянула Глобуса и Фебиуса, двух союзников или неорганических существ, которые присоединились к ее осознанию. Она сказала, что они безупречны и что для них наш мир — это неизвестное.

Тайша описала три способа входить и выходить из параллельных миров. Эти миры похожи на наш, но они неорганические, более медленные и бесконечно древнее нашего, эти миры, также как и наш,- своего рода слои луковицы. Три способа — это сновидение (это естественный способ), внутренняя тишина и использование трещин между мирами.

Тайша сказала, что во многих местах есть трещины, входы в другие миры. Она сказала, что если кто-то оказывается в положении, когда он проходит сквозь трещину, то необходимо сохранять трезвость. Кто-то может выбрать осмотреться вокруг или вернуться просто оставаясь на месте. Тайша сказала, что воины не сходят с ума — безумие — это просто наваждение своего Я (зацикленность на своем Я). Третьим путем вхождения в эти миры является внутренняя тишина. Она говорила о черноте, которая возникает в тот момент, когда человек достигает своего порога внутренней тишины, который может составлять от 10 минут до часа.

Кэрол Тиггс подчеркнула, что все наши умы, вне зависимости от нашего мнения, довольно одинаковы. Она также описала летунов, которые поедают наше осознание. Она говорила, что их скорее нужно называть прыгунами, так как они движутся прыжками. Она говорила также, что их осознание настолько тяжелое, что оно тонет в нас как свинец.

Летуны держат нас в «человечниках» («Humaneros») так же, как мы держим цыплят в курятниках. Этими человечниками являются города. Она говорила что это очень странно, что мы думаем, что существование этих существ — это «такая глупость». Еще более странным выглядит то, как таинственным образом мы ошибочно цепляемся за нашу веру в богов, бога и грех, которые не имеют никакого отношения к нашей жизни и благополучию. Летуны дали нам ум. Кэрол сказала, что мы имитируем их и уготовили жестокую судьбу нашим домашним животным. Мы кастрируем их и фиксируем их. Поэтому они даже не пытаются нас покинуть.

Она сказала, что древние маги знали это и что дон Хуан ненавидел их за это, это выглядело словно они продали себя за то, чтобы их не ели. Он говорил, что они были эгоистичными носителями этого знания и использовали его для усиления своей личной силы и власти. Фотография летуна (случай с их другом-буддистом Тони, который случайно сфотографировал на массовом буддийском празднике) стала знаком, который заставил их начать говорить о летунах. Кэрол рассказала, что она, словно в дешевом боевике, спрашивала Карлоса «Кто они такие и что они от нас хотят?» Она говорила, что все они долгое время были настроены скептически к существованию летунов и ничего не предпринимали, но в конце концов когда они их «увидели», то они ужаснулись. Эти существа проходят сквозь нас.

Маги открыли следующее — летуны не любят осознание, созданное путем дисциплины. Магические пассы создают именно такое осознание. Это также делает перепросмотр и внутренняя тишина. Кэрол сказала, что, возможно, человечество имеет шанс вернуться в свое естественное состояние, состояние полной светимости кокона и избежать космических паразитов.
Магический пасс Зулейки. С классов Карлоса Кастанеды

Магический пасс Зулейки. С классов Карлоса Кастанеды

На самых ранних приватных классах, которые я помню, Карлос учил этой технике.

В то время он склонялся к тому,  чтобы показывать нам только короткие движения, такие как это. Это движение будет расцениваться как одиночное, составляющее часть длинной формы  пассов.

Длинные пассы начали появляться после того, как он научил нас по крайней мере сотне коротких движений. Он решил, что длинные формы могут помочь нам ослабить внутренний диалог.

Ему нравилось очень внимательно наблюдать за этим магическим пассом. Это было довольно странно. Я никогда не мог понять, на что он смотрел, когда он стоял рядом со мной, поэтому я постарался выполнить как можно лучше этот пасс, в надежде, что он скажет: Да!

Он только усмехнулся. Теперь я понимаю, почему, и вы тоже поймете, если вы научитесь быть в тишине.

Есть 2 аспекта, которые не совсем очевидны.

Что очевидно, так это то, что вы зачерпываете энергию перенося ее к центру, чтобы перераспределить ее.

Руки будут реально зачерпывать ее по направлению к точке сборки второго внимания, если руки расслаблены по бокам и локоть не слишком согнут.

Круговое движение руки начинается от локтя, хотя плечи тоже должны немного двигаться. Но в основном рука должна сгибаться в районе запястья, а пальцы немного сгибаются, чтобы имитировать черпание чего-то реального.

Карлос в конце пасса слегка щёлкнул пальцами, чтобы подчеркнуть, фокус на том, что шар перемещается прямо в центр после того, как он был собран и сконцентрирован.

Я предполагаю, что вы могли бы сказать, что зачерпывание и формирует сам шар, а щелчок пальцами перемещает его на место.

Тем не менее, вам не нужно щелкать вообще, если вы видите, что на самом деле происходит. В этот момент вы поймете, что Тенсегрити не догма. Это не похоже на кунг-фу или каратэ, где существует только один правильный способ двигаться, и никто не собирается точно объяснять, почему это так, а не иначе. В случае Tensegrity вы фактически перемещаете видимую энергию вокруг себя.

Помимо легкого щелчка в конце, есть еще и маятниковое движение с помощью которого, нужно имитировать подметание пола, как если бы к  пупку была прикреплена метла.

Это потребует от вас маленького поворота торса в районе таза, плюс очень легкое покачивание на бедрах,так  чтобы левое бедро двигалось влево, во время движения правой руки. Затем также в обратном направлении. Горизонтальное движение, которое требует не более чем 1го дюйма.

Пожалуйста, не переусердствуйте с движением имитирующим подметание!

Карлос не упоминал этого. Я сам понял как это выполняется, сложным, но чрезвычайно легким движением, покачиванием бедрами и вращением. А что касается движения подметания, оно реально означает то, что вы пытаетесь почувствовать пол щупальцем, исходящим из вашего живота.

Техника Зулейки включает в себя притягивание цветов, которые вы можете увидеть в темноте, ближе к вашему телу.

Хосефина просто проникла в первый же цвет, который она нашла, но в наших случаях нам, вероятно, придется притягивать их, как это продемонстрировано в серии пассов несгибаемого намерения Unbending Intent, Long form.

https://www.youtube.com/watch?v=Pt7n2273_PU&t=5m22s

Он используется для зачерпывания и перераспределения энергии. Обратите внимание как голова вращается вместе с рукой. Тоже самое и в пассе Зулейки. Обратите внимание что на демонстрирующих манекенах на рисунке, голова вращается вместе с той рукой, которая совершает черпающее движение. В самом начале цвета не ориентированы, поэтому вам нужно будет вращать головой. (о цветах подробнее написано здесь: https://tensegrity.moscow/see-energy-in-3-week-dan-louton/  — примечание редакции)

Но может быть вам и не придется этого делать (вращать головой вместе с рукой), как у меня это получилось прошлой ночью, так что бы я просто не ввел никого в заблуждение (своим собственным опытом).

Я испробовал эту технику, чтобы добиться того, когда шар был полностью сформирован, а также чтобы получить лучшее представление о той «полосатости», концепцию которой я добавил. Я пытаюсь показать, что вы можете смотреть на этот шар, находящийся в центре как на определенную поверхность.

Магический Пасс Зулейки. С Классов Карлоса Кастанеды 8

Любая поверхность может быть использована, чтобы увидеть энергию. Так что вы можете не только сделать это движение, но и увидеть этот шар, и верите ли вы этому или нет, вы можете проникнуть в него и исчезнуть в другом мире.

Это и есть то, что сделала Хосефина. Она без труда нашла свой цвет) Затем, будучи абсолютно сумасшедшей, как Чолита (супруга Дэна), она созерцала более глубоко этот цвет и в итоге нашла мир, в который могла войти. И ей это не пришло в голову, что туда невозможно прыгнуть. Что же случиться с вашим физическим телом? Хосефине было на это плевать.

Поверьте, мне на слово! Мы еще даже не начали исследовать Тенсегрити. В этом и заключается трагедия всего этого.

В настоящее время мы увековечиваем Тенсегрити, даже не зная, для чего оно все таки нужно.

Как бессмысленное упражнение Цигун, когда на самом деле это гребаное чудо!

И мне реально сказали убраться восвояси, когда я разместил вдохновляющий пост на некоторых интернет страницах русского Тенсегрити. У них там был раздел комментариев.

Но я не был для них желанным гостем.

«Уходи», говорят они!

«Нам нравится создавать видимость и притворяться».

«Мы не нуждаемся в реальных учениках Карлоса, дающих нам какие-либо советы. Мы безупречны !!!»

Тенсегрити стал франшизой.

Франчайзи Burger King не заботятся о политике гамбургеров.

Важна лишь суть.

В конце концов, вы можете смотреть прямо перед собой, делая пас Зулейки, и цвета останутся в руке, которая их контролирует, не двигая глаза что бы себе помочь.

Удерживая голову с взглядом направленным вперед и слегка вниз, светящееся тело становится видимым. Может быть, взгляд должен быть направлен на 4 дюйма направо  от точного центра, с уклоном вниз на 60 градусов.

Это будет другой цвет, чем  цвета которые вы черпаете. У меня есть сообщение от кого-то о желтоватых цветах.

Да, я считаю, что это так и есть, но вы также можете найти сероватый или янтарный.

И в них будут скрыты смутные темные и светлые линии. Это и есть волокна и щупальца вашего энергетического тела  второго внимания.

Их обнаружение вызывает чувство страха. Но не испуга. Просто ощущение мурашек.

Что-то запретное, что скрыто и не дозволено.

Если вы сможете их увидеть ваш сомневающийся разум сидит в углу и сосет большой палец. Он снова стал ребенком и понятия не имеет, что и как нужно воспринимать.

И эти щупальца можно увидеть при полном солнечном свете! Чолита демонстрировала их для меня несколько раз.

Прежде чем она поняла, что я их вижу, и заблокировала меня, я мог даже следовать за ней по следам волокон, которые она оставила. Шоппинг в ее исполнении делает ее более энергичной, и я мог видеть это визуально.

Это шокирует видеть все это, но не в темноте в своей комнаты!

 

В книгах, после того, как Карлос находит цвета, используя технику Зулейки из «Дара Орла», предположительно, сидя на полу голым в полной темноте, Зулейка заставляет его шевелить в том месте пальцами, чтобы стимулировать видение волокон и щупалец, и дать ему шанс «почувствовать» второе внимание.

Точка находится в 1,5 футах от центра пупка и паха и в 4 дюймах вправо.

У Хуана Тумы эта точка расположена немного дальше.

Но не волнуйтесь. Вы можете как увидеть, где это расположено находясь в тишине, так и почувствовать это.

Чувствовать это довольно странно. Прошлой ночью я чувствовал, как будто щекотку в ноге. Буквально.

У Карлоса была такая же реакция, и он перестал шевелить пальцами.

Так что Зулейка пригрозила ему ударить его по голове.

 

Вы также почувствуете что-то такое же густое, как и вода, хотя я надеюсь, что вы будете довольны и тем, когда это похоже на пыльную паутину, а не на поток воды из крана.

И помните. Карлос, вероятно, шевелил пальцами, по крайней мере, 240 часов до достижения результата.

Может быть, даже 800 часов.

Так что не волнуйтесь, если вы делаете пас Зулейки несколько дней, по часу, и не видите цветов.

 

Не будь испорченными детьми. Будьте безупречными воинами-толтеками, оставшимися одиночками из-за закрытия своей линии.

Другими словами, не плачьте из-за того, что вам надо попрактиковать несколько часов.

Я не спал прошлой ночью, чтобы практиковать 8 часов.

Если вы не получаете потрясающих результатов, это свидетельствует об отсутствие внутренней тишины.

Просто нагнетайте тишину!!!

Затем попытайтесь подмести пол щупальцем, которое вы пока не видите.

В конце концов, Карлосу удалось подметать пол, но, если вы будете выполнять эту технику, я лично думаю, что касание пола щупальцем в вашем случае произойдет позже, когда вы на самом деле не будете выполнять эту технику.

Но если вы сможете этого добиться во время практики, браво!

Но почему мы не делаем шевеление пальцами в этом исполнении паса Зулейки?

Почему вместо этого мы зачерпываем?

 

Вы должны будете спросить Карлоса, но у меня есть на этот счет своя теория.

Это потому, что мы не находимся в состоянии повышенного осознания.

Карлос находился в нем.

Все забывают эту часть книг. Они пытаются все копировать, не понимая, что вам нужно быть в повышенном сознании, чтобы добиться выполнения крутых вещей.

Зачерпывание цветов позволяет точке сборки сдвигаться. Я не знаю почему, но цвета могут быть видны почти в нашем обычном положении точки сборки.

Они проникают так далеко в ваше осознание.

Что и делает их хорошим инструментом.

Как тот хрустальный лис в фильме «Последний джедай», который провел их через пещеру.

Найдите цвета в тишине, и они приведут вас дальше в пещеру к нужному месту назначения.

 

Это может занять 2 часа совершая это движение, чтобы заставить точку сборки двигаться до повышенного осознания.

Таким образом, Карлос дал нам движение, которое показывало бы небольшое световое шоу, которое мы могли наблюдать, при этом притягивая цвета ближе, и фактически непосредственно в точку сборки второго внимания, хотя, возможно на расстоянии несколько дюймов от нее. И еще движение имитирующее подметание пола.

Уровень тишины, необходимый для ощущения пола при выполнении этой техники, в этот момент не достижим для меня.

Но сидя в темноте на подушках, я могу добиться необходимого уровня тишины.

Как ни странно, в этом случае получаешь такое ощущение, что ты на самом деле коснулся пола.

Я имею в виду, действительно коснулся его.

 

Но так как вам нечем к этому прикоснуться, видя, как вы собственно находитесь на кровати и не можете физически дотянуться до пола, вы почувствуете, как ваше тело сновидения наклонилось и провело рукой через кровать, положив ладонь на пол.

Или вы почувствуете, как ваша нога вытянулась и уперлась в пол стопой, несмотря на то, что вы слишком далеко.

Я имею в виду, это будет именно так! Как ваша настоящая рука или настоящая нога!

Как это возможно? Я понятия не имею. Может быть, это неизвестный алгоритм относящийся к ощущению касания, поэтому мозг выбирает хоть что-то, чтобы объяснить это: рука или нога.

Вам даже придется остановиться и посмотреть, чтобы убедиться, что это просто невозможно.

Что касается складывания пополам, как это сделал Карлос (в книге), я подозреваю, что вы должны забыть об этом. Если вы расстраиваетесь по этому поводу, сделайте растяжку так, чтобы положить свою голову себе на лодыжки.

 

 

Но случится что-то еще, не менее крутое.

В моем случае я прыгнул, находясь наяву, с открытыми глазами, через портал, который появился на стене, открыв мне доступ к миру циклических существ.

Я не могу объяснить, как я прошел через стену или как я вернулся домой. Но я был полностью осознан оставаясь там часами.

Сновидения во сне не дают такой же эффект. Это было что-то другое.

Я трансформировал свое бодрствующее тело прямо в свое тело сновидения.

Не спрашивайте меня, что случилось с физическим телом. Оно спало в кровати, когда я вернулся.

Это часть финальных инструкций Зулейки — превратить Тональ в тело Нагваля.

В другой раз я был полностью в мире сновидения, осознанно, потому что я практиковал тишину. Я прошел из спальни сновидения в душ, и мое тело переключилось из сна на реальность.

 

Там не было никакого видимого перехода. Я так и не проснулся!

Я сижу здесь прямо сейчас, пропустив  момент просыпания какое-то время назад.

Это разрыв в линейности времени.

Это может иметь связь с вышеуказанной техникой. И вам не нужно прыгать со скалы!

Если вы прочтете  «Дар Орла»,  переход между энергетическими телами делается с помощью взгляда.

Карлос переключился  туда и обратно, сосредоточив свое внимание на точке сборки энергетического тела.

Я полагаю, что для нас все будет более постепенно.

Случаются крутые вещи и не точно так как это в книгах.

Но это «похоже» на то как это там описано.

 

Так что это все не порадует ценителей инвентарного списка, которые всегда ищут повод отлынивать от работы.

Вот почему и Карлос, и Кэрол сказали нам, чтобы мы перестали увлекаться книгами ожидая, что это произойдет.

Что бы ни случилось, если вы усердно практикуете, в конечном итоге вы достигнете того же самого.

Пасс Зулейки не был как либо назван  Карлосом. Я заметил сходство и придумал это название просто для того, чтобы его было проще определить.

Насколько я знаю, его не учили на семинарах.

Но так и должно быть.

Эта техника, как и игра на арфе от Зулейки, неизбежно приведет к тому, что вокруг талии будут видны волокна и щупальца энергетического тела.

И я полагаю, вы могли бы использовать его, чтобы избежать риска, когда вы можете проникнуть в шар света, который вы сами и создадите.

Но вы должны научиться молчать.

Вот почему до сих пор Тенсегрити было бесполезным.

Вы могли бы видеть эти цвета, сидя в кресле, с закрытыми глазами.

Но это никого не убедит, что магия реальна.

Сделайте это по настоящему! Научитесь быть в  тишине.

Правильно ли описано знание в книгах Кастанеды?

Правильно ли описано знание в книгах Кастанеды?

Продолжаем сессию вопросов и ответов о пути воина, шаманизме, наследии Карлоса Кастанеды. На этот раз выносим ответ из чата практикующих в Скайпе.
ВОПРОС:
Я ссылаюсь на то, что было прямым текстом написано в книгах Кастанеды. Разве в книгах написано что-то неправильно?
ОТВЕТ

Задам ответный вопрос — а разве мир делится на «правильное» и «неправильное»?

Когда маленький ребенок растет и ему нужны опоры в жизни, папа и мама ему говорят — «вот это правильно», «вот это неправильно». Ему это важно, чтобы выстроить свою систему и иерархию ценностей. Но когда человек взрослеет, он начинает понимать, что за границами «правильно» и «неправильно» существует огромный мир. Собственно говоря — весь. Наши оценки и суждения о мире имеют очень ограниченное применение в некоторых социальных областях жизни, не более. Взрыв сверхновой — это правильно или неправильно? Птичий гомон по утрам — это правильно или неправильно? Скрип дерева — это правильно или неправильно? Ни то и ни это.

Точно такая же ситуация с книгами Карлоса Кастанеды (как и с любым знанием). Высказывания Дона Хуана, Ла Горды, Паблито и других — были сказаны не вам, не в ваших конкретных обстоятельствах. Будь на месте Карлоса вы — вам бы Дон Хуан вероятно сказал что-то другое, или подал информацию иначе, под другим углом. Но вы — не Карлос. Поэтому нужно понимать, что в большинстве случаев книги описывают конкретный опыт самого Карлоса, его историю. Повторить которую вы не сможете — у вас другая судьба. Некоторые средневековые монахи и разного рода религиозные подвижники пытались повторить жизнь Иисуса, чтобы достичь святости и приблизиться к сыну божьему. Но и они делали это не совсем буквально, а ритуально и символически.

Сам Карлос говорил своим ученикам, с которыми он занимался несколько лет на так называемых воскресных классах — «сожгите мои книги!» . Он имел в виду, что не нужно держаться за его личный конкретный опыт — нужно получать свой собственный. Среди рассказов Дона Хуана — некоторые были историями, байками для молодого Карлоса, предназначенными для того, чтобы заинтриговать студента антропологии. А часть — причем нередко сказанного как бы невзначай — были очень существенными и важными энергетическими фактами.

Как научиться отличать байку, легенду от энергетических фактов? Только проверив самому, увидев энергию самому, получив собственный опыт. Другого пути нет.

А что-то из написанного в книгах было сказано конкретно в конкретных обстоятельствах. Например, боль в животе при раскрытии просвета — да, бывает, и многие женщины вам подтвердят на личном опыте про разнообразную боль — и правда, во время месячных просвет приоткрывается. Но этот опыт проживания месячных у женщин бывает очень разным, не у всех боль и не всегда, иногда более сложные и тонкие ощущения. Например, переживание оргазма — тоже открывается просвет — боль в большинстве случаев отсутствует, наоборот, вы можете испытывать нечто противоположное. А просвет приоткрывается, чтобы волокна энергии мужчины катапультировались в кокон женщины и начали новую жизнь. Без открытия просвета это не сделать. Вообще говоря, любой сдвиг точки сборки более-менее существенный приоткрывает просвет.